Жена правителя Подземного царства - Наталья Мамлеева

Я бы могла начать плакать, вызвав у неё еще большие переживания, могла бы начать отговаривать её от замужества, призывая посвятить себя служению богам, могла бы требовать, чтобы она ушла в монастырь… Могла бы. Но я достаточно знала свою сестру, чтобы понять – она ценит свой комфорт. В конце концов, и визирь не был воплощением идеала с моей точки зрения.

Поэтому я ответила единственное, что могло вызвать у сестры улыбку:

– Да, но каганов-то девять, а султанов – одиннадцать.

Айра негромко рассмеялась, утерев одинокую слезу, и обняла меня.

– Спасибо, Рика. Пусть хотя бы ты будешь абсолютно счастлива.

Султану уже четыреста. Срок жизни для магов, всевышних и демонов был примерно одинаковым – шесть веков, поэтому и браки между нами заключались без опасений. Если необходимо было получить ребенка с расовыми признаками одного из родителей, то на кровь будущего наследника влияли еще в утробе матери. Например, в нашем браке с Дэном будет именно так – все будут демонами, наследниками Великого кагана Бескрайних морей.

Мой брат мог выбрать себе жену по любви, ведь в нашей семье я уже пожертвовала своим браком и заключила союз с Подземным царством. У него был выбор, которого не было у меня. Обычно через детей, не наследующих титул, заключают выгодные союзы, как в случае Айры – у неё есть старший брат, поэтому через неё могли заключить выгодный союз. Вот только никто не ожидал, что он будет настолько «выгодным».

В комнату влетела тетя. Черты её лица заострились, выдавая панику с примесью злости. Айра отстранилась от меня и бросилась в объятия матери. Женщина распахнула для неё руки и тут же сомкнула их на тонком девичьем стане. Комната стремительно пустела. Перед выходом гости лишь приободряли невесту. Когда все, кроме ближайших родственников, покинули комнату, к нам подошла бабушка и обратилась к тете:

– Калья, чего успокаиваешь дочь? Она будет женой султана! Надо в храм идти, да богу о благословении молиться! В твоих внуках будет течь кровь правящей семьи.

Айра, услышав о детях, вздрогнула. Султан был немолод, хоть и выглядел немногим старше нас, но, говорят, что жен своих он сам довел до смерти, что не своей судьбой они ушли.

– Идемте домой, здесь больше нам делать нечего, – сказала бабушка и обняла меня за плечи, обратившись: – Вернешься в свою академию на несколько дней, а потом вновь к нам. Свадьба султана – большое событие, поэтому невеста должна быть во дворце жениха за два дня до церемонии. Там же соберутся все родственники и гости.

Айра молчала, пока мы шли в портальные комнаты. Я старалась не оглядываться по сторонам. Все вокруг вызывало чувство брезгливости. Наверное, для меня был неприятным сам факт передачи невесты от одного мужчины к другому. Словно вещь. Хотя я тоже недалеко ушла: уже при моем рождении меня просватали за кагана Бескрайних морей, не дав право выбора. Так мне ли сейчас осуждать происходящее?

И все-таки почему султан так внезапно решил жениться на Айре? Когда он зашел к нам, я даже не заметила, посмотрел ли он на мою сестру. Его взгляд определенно был прикован ко мне, тогда почему сейчас в свадебном паланкине именно Айра? Разумеется, меня бы там тоже не было. Я уже была фактически замужем за каганом. Этот брачный договор не разрушить, я в свое время узнавала!

В портальной комнате нас встретил отец Айры. Он тоже молчал, даже взглядом не выдав своего негодования. Зато, когда мы перешли порталом в отчий дом сестры, он разразился бранью на древнем поднебесном языке. Бабушка прикрыла мне уши, словно маленькому ребенку. Из витиеватой речи мужа моей тети я поняла, что этому браку он был не рад. Даже перспективы родства с семьей султана его не прельщали.

– Все это слухи, дорогой зять, – вставила бабушка. – Смерть жен Великого – случайность! Зато наша Айра получит в будущем все, что пожелает, и её статус будет ничуть не ниже, чем у Лейорики. У обеих внучек такие удачные партии!

Отец семейства не ответил, лишь махнул рукой. Он не властен над приказами султана.

*** ***

В академию я вернулась на следующее утро. Сегодня у нас была курация по средствам индивидуальной защиты при лепре, которую в народе называют проказой. Она поражает кожу и на последних стадиях делает внешность человека не только практически неузнаваемой, но и затрудняет передвижение, может привести к слепоте и даже удалению конечностей, которые теряют чувствительность.

В наше время маги нашли действенные способы по борьбе с инфекцией, поэтому проказа уже не представляет собой бедствие, но все же встречаются люди с такой болезнью, в основном провоцируемой ненадлежащими условиями гигиены. Мы отправились в лечебницу в Лизбуге, куда перешли порталами. Сюда отправляли всех пациентов с проказой.

Я с трудом удержалась от того, чтобы не поморщиться, когда мы попали в отделение. Изуродованные лица больных, которые с трудом шевелили губами и прятались от прямого взгляда врачей, они сами стыдились своего уродства. Рубцы на коже, возможно, останутся, но хоть чувствительность к покровам вернется.

Обедали мы так же в столовой больницы, и ближе к вечеру вернулись в академию. В коридоре я попалась на глаза тиссу Жидеону, который буквально заслонил мне проход, сложил руки за спину и вопросительно глянул на меня.

– И где же ваш обещанный подопытный? – полюбопытствовал ректор, и я развела руками.

– Сорвалась рыбка с крючка, тисс ректор, – отозвалась я. – Мы его женить пытались, а он вместо себя султана подсунул. Как вы понимаете, султана пускать на опыты нельзя.

– Да-а, закон не позволяет, – рефлекторно кивнул мужчина, и вдруг осекся, удивленно глянув на меня. – Так это ты у Всевышних на свадьбе была?

Широко улыбнувшись, я уверенно согласилась. Повисла неловкая тишина. Кажется, ректор начинал понимать, кого чуть не сделал подопытным. Моя улыбка становилась с каждой секундой все ехидней, пока тисс Жидеон не выпрямился, нацепив маску безразличия.

– Отработка, студентка, отработка. Помоете у меня склянки в лаборатории.

– Но за что?! – возмутилась я.

– За утайку стратегически важной информации, – последовал мгновенный ответ.

– Но как же свадьба султана в конце недели?! – взмолилась я.

– Свадьба? Султана оскорблять своим отсутствием нельзя, Яниита, – согласился со мной мужчина, и я облегченно выдохнула.

Как оказалось, зря.

– Поэтому отработка назначается на следующую неделю, – едко добавил Жидеон. – Сразу спрошу у профессора Киаруса, не нужно ли ему продезинфицировать пробирки для анализов. Может, еще какие задания у него найдутся. Свободны, Яниита.

Насвистывая веселый мотив, ректор направился вдоль коридора, обойдя меня по дуге. Я поморщилась, глядя ему вслед. Я даже не знала, кем будет мой зять, когда давала шуточное обещание! Язык мой – враг мой.

Целителям было доступно то, что было невообразимым для других магов. Например, мы умели создавать пространственные карманы, куда складывали зелья и инструменты. Магия эта была тонкая, создавалась длительное время, у сильных целителей на это уходило около полугода, а у студентов – четыре курса. Но зато в любое время можно лишь взмахнуть рукой, открыть тайник, достать нужную вещь, а потом схлопнуть его. Жаль только, что объем был ограниченный.