Мой истинный - Любовь Черникова

— Я пойду и сейчас же все расскажу Ами! Пусть знает, какой ты на самом деле!

— Ты этого не сделаешь!

— Нет?! И почему же?

Я надвинулась на некроманта, вынудив того сделать шаг назад.

— Потому что я сам должен ей все рассказать. Дай мне еще немного времени.

— А тебе что, мало было?! — я аж задохнулась от негодования. — Ради своего «Стоп-ай’ре!» ты мучал Ами почти два месяца, а теперь просишь еще время? Какой же ты гад!

— Марэна, у всего есть причины! И «Стоп-ай’ре!» здесь совершенно ни при чем.

— Да мне плевать, какие у тебя причины. Ами влюбилась в тебя и страдает, как ты не понимаешь? Она же считала, что предают своего истинного, готовясь отказаться от него, ради такого подонка как ты! Какого... ты лыбишься?!

— Ты сказала, Ами в меня влюблена?

— О, Эфир! Вы там совсем со своим «Стоп-ай-ре!» рехнулся. Тебя только это волнует, сколько таких «Ами» на твоем счету?

Некромант ничего мне не ответил. Вместо этого совершенно бесцеремонно потащил меня обратно в гостиную и толкнул в кресло. Склонился надо мной, не давая подняться, и уставился в глаза. Взгляд у него был такой безумный, что я невольно стихла, не зная, как реагировать.

— Поклянись немедленно, что не расскажешь об увиденном подруге, — произнес парень вроде спокойно, но как-то так, что холодком повеяло.

Я не сразу осознала, что это и есть те самые некромантские эманации. Похоже, Прим тоже не мог совладать со своими эмоциями. Но мне было плевать.

— А больше тебе ни в чем не поклясться? — поинтересовалась я. — А ну пусти!

Но некромант даже не подумал отойти с дороги. Ну не устраивать же мне в самом деле драку. К тому же инстинкты мне подсказывали, что я Кристобалю не соперник, не нужно тешить себя надеждами, что месяц тренировок превратили меня в добротного бойца.

— Я понимаю, ты горой за подругу. Но представь на секунду, к каким последствием приведет твой поступок?

— Ами будет плевать тебе вслед!

Укоризненный взгляд некроманта сработал как ведро холодной воды. Да, именно так и будет. Возможно, она в гневе вообще отречется от истинного, только вот счастья им обоим это не принесет.

— По лицу вижу, осознала.

Некромант выпрямился и отошел, больше не опасаясь, что я выскочу за дверь.

— Ты должен рассказать ей все немедленно!

— Я расскажу, но позже.

— Когда?

— Когда Амалия будет готова узнать правду.

— Нет, Крис! Ты расскажешь ей все сегодня же! Или это сделаю я, — приняла я непростое решение. — У тебя срок до вечера.

— До утра. Я признаюсь ей этой ночью, — настаивал на своем некромант.

Я смерила его уничижительным взглядом.

— Хорошо, но после — пеняй на себя. Я не позволю тебе больше ее обманывать. Это слишком больно. Может, даже побольнее, чем когда тебя открыто бросили.

Не прощаясь, я покинула комнату Кристобаля Прима. Мне даже пришлось немного постоять в коридоре, чтобы успокоиться, иначе было бы невозможно скрыть волнение от Амалии. Она бы начала выпытывать, что произошло, а врать подруге мне совершенно не хотелось.

— Мари, что так долго? — Ами с надеждой вглядывалась куда-то мне за плечо, но я прикрыла за собой дверь. Поняв, что я пришла одна, она заметно расстроилась: — Не вышло да? Кристобаля не было дома, или?..

— Или. К нему приходила его мама.

Ами понимающе скривилась.

— Они опять ругались?

— Похоже на то. Я не слышала их разговора, но ерисса Прим была, мягко говоря, не в настроении.

К счастью, такое объяснение подругу полностью устроило, и она не стала выпытывать подробности. И даже думать забыла о моем длительном отсутствии. Оставаться рядом с Амалией было чревато. Меня так и подмывало поделиться столь важной новостью, но тогда бы я нарушила данное Крису обещание.

— Слушай, Ами, я, наверное, пойду. Мне кажется, что последнюю неделю я почти не спала толком. Вздремну немного перед посвящением.

Я ни соврала ни в одном слове. Нервное потрясение меня окончательно доконало, и из меня словно вынули пружину.

— Да, пожалуй, я последую твоему примеру. Мне уж точно силы ночью понадобятся.

Договорившись о месте и времени встречи, я распрощалась с подругой до вечера. Я как раз дошла до лазарета, когда услышала приглушенный всхлип со стороны крыльца. Мало ли что у кого случилось, я уже хотела тактично учти, но отчего-то мне вспомнилось, как я сама не так давно стояла на том же самом месте и глотала слезы от непонимания и ревности.

Ругая себя, я свернула с тропинки и, миновав, заросли кустов, завернула за высокое в полтора моих роста крыльцо. Прижавшись спиной к поросшему мхом камню, стояла Дилайла. Рыжая беззвучно плакала, запрокинув к небу голову, и слезы одна за другой стекали по ее щекам.

Но стоило мне появиться, как она тут же почувствовала мое присутствие и открыла глаза.

— Марэна Данаостро?

— Я... Тут... Это... Я пойду, — отчего-то мне вдруг стало ужасно неловко.

— Сбежишь, так и не задав ни одного вопроса? — несмотря на все еще струящиеся, словно сами по себе, слезы ее тон был насмешливым.

— У тебя что-то случилось? Может, позвать помощь? — спросила я, отчего-то смутившись.

— Не те вопросы, которых я ждала, но сойдут, — рассмеялась она горько. — А тебе и правда интересно, что со мной?

Я неопределенно пожала плечами. С одной стороны, я не питала к Рыжей теплых чувств, а с другой было как-то неправильно нагрубить и уйти, после того, как я стала свидетельницей ее слабости.

— Понятно. Все еще ревнуешь ко мне Дэрина.

— Я...

— Наверное, ты права. Мне все сложнее себя контролировать. Мне больше ничего не помогает, и я не знаю, почему.

— Что ты имеешь ввиду?

— Это.

Она вдруг оказалась передо мной. Одно текучее движение и вот она рядом! А в следующий миг, ее губы накрыли мои поцелуем.