Дорога войны - Валерий Большаков

Гефестай один выгреб кучу гравия, и Регебал сказал:

— Достаточно! Полезли!

Он первым протиснулся в неширокое зияние, а потом из щели высунулась его рука и донесся глухой голос:

— Факелы передайте!

Эдик шустро запалил пару факелов и сунул их сыну Дадеса. Факелы исчезли.

Сергий пробрался внутрь вторым. Подземный лаз был очень узким, но заметно расширялся, пока не перешел в обширный зал. Своды его терялись в полутьме, рассеянной светом факелов, а впереди, буквально в паре шагов, отсвечивал прозрачный лед подземного озера.

— Летом тут только с плота достанешь… — раздался гулкий голос Регебала.

— Достанешь что? А-а.

Дадесид стоял посередине озера, будто висел в воздухе, — так прозрачен был лед. В том месте каменный потолок опускался низко, ниже человеческого роста, и в нем чернела широкая трещина. Регебал осторожно просунулся в нее и сказал:

— Гляди!

Он загреб рукой, и из черноты трещины хлынуло золото — самородки, статуэтки, цепи, подвески, чаши и кубки. С тяжелым лязгом падали на лед светильни, выкованные из драгоценного металла, шейные гривны и нагрудные пекторали. С дробным звоном сыпались монеты и мятые браслетики. Тугими шлепками озвучивалось падение кожаных мешочков с золотым песком.

— Вот! Вот! — кричал Регебал, задыхаясь. — Видал?!

— Ух ты сколько! — завопил Эдик, вылезая из прохода.

А золото падало и падало, брякалось и раскатывалось по льду, складываясь в одну груду, тускло сияющую цветом воплощенного богатства.

— Грузим! — приказал Сергий, равнодушно загребая сокровища ногой.

Рабы кинулись совать золотые вещи по кожаным сумкам. Преторианцы трудились рядом, захватывая сокровища жменями и затаривая.

Подобрав роскошное, тяжелое ожерелье, Лобанов представил, как бы оно переливалась на шее Тзаны, и тоскливо вздохнул.

День еще не пошел под уклон, когда преторианцы покинули сокровищницу горы Когайнон и спустились по долине вниз.

Две когорты уже выступили в поход, но догнать их было несложным делом. Легионеры воспользовались наличием табуна и двинулись в путь верхом — строго на юг, до Траянова вала.

Сергий ехал на сменном гнедом, труся рядом с санями, где лежала Тзана, закутанная в теплые шкуры. На стоянках он не отходил от нее, постоянно прислушиваясь: дышит ли? Не оборвалась ли тоненькая ниточка жизни? Но, кажется, крепкий организм степнячки перебарывал лихорадку. Рана затягивалась, и душа Сергея наполнялась невыразимым блаженством.

— Я теперь буду некрасивая, — лепетала Тзана, — и ты меня разлюбишь.

— Ты у меня самая красивая! — убеждал ее Сергий.

— Ага, с дыркой.

— Ничего, под грудью не видно.

— Ага, а на спине?

— Глупенькая ты.

Тзана счастливо вздыхала и засыпала — разговор исчерпывал все ее силы.

Неделю спустя обе когорты и караван с золотом добрались до Диногенции, порта на Данувии. Одна из когорт осталась на месте, другую услали в Пироборидаву, а караван проследовал по льду Данувия в Новиодун, главную базу Отдельного Мезийского Флавиева флота. Боевые триремы, выкрашенные в синий цвет, зимовали под крышами доков, а мореходы грелись в казармах.

Тзану определили во флотский госпиталь, с нею остался Искандер, а Сергию с друзьями снова досталась возня с золотом.

Вечерело. Солнце село, и равнину Нижнего Данувия затянули синие тени.

— Побудьте пока здесь, — сказал Сергий, спрыгивая с коня, — в порту, а мы с Гефестаем поищем тутошних аргентариев.

— Так точно! — отчеканил Эдик.

Лобанов с сыном Ярная миновали причалы, прошли между приземистыми пакгаузами, выбеленными мелом и крытыми черепицей. На фоне белых стен, отсвечивавших голубым в лунном сиянии, маячили личности самого подозрительного вида — оборванцы с ножами за поясом, а между штабелями бревен, кладками пустых ивовых корзин и пустых амфор, воняющих протухшим оливковым маслом, крутились проститутки. К Сергию с Гефестаем не приставали — уверенные движения обоих плюс ясно видимые мечи останавливали шпану.

Поселок при крепости Новиодун был заселен в основном фабрами — плотниками, кузнецами, ткачами, канатных дел мастерами — всеми теми, кто строил новые корабли и чинил старые. Хватало, однако, и купцов, и менял. Проживали они все на Кардо Максимус, туда и отправились друзья.

Удивительно, но почти во всех конторах горел свет — бизнес прежде всего.

— Вот! — остановился Сергий и указал на вывеску ростовщической конторы Колония Виндициана. — То что надо.

Отворив дверь, он вошел в небольшой зал, надвое разделенный дубовой стойкой. При свете ярких люкносов агенты-ростовщики портили себе глаза, заполняя столбиками цифр свитки папируса, скребя стильями вощеные дощечки-церы, подсчитывая доходы и расходы.

— Чем могу? — подошел, часто кланяясь, хозяин конторы, худой, словно высохший эллин.

— Прежде всего, — начал Сергий не без надменности в голосе, — мы хотели бы узнать, туда ли попали. Имеет ли ваша контора отделения в Риме?

— Конечно! — оскорбился эллин. — Господин Виндициан ведет дела и в Риме, и в Антиохии, и в Александрии, и в Пергаме, и…

— Достаточно, — поднял руку Лобанов, — я удовлетворен. Следовательно, вы сможете выдать мне векселя за сданное золото?

— Конечно!

— Сколько берете в уплату за услуги?

— О, совсем немного! Два денария с сотни!

— Нас это устраивает, — кивнул Роксолан. — Тогда, пожалуйста, погодите закрываться, мы привезем вам золото.

— Сколько? — деловито спросил эллин.

— Точно не знаю, — задумался Сергий, — приблизительно тридцать пять талантов. Или все сорок.

У эллина из рук церы выпали. Он открыл рот в попытке осознать названную сумму и выпучил глаза.

— Сколько-сколько?!

— Тридцать пять талантов. Ну, может, сорок. Так что, везти?

— Да-да, конечно! — лихорадочно заспешил эллин. — Может, вам найти телегу? Мы и охрану сыщем! Возьмем совсем недорого, сущие пустяки!

— Давайте! — согласился Сергий. — Нам же меньше мороки.

Недавно полусонные, служащие забегали, как наскипидаренные. Лучшие писцы бросились заполнять кожаные учетные векселя, помощники кинулись отливать оловянные печати и нарезать для них шнурки.

Заржали лошади, загрохотала повозка, защелкал кнут. Тяжело печатая шаг, подошла полукентурия преторской стражи. Седовласый воин отсалютовал Лобанову:

— Марк Сальвий Прант слушает твои приказы!

— Слушай сюда, — сказал Сергий. — Я выполняю задание префекта претории Марция Турбона! — При этих словах опцион вытянулся во фрунт. — Будешь сопровождать важный груз от порта до этой конторы. Если все пройдет без заминки, каждый из стражников получит по десять денариев, ты — два золотых!