Имя шторма - Марина Суржевская

Пролетев несколько ярусов, Краст свалился прямиком на своих воинов. Но к его чести, перекатился через голову и тут же вскочил, на ходу обнажая меч. Четкие ряды ильхов сломались. Одни по примеру своего риара выхватили оружие, другие – изумленно таращились на ильха, застывшего посредине беломраморной лестницы.

– … невозможно!

– Да кто это вообще такой?

– Вот это силища!

Шторм сверху осмотрел чужаков. Втянул воздух – сильно, полной грудью. Внутри билась живая, первородная сила. Мир вокруг стал ярче и острее. Все чувства усилились. Даже шепот пришлых воинов Шторм теперь слышал так, словно стоял у них за плечом.

Поднял руку – порезы, полученные в бою, исчезли. Рана на груди, едва не отправившая его в незримый мир, затянулась до бледного рубца. И раздробленная нога больше не дергала так, что хотелось ее оторвать.

Он полностью исцелился. И стал сильнее, чем когда-либо. Сильнее, чем может быть человек или даже тот, кто поймал душу хёгга.

Вот только за это придется дорого заплатить.

Шторм снова втянул воздух – с наслаждением, со вкусом. Словно выпил залпом дорогое вино. Ощущать свое тело сильным и здоровым – невероятная роскошь. Не чувствовать боль – почти блаженство.

Жаль, что это закончится. Но прежде он будет защищать эту лестницу. Столько, сколько сможет. Столько, сколько понадобится Мире, чтобы найти путь обратно.

Шторм медленно повел головой, размял плечи. И рассмеялся от ощущения силы.

Воины внизу застыли, с опасением глядя наверх. Беловолосый а-тэм с яростью сжал кулаки.

– Чего застыли? Он напал на вашего риара! Стащите мерзавца с этой лестницы! Вперед!

Пришлые сорвались с места стаей диких собак, потрясая топорами и мечами, выкрикивая угрозы:

– Прочь с дороги! Убейте мерзавца! За риара Дьярвеншила!

Сам Краст-хёгг несся первым.

И первым же снова слетел с лестницы! За ним туда отправился его побратим и остальные воины. И это при том, что Шторм даже меч не поднял – кулаков хватило!

– Почему бы вам просто не убраться? – предложил он.

Краст и Рэм переглянулись, первый усмехнулся.

– Зачем нам уходить? Саленгвард, оказывается, занятное место! И бродяги тут занимательные. Может, расскажешь, кто ты на самом деле?

– Я ведь уже сказал. Меня называют Шторм.

– И почему тебя так называют?

Шторм хмыкнул, заметив, как «незаметно» подкрадывается со стороны беловолосый а-тэм. Хитро. Но не для того, в ком бушует сила не-мертвого хёгга.

Прищурившись, ильх окинул взглядом горизонт. С лестницы был виден краешек моря, и сердце кольнуло тоской. Он всегда думал, что умрет в глубоких, бескрайних водах, навеки станет их частью. Умирать на ненавистной лестнице не хотелось, но судьбу не выбирают. А Шторм о своей не жалел.

Перевел взгляд на Краста, делая вид, что не замечает Рэмилана. Улыбнулся почти радостно.

– Сейчас узнаешь.

Водопад, стекающий по скале, обрел небывалую силу. Зарычал, налился губительной яростью, зашумел угрожающе. А потом изменил направление, взвился в воздух рекой и обрушился на людей! Накрыл сверху потоком бурлящей воды, снося всех, кто был на лестнице. Ругающегося в голос Рэма подхватил и закружил, потащил не вниз, а вверх, и с силой забросил на растущую у скал сосну с густой макушкой и лысым стволом. А-тэм из Дьярвеншила заорал диким зверем, пытаясь сначала вырваться из цепких оков воды, а потом – слезть с дерева.

Краст, по воле чужака снова кувыркнувшийся в воздухе и вымокший с головы до ног, приземлился и тоже выругался. Его люди валялись у подножия лестницы мокрые и злые.

Шторм захохотал. Ярость бушующей воды перекликалась с его собственной. Сила дарила ощущение могущества. Ненависть бурлила, требуя уничтожить, разорвать, убить!

Он помотал головой, отбросил со лба волосы.

«Не убивать… не убивать», – прошептал он, с трудом усмиряя ярость.

По крайней мере – пока. Может, чужаки все-таки одумаются и уйдут. Надежды на это мало, но надо держаться, пока она есть.

– Уходите! – снова выкрикнул он.

– Даже если мы уйдем, придут другие! – Краст-хёгг снова стоял на ступенях. Проклятый упрямец! – Почему ты защищаешь этот город? За что сражаешься?

Шторм покачал головой.

Не за что. За кого.

Но как объяснить это чужаку из далекого Дьярвеншила? Разве он поймет?

– Я не хочу вас убивать. Просто покиньте Саленгвард, поглоти вас пекло!

Рэмилан все-таки сумел одолеть сосну, хотя теперь и выглядел не только мокрым и потрепанным, но еще и окончательно разъярённым. Вокруг него вилась белая пороша сдерживаемого призыва, но хёгг снежного пока не появлялся.

– А вот мне теперь очень хочется отрезать от тебя хороший кусок мяса, бродяга! Сражайся! – рявкнул он, вытаскивая меч.

– Как пожелаешь, – сказал Шторм, и Рэм напал.

Он бил яростно, сильно. Нападал, желая смять защиту обидчика, сломать его оборону и добраться до живого тела. Но оказалось, что оборона эта крепче горного хребта, а сам обидчик – сильнее и быстрее стихии. Шторм двигался, словно морской ветер – нанося удары и уклоняясь в песчинке от кончика чужого меча. Рэм зарычал, позвал своего хёгга, но тот снова не откликнулся!