Черно-белая война - Игорь Ковальчук

Мэлокайн не решился взять ребенка на руки – еще повредит ему чего-нибудь, но и отойти не мог. Вдруг она скатится с кресла. Малышка то и дело принималась беспорядочно махать ручками, такими маленькими, что они казались просто ненастоящими, и потихоньку хныкала, хотя на плач не переходила. Потерпев минут двадцать, ликвидатор все-таки добрался до стенного бара и влил ребенку в рот немного сладкого спиртного. Младенец затих, но ненадолго.

Мэл чувствовал себя совершенно беспомощным. Ему пришло в голову предложить ребенку хотя бы кусок хлеба, но он смутно вспомнил какой-то разговор, что еду младенцам надо давать осторожно, и решил все-таки дождаться приезда отца. Иногда он вскакивал с места и начинал ходить вокруг кресла, на котором задремала девочка, потом сообразил, что во дворе темно, как в яме, и грузчики даже не смогут разобрать, куда подъезжать. Он рванулся было под дождь, но сообразил, что ребенка не стоит оставлять одного, и прихватил его с собой.

Малышка болталась у него на руке, как тряпичный пупс. Под холодным дождем она проснулась, захныкала и задергала ногами, Мэлокайн смутно почувствовал, что, кажется, делает что-то не так, и ребенок, поскольку он почти раздет, вполне может простудиться, подумал и сунул девочку себе за пазуху. Он включил два прожектора, уже укрепленных на площадке перед домом, и распахнул ворота. На его животе что-то невнятно шевелилось.

Мэльдор приехал почти одновременно с фургоном спецдоставки. Грузчики в ярко-желтых дождевиках быстро попрыгали из машины, открыли дверцы, которые почему-то располагались не с торца контейнера, а сбоку, навалили на плечи большие картонные коробки. Автомобиль Мэльдора притормозил рядом, и оттуда выскочила Дебора в дорогой накидке с широким капюшоном. Отец Мэла задержался, запирая двери.

– Эй, хозяин, куда нести? – зычно спросил самый рослый грузчик.

– Сюда, на крыльцо. И в дом.

– Наследим в доме, хозяин.

– Да ничего. Подотру.

– Где ребенок? – требовательно крикнула Дебора, подбегая к сыну, с которым за последние двадцать лет они вряд ли перекинулись больше чем двумя десятками фраз. – Где он?

– Вот. – Мэлокайн настолько растерялся, что просто вытянул из-за пазухи ребенка и вручил его матери.

Дебора опешила, но тут же схватила младенца мертвой хваткой, прижала его к себе, заворачивая в край накидки, и начала кричать на сына.

– Да ты что, с ума сошел? Ты раздетого ребенка на такой холод вытащил – ты что же, хочешь, чтоб малыш подхватил воспаление легких? Да еще и под дождь! На дворе октябрь! Малыш же еще совсем слабенький! Боже мой, чем же эти мужчины вообще думают? Конечно, он плачет, да не от голода – от холода! Идиот!

– Неси малыша в дом, – сказал, подходя, Мэльдор. – Незадачливого отца будешь ругать потом. Ребята, за сколько согласитесь собрать кроватку?

– Папаша, кинешь по десятке каждому?

– Без проблем. И по бутылке пива. Что там еще собирать?

– А черт его… Кажется, пеленальный столик.

– Ну еще по десятке подкину. Сами считайте, сколько я там буду вам должен. Дебора, неси ребенка в дом.

– Не распоряжайся тут, – но при этом почти бегом поднялась по лестнице и внеслась в спальню с такой скоростью, будто за ней гнался волк. Захлопнула за собой дверь, но тут же появилась обратно. – Мор, тащи сюда подгузники, пеленки и одеяло.

Она вынесла из спальни девочку лишь тогда, когда та, плотно завернутая в пеленки и одеяло, уснула в тепле и довольстве.

– Она просто замерзла и перепугалась, потому и хныкала. Захнычешь тут, – заявила супруга адвоката. – Ну что, банки с питанием уже распаковали? А бутылочки? Мор, ты утверждаешь, что растил ребенка в одиночестве, а сам не понимаешь таких элементарных вещей? Бутылочку надо сперва прокипятить.

– Дебора, родная, никогда в жизни я не кипятил бутылочки для твоего сына – и ничего. Как видишь, жив и здоров.

– Ты просто дикарь, дорогой мой.

Получив солидный гонорар, грузчики, довольные, откланялись, видимо, отправились тратить заработанное, а в гостиной остались груды вещей, назначение большинства из которых Мэлокайн даже приблизительно не представлял. Пирамиды полураспакованных коробок заставили ликвидатора задуматься о том, на сколько времени все-таки растянется приведение в порядок новокупленного дома. К тому же надо хотя бы приблизительно представлять, для чего нужна вещь, чтоб где-то ее разместить. Мэльдор успокоил его, показав большую книгу с толстым младенцем на обложке, в которой, как он утверждал, есть вся необходимая информация.

– К тому же несколько дней здесь поживет Дебора – поживет ведь, правильно?

– Поживет, поживет.

– Она тебе все объяснит и покажет.

– Кстати, пап, где счет?

– Я его уже оплатил. Я же знаю, что ты истратил все деньги на дом и ремонт.

– Пап, ну что за дела?

– Свои люди – сочтемся.

Уступил просьбе сына, встревоженного, что ему, возможно, понадобятся еще какие-то детские финтифлюшки, Мэльдор рассказал, что он позвонил на склад соответствующих товаров, получил отказ и в виде компенсации – телефон другого склада, работающего ночью. Дозвонился до нужного места, побеседовал с девушкой-заведующей и продиктовал ей список. Та пообещала, что грузчики приедут в течение полутора часов.

– Откуда они в одиннадцать часов взяли грузчиков?

– На том складе погрузочные работы идут даже ночью. Рано утром по магазинам развозят новый товар, значит, ночью его надо нагрузить и при необходимости расфасовать. Грузчики были рады заработать, да еще как раз в конце смены.

– Их можно понять.

– Кстати, объясни же наконец, в чем дело, – попросил адвокат.

– Понимаешь… Это дочь Тайарны Эмит.

– Законницы? Интересно. Она не хочет растить этого ребенка?

– Она не пережила родов, – тупо и как-то равнодушно ответил Мэлокайн.

Мэльдор помолчал.

– Извини, – еще немного помолчав, он вдруг фыркнул: – Был уверен, что придется помогать тебе разбираться с законом. Значит, ты будешь растить эту малышку… Кстати, Моргану ты спросил, как она к этому относится?

– А ты думаешь, она может отнестись к этому плохо?

– Думаю, что вряд ли. Я сейчас напишу заявление, и ты его подпишешь. Остальные документы постараюсь собрать сам и как можно скорее.

– Какое заявление? Какие документы?

– Ты же собираешься установить факт своего отцовства, так? Поспеши оборудовать детскую, да так, чтоб ни одна санитарная служба и ни один работник органов опеки и попечительства не подкопался. Кто тебе принес этого ребенка?

– Артана Гиада, сестра Тайарны. Сказала, что не желает растить моего… мою дочь.