Обладатель-двадцатник - Юрий Иванович

Карл Гансович, после доклада дочери о должности Ивана, а потом и пояснениях об «Эльбрусе науки», сменившем владельца, неожиданно запаниковал:

– Так за всей этой шумихой стоят Хоч и твой Загралов?!

– Что значит «шумихой»? – возмутилась та. – Это Хочу просто невероятно повезло, что неведомые доброжелатели спасли его только что купленную собственность от пожара.

– А я ведь даже не заподозрил, что за крупной аферой против спекулянтов на вчерашнем аукционе кроется имя Игната Ипатьевича! – продолжал изумляться отставной генерал. – Это как он только додумался до такого: перебить всю игру прохиндеям, используя их же деньги? Кто тот гений, подсказавший такой ход?

– Тут я похвастаться не могу, Ванечка ни при чём. Господин Хоч сам всё прекрасно продумал и претворил в жизнь.

– Доча! Не вешай мне на уши лапши! Такое одному человеку не под силу!

– Зря делаешь подобные заявления! – веселилась Фаншель, у которой при данном разговоре имелась куча консультантов и подсказчиков. – Я, например, знаю ещё как минимум одного человека, который легко ворочает в бизнесе миллионами, оставаясь при этом честным и не переходя рамок приличия. Это мой отец. Хочешь, познакомлю?

– Не надо передёргивать! – горячился Карл Гансович. – У меня куча влиятельных друзей и боевых товарищей, только так и выкручиваемся. А твой Хоч… вернее не твой, а твоего мужа приятель – это совсем тёмная лошадка. В Москве без году неделя, знакомств никаких, в правительстве о нём никто вообще не слышал, и денег у него не было ни гроша. Не иначе…

И сам запнулся на полуслове, не договорив рвущееся с языка: «Не иначе, ему помогают некие таинственные силы!» Только промычал что-то и замолк.

Тут же последовала подсказка Ольге от полковника Клеща:

«Всё! Он стал догадываться и повёл аналитику поиска в верном направлении! Добивай его конкретным предложением и начинай грузить новыми обязанностями!»

– Вот теперь о главном, папа! Главный администратор комплекса господин Загралов занят, поэтому я уполномочена сделать тебе заявление, приглашение и просьбу в одном флаконе. Именно здесь будут изготавливаться знаменитые жидкие депиляторы Хоча. А также проводиться исследования по производству иных целительных средств. Тебе предлагают должность начальника по режиму и просят явиться на новое место работы немедленно. – Пока ошарашенный отец хранил полное молчание, Ольга протолкнула идею переезда в Подмосковье как состоявшийся факт: – И для нас с Иваном уже выделили роскошные апартаменты в жилом крыле здания. Увидишь – обзавидуешься. А когда мы всё тут подчистим и обставим мебелью, можно будет и мамульке показать. Уж она точно порадуется… в отличие от тебя.

– Обязательно порадуется… – слышалось в ответ бормотание. – Обязательно… Только вот сразу так отвечать на предложения подобного толка я не привык… Ты знаешь, насколько я в своих проектах занят. Поэтому хочу вначале приехать на объект, осмотреться на месте, поговорить с господином Хочем…

– Конечно, приезжай! И чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше! – восклицала Фаншель, тут же по-семейному жалуясь родителю на супруга: – Не то Иван в охрану наберёт кого ни попадя, он ведь в этом деле совсем не разбирается.

– Как наберёт?! – занервничал генерал. – И что за спешка?!

– Всю смену сторожей в больницу уложили, у них тяжкая интоксикация после вколотого дурмана. Да и вообще охрану следует утроить, по требованию нового босса.

– Останови Ивана немедленно! У нас столько прекрасных и честных офицеров-отставников без работы сидят, а он собирается невесть кого с улицы брать!

– Хорошо, постараюсь остановить, – притворно вздохнула дочь. – Но ты уж поторопись, иначе я его долго не удержу.

– Я и дядю Борю с собой захвачу… – полуутвердительно-полувопросительно заявил генерал. На что сразу получил благословение:

– Кого угодно бери, ты ведь начальник по режиму.

После завершения разговора Ольга победно взглянула на мужа. Мол, видишь, как я всё устроила. Но тот продолжал кривиться в сомнениях:

– Боюсь, как бы нас и здесь прессовать родительской заботой не начали. А уж если дядя Боря за дело возьмётся, то у нас даже в умывальнике вместо крана будет торчать зрачок видеокамеры с подслушивающим устройством.

В разговор по внутреннему каналу вмешался Игнат Ипатьевич:

– Не забывай, что номинально я здесь полноправный хозяин. А благодаря скидке на мой возраст никто не удивится и моему самодурству. В итоге всё жилое здание будет отдано лишь нам самим и тем, кто в курсе наших тайн. Остальным вход туда будет категорически воспрещён. Ещё и турникет пропускной установим, разрешающий пройти человеку только после сверки отпечатков пальцев.

– А не слишком ли строгие меры? – заволновалась Ольга. – Вдруг мама ко мне в гости приедет? Или отец захочет переговорить с глазу на глаз?

– Для этого есть гостевой флигель и даже несколько гостевых комнат для командировочных, – ультимативно заявил престарелый целитель. – Вот там и встречайтесь сколько душе угодно!

Фаншель загрустила и задумалась, тогда как Загралов внутренне обрадовался:

«Правильно дед гайки закручивает! Иначе тёща из наших апартаментов и на ночь уезжать не станет. Да и тесть не раз возжелает в самое неудобное время заскочить для решения очередного «краеугольного» вопроса. Получится, что мы даром из московской квартиры съезжаем».

Навести подобные строгости сразу – это означало спокойную работу в будущем. Не говоря уже про Ялято, с помощью которого следовало в ближайшее время экспериментировать с усилением Цепи, а в идеале и с приобретением ещё одного Кольца. И фактически вся команда фантомов была заинтересована в полной автономности своего официального проживания. Даже Ольге Фаншель не удалось выдавить из себя словечка против таких мер отсечения родственников и знакомых от предполагаемого жилища.

Обладателю пришлось с головой окунуться в работу главного администратора. После излечения ран и переломов «вампир» самоликвидировался, и сил хватало всяких и на всё. Как личных физических, так и корректируемых сигвигатором, позволяющим создать хоть всех фантомов единовременно и забросить их на максимальное расстояние. Вот он их всех и создал, даже Кракена-2 припахал на работе внутри апартаментов. И только с большим усилием воли отказался от немедленного создания фантома Галины. Потому что друг детства при первом же общении радостно заявил:

– С ней всё в порядке, вышла из комы. Операция в Салониках прошла успешно! Давай, подключай её к нашей работе!