Звездный колокол - Екатерина Белецкая

— Бертик, а дача? — вдруг вспомнил Ит. — Ну, тот твой участок, который дали от института…

— Ит, я последний раз там была год назад — ездила сдавать деньги на рабицу для общего забора. — Берта пожала плечами. — Там запустение полное. Трава по макушку, и малинник на получастка разросся. Я же там сто лет ничего не делала.

— Но дом-то цел? — настойчиво спросил Ит.

— Цел, а что ему сделается. Правда, я не рискну назвать эти три с половиной комнаты домом. — Ольшанская нахмурилась. — И потом…

Она не договорила. Отвернулась, плечи поникли.

«Гришу вспомнила, — понял Ит. — Скорее всего, поэтому она там и не бывала — столько лет они ездили туда вдвоем, через выходные… что-то там осталось от него, наверное. Неуловимое, но… существующее. Чашка, засушенный букетик на стене, записка на пыльном подоконнике, выцветшая фотография, еще что-то… Для нее это был дом-призрак; призрак того времени, которое казалось счастливым и которое ушло без возврата».

— Прости, — попросил Ит. — Я просто подумал, что…

— Ты правильно подумал, — вздохнула она. Выпрямилась, улыбнулась. — Действительно, что добру пропадать. А правда, давайте туда? Магазин в деревне есть, там же можно про молоко договориться. Место хорошее, сухое. И для малины сейчас самое время. Всякие тушенки и сгущенки с собой возьмем, макароны, хлеб, сахар можно на месте купить. Ит, не переживай, все правильно, — решительно закончила она. — Это хороший вариант.

— Молодец, — похвалила ее Софья. — Сильная ты девочка. Хвалю.

— Была девочка да вся давно вышла, — пожала плечами Роберта.

— Справишься с тремя? — Софья засмеялась. — Мне порой и двух много было.

— Справлюсь. Скрипач хорошо готовит, а уборкой занимается Ит. — Роберта не выдержала и рассмеялась. — Гревиса буду за покупками посылать. Он так выглядит, что ему все задаром отдадут, лишь бы он ушел. А сама работать. Замечательно, да?

— Ммм… Софья Марковна, я не думаю, что Кир заинтересован в… в том, о чем вы сейчас сказали, — осторожно начал Ит. — У нас действительно хорошие отношения, но я…

— Я тебе потом подарю разувалку для глаз, — пообещала Встречающая. — Мораль простая, Ит. Не спать неделю вредно. От этого тупеешь. И ты — тому пример.

— Он сам про это говорил, — примирительно улыбнулся Ит. — Да, он очень хороший, и относится к нам с добром, но… У него есть какие-то личные причины для того, чтобы не пробовать выстраивать длительные отношения с кем бы то ни было. Он этого не хочет.

— Вы его потом ремнем попробуйте, — посоветовала Софья Марковна. — Хотя вообще да. Инфернальный мальчик. Есть в нем что-то… деструктурирующее.

— Что именно деструктурирующее? — с интересом спросил до этого момента молчавший Волк.

— Его самого деструктурирующее, — пояснила Встречающая невозмутимо. — Берточка, сделай-ка чайку. А еще лучше кофейку. Сейчас Кира к вам отправлю, а потом мы все-таки поработаем. Мне очень хочется сделать ножки ему так, чтобы он через пару недель вставать начал потихонечку.

— Сможет? — Волк перешел на деловой тон. — Извините, но поражение там было очень и очень серьезное, на мой взгляд.

— Сможет, — кивнула Встречающая. — Конечно, потрудиться придется всем, и ему, и вам. Массаж, гимнастика, лекарства кое-какие — мы с Машей все объясним.

