Осенние визиты - Сергей Лукьяненко

Странно, раньше Кирилл никогда и никого не боялся на улицах.Даже поздно вечером, даже вдалеке от дома. Наверное, потому, что он был, этотдом.

— Ты хорошо дорогу помнишь? — спросил Визитер.

— А разве ты не смог бы найти?

— Смог бы. Но только искал бы долго… не хочется.

Они понимающе переглянулись. Визитер чувствовал то же самое,что и он.

Визитер тоже боялся не только конкурентов, но и людей.

— Помнишь, мы однажды смотрели какой-то американскийужастик, где за пацаном кукла гонялась? — спросил Кирилл. — С ребятами из«Штурмана». Веснин потом еще сказал, что интересно было бы на пацана посмотретьгода через два. Не съехала ли у него крыша.

— Он не так сказал, — поправил Визитер. — Он сказал,«интересно, как далеко у него крыша уехала…» Надо будет позвонить Вале. Он,наверное, волнуется.

Кирилл кивнул. Поколебался секунду, прежде чем спросить:

— А сколько вообще человек о нас волнуются? Как ты думаешь?

— Человек десять, — не задумываясь, ответил Визитер. —Слугин, например. Но он не только о нас, он еще за пистолет переживает. Уже самсебе удивляется — зачем ввязался. Ну, Валя… Еще кое-кто из «штурманов».Соседка, Ольга Павловна.

— Да?

— Угу. Только она так волнуется… по-своему. Звонит старушкам-подружкам.Говорит… всякое. Уверяет их, что тебя уже давно какие-нибудь бандиты продали вШтаты для того, чтобы сердце и почки миллионерам пересадить.

Кирилла передернуло:

— Замолчи…

— Почему? Так и есть. Она тебя, конечно, жалеет. Мол,«воспитанный мальчик, хоть и связался с бандитами…» Но ей интереснее было бызнать, что с тобой и впрямь что-то страшное произошло. Тогда можно всех насвете обвинять, от президента до милиции и дворников. Хотя она даже себе в этомне признается. Добрая старушка… Пошли, Кирилл.

С последними ручейками пассажиров они вышли из метро. Кириллнемного поплутал утром, уходя от писателя, зато сейчас найти дорогу было легче.

— Если нас убьют, то ты дурак, — сказал Визитер, когда ониподходили к дому. Он вроде бы и шутил, но голос у него был слишком громкий,заведенный. Кирилл кивнул:

— Ладно, договорились.

Подъезд был светлым, лампочки, хоть и тусклые, горели накаждом этаже. Перед дверью они еще раз переглянулись. За ней было тихо… можетбыть, и нет там никого? Зато за соседней громыхал рок, так энергично, словнохозяева решили непременно оглохнуть к утру.

— Звони, — Визитер засунул руки в карманы. — Давай-давай.

Кирилл коснулся кнопки. Тонко заныл звонок. Они подождали сминуту, но за дверью царила тишина. Визитер отстранил Кирилла, нажал на звоноксам, долго, требовательно, с короткими паузами — так Кирилл звонил себе домой,если прибегал с улицы зимой, с мороза, и без ключа…

— Если очень поспешим, то успеем доехать до Вальки, — сказалВизитер.

— Или не успеем… А чердак в этом доме есть?

Ночевать на чердаке Кирилл не собирался. Даже не потому, чтобоялся темноты, бомжей или холода. Просто — это был бы край. Граница, закоторой уже невозможно стать прежним.

Одиночество.

Он снова позвонил, уже чувствуя подползающее отчаяние.Тишина и пустота — это даже хуже страха, хуже врагов. С ними не повоюешь. Какглупо — проспорив весь вечер, ехать ли к писателю, можно ли ему довериться, онине задумались о самом страшном.

О жалобном, как щенячий скулеж, звуке звонка в пустойквартире…

Торопливые шаги. Щелчок замка.

Дверь открылась.