Леннар. Чужой монастырь - Антон Краснов

1

— Корабль взорвется ?!

Этот вопль издала Элен Камара, когда Лейна сооб­щила ей, о чем был коротенький и содержательный разговор с Эльканом и Леннаром. Конечно же после такой убийственной информации никто в жилом бло­ке уже не спал. Были и такие, кто не удивился этой но­вости. Например, Алькасоол.

После ухода Гамова и Лейны первым заговорил Элькан:

— Вот видишь, я все-таки оказался прав.

— Ты о чем?

—    Ты прекрасно понял, Леннар. Я был прав в том, что опыты по транспортации живых организмов име­ют право на существование. И я добился своего. Ну а во-вторых, я был совершенно прав, определив судьбу населения Корабля как незавидную... Ведь ты хотел облагодетельствовать всех? Если мне не изменяет па­мять, первоначально ты хотел отправить на Землю ис­следовательский корабль-сателлит, установить Кон­такт с ее людьми, договориться о высадке приблизите­льно трех миллионов человек, что находятся на Кораб­ле, а уж потом двинуть на орбиту планеты сам звездолет... Сейчас ты отказался от всех этих намере­ний. После того что произошло с большею частью по­слов, Земля совершенно точно не примет нас. Попыт­ка Контакта провалена, и не нужно гадать, можно про­сто спросить у землян, которые сейчас в нашем лаге­ре... Ты сам знаешь, что именно они думают и о тебе, и об Обращенных, и о сардонарах, и вообще о каждом, кто находится на Корабле. Народы Верхних и Нижних земель обречены доживать здесь. Собственно, они этого и хотят, все-таки здесь их родина. Какая бы она ни была.

— Да, я понимаю, что нельзя облагодетельствовать насильно,— ответил Леннар.— Не нужно было пыта­ться изменить человеческую природу. Они хотят жить и умереть здесь, на Корабле. У них есть такая возмож­ность. Все это время, от битвы в шлюзе и моего «вос­кресения» во дворце Акила в Горне и до нынешнего момента, я пытался понять, ЗАЧЕМ жить мне и зачем жить им. Всем этим жалким людям, огаркам великой леобейской цивилизации. Три месяца меня носило по землям Ганахиды, Арламдора, Кринну. Я заглянул на Дно миров, в Эларкур. Везде я слышал свое имя. Меня превозносят и проклинают. Мое имя упоминают в мо­литвах и в заговорах на смерть. Говорят о том, что я был убит и снова воскрес. Но везде эти глупцы склоня­ют меня как БОГА. Большая честь, большая ответст­венность...— пробормотал Леннар.— Они ждут, что я решу их судьбу. Ну что же — дождались: я ВСЕ РЕ­ШИЛ.

Элькан хотел что-то ответить, но язык отчего-то не послушался его.

— Завтра мы начнем работы по переброске тех, кто НЕ останется...— веско закончил Леннар.— Ты вооб­ще собираешься спать, Элькан?

Тот рассеянно взглянул куда-то поверх головы Лен­нара и быстро ответил:

— Да я уже несколько ночей подряд не сплю. Разве ты не заметил?

Не один Элькан не мог спать. Его «племянник» даже не попытался заснуть. Страшное багровое, в чер­ных провалах, небо, тысяча красных глаз... Внутрен­ности сжимала и переворачивала боль, ее короткие яростные вспышки сменялись тупым покалыванием в боку и тягостными, тянущими ощущениями в желуд­ке. И еще страх. Страх накатывал липкими, удушливы­ми волнами. Невозможно было хотя бы находиться не­которое время на одном и том же месте. Гамов лежал, ворочаясь с боку на бок, потом садился, его бросало к окну и к двери, потом он и вовсе выходил в коридор и приникал щекой к холодному металлу двери. Его тяну­ло наружу. Наконец он решился выйти. Болота лосни­лись и казались полными крови. Багровые полосы ле­жали на воде и на илистой жиже, словно насосавшиеся крови гигантские пиявки. Пиявки? Снова это сравне­ние, недавно примененное Элен Камара.

«Ничего,— думал он,— скоро конец всему. Дядя Марк перебросит нас на Землю с помощью своих Бо­льших транспортеров либо... Либо?»

И он, подняв глаза, взглянул на неподвижно висев­ший над лагерем модуль сардонаров. Тут за его спиной раздался едва слышный звук шагов и кто-то прогово­рил негромко:

— Верная мысль, парень. Я тоже об этом думал. Ни­кому нельзя верить — никому, кроме себя...

— В кои-то веки я с тобой согласен,— прохрипел Костя и добавил, называя ночного собеседника по имени,— Абу-Керим.

— Я же просил называть меня Ильясом.

— Хорошо, что не требуешь побрататься...

— Это мы на Земле разберемся, кто кому брат...— в тон Гамову ответил тот.— А здесь мы все собратья по беде. Ну?..

— Ну, — сказал Гамов и снова поднял глаза к еле за­метно светящемуся корпусу летательного модуля.

2

Горн, Ганахида

— Почему мы не захватим этих отщепенцев?! — воскликнул Трендам.— В конце концов, они роются там, на болотах, которые, между прочим, являются этим... как его... единственным ареалом обитания червя-гарегга, вот! Что, тебе больше не нужны гареггины, Акил? Что, ты мало потерял их при штурме Академии и не желаешь восполнить потери?

— Не это сейчас главное,— сказал Акил.— Леннар выполнил свое обещание, я выполняю свое.