Обладатель-двадцатник - Юрий Иванович

Понятно, что своего работодателя боец знал, как и слышал, что его ищут, чтобы посадить. Можно было бы искренне удивиться: «Вас разве выпустили из тюрьмы?» или нагло пригрозить: «А я вот сейчас позвоню в ближайший полицейский участок!». Но собой вояка владеть умел, распоряжения командира чтил, поэтому лихо козырнул и доложил чужими шаблонами:

– Работает комиссия по соблюдению наследственных прав! С ними представители Госнадзора и Комитета государственной безопасности! Нас пригрозили расстрелять на месте, если мы не откроем!

Беглый деятель и сам прекрасно понимал, что не на того орёт:

– Чёрт знает что творится! – прорычал он, опять усаживаясь в автомобиль и тыкая рукой в сторону своей собственности: – Вперёд! – Последнее, что от него донеслось, так это угроза: – Они у меня сейчас попляшут!..

«Хаммеры» уехали, боец облегчённо вздохнул, глядя на приближающегося, не в пример нахмуренного командира. И даже позволил себе пошутить:

– Теперь наглухо всё закрываем и смотрим, как пауки будут в одной банке жалить друг друга?

– Ха! Если бы было всё так просто! – ворчал тот. – Здесь же явно вся обстановка начинает принимать угрожающий окрас. Дела намечаются совсем не те, о которых меня предупреждали. И хуже всего – появление Большого Бонзы. Уж он-то имеет столько компромата на любого чиновника, что те сейчас начнут отсюда бегом до Москвы драпать, теряя туфли и подштанники.

– Да пусть драпают. Лишь бы до смертоубийства не доходило. Или есть опасения?

Командир плечами пожал и руками развёл, показывая свои сомнения, а вслух высказался совсем неоднозначно:

– Да кто этих придурков знает…

Словно ожидая этой фразы, раздался взрыв, а за ним послышались разрозненные выстрелы. Причём не только на площадках между зданий гремело, но и слаженные залпы грянули из-за внешнего периметра территории «Лужка». Очередная маленькая война за передел нехилого наследства – началась.

Пожалуй, единственный, кто не был удивлен таким обилием народа у здания «Южный», так это Иван Фёдорович Загралов. Он ждал и предвидел участие в этом деле всех. И даже успел рассмотреть возле угла соседнего здания полусотников, которые прибыли в окружении своих надёжных охранников отнюдь не на машинах. Но и его поразило прибытие орущего и брызжущего слюной Большого Бонзы. Тот не мог быть в запасном теле, он явно был в своём, потому что не имел сигвигатора.

Но кажется, этому факту поразились все, в том числе и Пётр с Леоном, и Волох с Адамом. Так что появление законного вроде как владельца всех изрядно выбило из колеи. С ходу начались крики и немалый скандал, когда Бонза, ещё только выпрыгивая из машины, стал смешивать с грязью узнанных им чиновников.

Поразился такому обилию людей и олигарх Шелосян, в машине которого находились, помимо водителя, сам куратор Борис Декельбаум, некий громила с руками, как у экскаватора ковш, и смирно сидящий в уголке начальник отдела кадров.

– Что это тут начинает твориться? – завёлся с пол-оборота Гегам Оганесович.

– Да сиди и не дёргайся, дедуля! – хамовато прикрикнул на него куратор, собираясь выйти из машины с левой стороны. – Сейчас во всём разберёмся…

И вот тут начал действовать тот, кому было наплевать и на Бонзу, и на всех остальных. Вначале задёргался с выпученными глазами сидящий перед кадровиком громила. За ним следом на тот свет отправились водитель и сам Борис, так и не успевший открыть дверь. И только тогда олигарх осознал, что его цепной пёс умудрился воспользоваться в машине своим компактным пистолетом-автоматом. По пять-шесть пуль в каждого врага засадил, не обращая внимания ни на тесноту, ни на неудобства, ни на риск ранить своего покровителя, ни на полившуюся на сиденье кровищу.

– Ну, ты… даёшь, Апавен!.. – выдохнул побледневший Гегам.

Тогда как любитель убивать уже менял наполовину опустошённый рожок на полный:

– Не сцы, Оганесович! – С грубым задором он стрельнул взглядом по бледному покровителю. – Я ведь тебе говорил, что у меня всё под контролем? И мою «лебединую песню» никто не испортит?

– Говорил… Но что сейчас? И где люк?

– А сейчас надо немножечко выждать, – злорадно улыбался убийца. – Хочешь взглянуть, как я твоего мистера Даркли выпотрошу, сидящего в третьей от нас машине?

– Так это он был?! Вот же скот, как замаскировался! Но у меня в душе что-то дрогнуло, предчувствие сработало! Но! Ты ведь сам утверждал, что персональной местью увлекаться не стоит, тут и за нас всё сделают?

– И сейчас утверждаю. Но это уже мой риск и моя стезя. Хочу лично всё-таки отомстить тому гаду, который посмел тебя кровно обидеть!

Прозвучало сказанное так горячо и пафосно, что Гегам чуть не прослезился от подобной лояльности в свой адрес. И не удержался от встречного широкого жеста:

– Апавен, ты мне дороже, не рискуй! – Но тот неожиданно спросил:

– Что сейчас говорит твоя интуиция?

– Вроде… опасность мне лично не грозит…

– Вот как здорово! – слишком бурно обрадовался кадровик. – Значит, я всё рассчитал верно, великие планы ничто не разрушит!

– Не понял… – скривился олигарх, в самом деле не улавливая связи между планировкой операции и помалкивающей интуицией.

– Сейчас всё поймёшь! – пообещал ловкий старик, поправляя на себе оружие и застёгивая пиджак на все пуговицы. – Если вдруг что со мной, выпрыгивай из машины и ныряй в люк! А пока наблюдай и учись!

Выскочил из автомобиля и дёрганой походкой устремился к авто, в котором восседал шеф английской МИ-5. Там если и удивился кто такому неспланированному движению, то не сильно, всё-таки старикан ни у кого не вызывал и толики подозрений. Правда, вызов уже мёртвому Борису Декельбауму моментально пошёл по внутренней связи. Но Апавену всё-таки заднюю дверь открыли, собираясь запустить внутрь. Ну а тот и не собирался в гости, с ходу начал стрелять внутрь машины. Шелосяну было отлично видно, как бронированное лобовое стекло украсилось кровавыми пятнами и внутренними сколами. И как все группы людей, находящиеся на внушительной площадке, стали разворачиваться к месту кровавой драмы. Всё-таки стрельбу не столько услышали, как заметили. Тогда как Апавен, лихо отстрелявшись, ринулся обратно, на ходу меняя опустевший рожок на новый, передёргивая затвор и начиная стрельбу уже в открывающуюся дверь второго авто. Очередной агент англичан приказал долго жить, заваливаясь мёртвым телом в салон машины. Туда же следом за ним полетела ловко брошенная граната, а через секунду все стёкла выбило взрывом наружу.

Вот теперь даже самый последний кретин и пацифист понял, что началась война и он находится на нейтральной полосе между сходящихся армий. И это – в лучшем случае. Началась паника. Кто падал на землю, кто разбегался, кто поспешил вступить в бой, защищая в первую очередь не только себя, но и своих подопечных. Всё-таки телохранителей здесь собралось предостаточно. Задёргались некоторые машины, пытаясь отъехать в безопасные места или вообще убраться отсюда подальше.