Труба Иерихона - Юрий Никитин

Убитые ещё не успели сползти по косякам на пол, а он кувыркомвлетел в помещение, падая, выстрелил трижды, ещё трое бессильно откинулись вкреслах, а один, как тесто, сполз на пол, растёкся неопрятным комом.

В этом огромном овальном зале так дико рябило от огромныхярких экранов, что на противоположной стене метались стаи зайчиков. Ему сразбегу почудилось, что они шелестят, как груды крабов в большой корзинке. Настене напротив не меньше двух десятков экранов, а посредине зала, как огромнаяподкова, прямо из пола вырос пульт управления в полукруге метров шесть-семь,сотни циферблатов и индикаторов, все выглядит как космический центр по запускумежпланетных ракет.

На экранах двигалось, мелькало, скакало. Звук отключен,сторожевые сенсоры всё ещё сигнализируют, что все в порядке, если не считатьпериметра, а так чуткая автоматика сторожит, бдит.

Сердце бешено гнало кровь в голову. Виски трещали от ударовизнутри. Сволочи, надеетесь на технику? Сейчас увидите...

Пинком отшвырнул одну залитую красным тушу от пульта. Жаль,не увидите, как горит вся ваша техника...

Руки быстро приклеивали взрывчатку, пальцы автоматическиставили таймеры, а уши ловили каждый звук.

Автоматные очереди теперь звучали с перерывами, короткие,злые, похожие на отрывистый лай. Когда он установил последнюю мину, в дальнихпомещениях грохнули два одиночных выстрела.

Простучали тяжёлые ботинки, в проём было видно, как пробежалс автоматом на изготовку Ас-Зайдин: оскаленный, озверелый. Лица Дмитрий нерассмотрел, но, похоже, юноша не успел даже выстрелить. Там, где пронеслисьИван да Ал-Мас, уже ничто не шевельнётся...

Оставалось ещё с десяток зарядов, он пробежался по комнатам,Ал-Мас выскочил навстречу, глаза дикие.

Ты видел, что в подвалах?

Догадываюсь, выдохнул Дмитрий.

Вниз вела широкая железная лестница. Ал-Мас побежал следом,ступеньки грохотали, словно неслась колонна танков.

Двумя пролётами ниже расположился ещё один зал, что вполнетянет на подземный завод. Стен не видно из-за великанских силовых установок,огромные двигатели гудят ровно, мощно, воздух насыщен электричеством.

Ал-Мас метнулся всё проверить и осмотреть, Дмитрий присел,размещал мины. Пол едва слышно подрагивает, там еще ниже явно емкости стопливом, юсовцы народ запасливый.

Я наверх! крикнул Ал-Мас.

Не заблудись, ответил Дмитрий.

Вверх по лестнице Ал-Мас пронёсся ещё быстрее, чемспускался. Там всё ещё иногда слышались выстрелы, звон и грохот. Похоже, Иванкрушит аппаратуру. Он как-то признался, что в душе одухотворенный поэт,бредберианец... или бредбериец, и потому ненавидит технику. И крушит её, акилуддист, где возникает случай.

Когда он поднялся, наверху в самом деле почти все экраныбыли разбиты, пульт разворочен, словно в него угодила крылатая ракета, а самИван осматривался, что бы попортить ещё.

Из коридора в зал вбежал Ас-Зайдин. Лицо серое, а красивыеглаза трагически расширены. Дмитрий успел заметить, насколько на автоматепобелели сжимающие его пальцы, косточки вот-вот прорвут кожу.

Командир! выкрикнул он. Там в дальней спальне...

Что?

Женщины, с крика на шепот сорвался Ас-Зайдин. Женщины и дети...

Откуда дети? удивился Дмитрий. Сейчас же... ах да, каникулы!Ничего себе поездочку устроили!.. Ну и что?

Ас-Зайдин сказал жалко:

Но... Невоюющая сторона как бы... Так не принято...

Дмитрий сказал зло:

Кем не принято? Ими? А почему играть по их правилам?.. Этиимперские дети вырастут и станут солдатами, а женщины... именно эти...схоронившиеся в той спальне, стягивают кольцо баз вокруг наших стран! Да-да,эти женщины проголосовали за имперскую власть и её политику! Это руками этихженщин посылают сюда солдат, рассылают их по всему миру, разносят заразу... Ктому же эти твари нарожают новых солдат! А те, возможно, убьют твоих детей.

Он пробежал по коридору, за спиной слышался топот тяжёлыхботинок. Ас-Зайдин забежал вперёд, указывая дорогу. Дмитрий ногой ударил вдверь, в помещении испуганно закричали. Это была спальня, роскошная спальня. Наширокой постели сидели три женщины, одна прижимала двоих детей, выставив ихперед собой, как щит от пуль. Ни одна не спросила о судьбе своего мужа, хотятреск автоматов и крики слышны до самых глубоких подвалов. Понятно, своя шкурадороже, а партнёры все заменяемы...

Узкое скуластое лицо Ас-Зайдина напряглось, ноздрираздулись. Долгое мгновение он пылал гневом, как пышет огнем паровозная топка,затем грудь разом опала, а звонкий голос упал почти до шепота:

Нет, я так не могу. Давайте уходить.

Дмитрий бросил на него короткий взгляд, но ничего не сказал.Они выбежали из помещения, и лишь тогда Ас-Зайдин, словно устыдившись, сорвал спояса гранату, сжал, высвобождая чеку, и швырнул за спину. Ноги вынесли его задверь, руки захлопнули, отрезав, как ножом, дикий женский крик, и быстрозадвинули засов.

Почти сразу по ту сторону глухо громыхнуло. Под ногамислегка дрогнуло, а металлическую дверь в середине выгнуло, будто в неё сразмаху ударили обломком скалы.

Дмитрий удовлетворённо хмыкнул. Теперь дети этих женщинникогда не возьмут в руки автоматы. И не будут стрелять в русских или арабов.Ни всерьёз, ни в компьютерных играх.

Уходим! крикнул он. Чёрт знает, что у них за системаоповещения. Возможно, на ближайшей базе сейчас к десантным вертолетам уже бежитих сраная «Дельта».

Иван сказал бодро:

Может, задержимся и примем бой? А то как-то уходить бездраки...

Ал-Мас смотрел на гиганта с великим уважением. На его глазахэтот силач срубил из пулемёта с десяток выскочивших солдат охраны, а потомнёсся, как древний герой, сокрушая на своем пути двери, стражей, разбрасываягранаты, разбивая кулаками головы, и это он называет «без драки»?

Дмитрий покачал головой, в голосе было великое сожаление:

Нельзя.

Почему? Сколько в том отряде дельтовцев? Я их бивал не раз.

И я бивал, признался Дмитрий. Но им страшнее, когда на ихлюдей напали, побили и ушли в неизвестность. А если мы их встретим и перебьём,всё равно кто-то наверху у них запишет как победу, что, мол, его люди успелинастичь террористов и дали бой... Соврут, что мы все уничтожены.

Иван вздохнул и побежал в ночь. Дмитрий оглядывал отряд, всевозбуждены, горячка короткого боя еще не прошла, адреналин в крови, а пальцыпри каждом звуке дергаются к спусковым крючкам автоматов. У Ас-Зайдина кровь нащеке, расцарапало обломком щепы после взрыва первой гранаты. Мальчишкасчастлив, теперь всю жизнь будет хвастаться шрамом. Но это хорошо, когдахвастаются шрамами, а не кольцами в носу...