* * *

Встречающие отбыли в полдень, задержавшись на лишние три часа сверх расчетного времени. Дотошность их просто поражала — они постарались учесть буквально все, до мелочей. Режим, лекарства, куча назначений, что есть можно, что нежелательно, какая одежда лучше подойдет, в какой позе спать… Под конец этой полуторачасовой лекции Скрипач беззвучно взвыл — то, что советовали Софья и Маша, выполнить было весьма и весьма затруднительно. Хорошо, хотя бы часть. Ладно, большую часть. Основную. Самую важную…

Сломанные зубы ему восстановили каким-то гелем, причем Маша сказала, что вариант этот — временный, потом надо будет вырастить нормальные, а то этот гель лет через тридцать отвалится, и «что, тебе без зубов ходить, что ли?».

Волк уехал через полчаса после Встречающих, несмотря на то, что Берта уговаривала его остаться и хотя бы пару часов поспать.

— У тебя там занято, — объяснил Волк.

— Не поняла, — удивилась Берта.

— В единственной свободной комнате спит Гревис, — объяснил Волк со смешком. — Загоняли парня. Все, Ольшанская, поехал я. Завтра заскочу к вам. Отдыхайте. Хорошо то, что хорошо кончается, как говорится…

Проводив Волка, Ит и Роберта обнаружили, что Кир действительно спит в гостиной, причем на полу. Вдвоем перетащили на диван (весил Кир под сотню), сунули под голову подушку — он тут же, не просыпаясь, подгреб ее под себя, перевернулся на грудь, и заснул еще крепче прежнего.

— Здоровый, лось, — со смешком проговорила Роберта. — А спит смешно…

— Здоровый, да, — согласился Ит. — Мы, правда, и больше встречали. Но редко. Фэб был где-то два десять, а Кир повыше, все два двадцать. И потяжелее, что правда, то правда. Пусть спит, он и в самом деле измучился.

— Ты сам-то как? — спросила Берта.

— Чего мне сделается, — отмахнулся Ит. — А ты?

— С ног валюсь, — призналась она виновато. — Ит, может, подежуришь первым? У меня глаза закрываются.

Ит притянул ее к себе и поцеловал в макушку.

— Бедная ты моя, бедная, — прошептал он. — Ложись, конечно. Я хоть ночью поспал, а ты вторые сутки мучаешься.

— Я тебя вечером сменю. — Она зевнула, прикрыв рот ладонью. — Еще же ужин надо будет приготовить, и…

— Спи, я сам все сделаю, — твердо сказал Ит. — Картошку или гречку сварить сумею, не переживай.

— Маша же сказала, что ему надо… ох… через мясорубку прокрутить, и чтобы мясо… Ит, прости. Можно, я пойду?

— Все сделаю, — повторил Ит. — Ложись немедленно.

Уговаривать Берту не пришлось, бедолага и впрямь чуть не падала. Ит проводил ее в комнату и пошел к Скрипачу. Беззвучно притворил за собой дверь, прислушался.

Квартира спала. Ит сел на стул рядом с кроватью (выбросить что ли этот проклятый стул, я же смотреть на него не смогу потом спокойно!..), погладил крепко спящего Скрипача по голове. Тот, конечно, не проснулся, но слабо шевельнулся, устраиваясь удобнее. Исхудал он за эту неделю… Ит горестно покачал головой. Килограмм десять Рыжему эти дни стоили, не меньше. Если не больше. А еще поправляться черт-те сколько придется. Ладно. Прав Волк. Действительно, хорошо то, что хорошо кончается.

Ит просидел с Рыжим еще два часа, напоил, когда тот проснулся, приоткрыл окно — в комнате было душновато. Пойти, что ли, самому чаю попить?.. Сидеть, если серьезно, нет никакой необходимости, а пить уже давно хочется. И лучше бы не чаю, а компот. Или варенье холодной водой развести?

Он ушел на кухню, вытащил из буфета какую-то банку. Открыл, понюхал — вполне сойдет, и сиропа полно, на десять чашек хватит. Развел сироп водой из-под крана, сел за стол, отпил глоток. Если честно, хотелось ему в тот момент, чтобы в чашке была не вода с вареньем, а водка. Да, в чашке. И чтобы до краев. И залпом, одним махом. И не закусывать, а просто выпить, и посидеть, ощущая, как горячее дурное тепло растекается по всему телу, и как исчезают мысли.