Извлечение троих - Стивен Кинг

Рискуй только в пределах приемлемого. Остальное своди доминимума.

Иными словами, не забывай каждый раз подпирать дверь стулом.

Он прошел по запыленному коридору, на стенах которого сквозьобвалившуюся штукатурку проглядывала дранка. Шел он, склонив голову и бормочачто-то себе под нос, как те бродяги, шатающиеся по улицам. Он все еще различалкрики женщины — как он понял, матери девочки, — но теперь они доносились состороны фасада. Слабые крики, не имеющие значения. Все, что было потом: крики,смятение, стоны раненых (если раненый был в состоянии стонать), — не имеловообще никакого значения для Джека. Имело значение только то, что он вносилновый штрих, меняющий привычный ход вещей, и вырисовывал новые линии вповседневном течении человеческих жизней… и, может быть, в судьбах не толькотех, кто пострадал от его руки, но и в судьбах его близких. Так от брошенногокамня расходятся круги по спокойной воде.

Кто скажет, что он — не вершитель судеб сейчас или вбудущем?

Господи, не удивительно, что он кончил себе прямо в джинсы!

Спускаясь по лестнице, он никого не встретил, но все равнопродолжал притворяться, изображая пьяного, но ни в коем случае не шатаясь. Натихого выпивоху никто внимания не обратит. А на упившегося в сосиску, так чтобуже на ногах не стоять, могут и обратить. Он бормотал себе под нос, но так,чтобы никто не сумел разобрать, что он там бормочет. Недоиграть всегда лучшечем переиграть.

Через развороченную заднюю дверь он вышел в проулок,заваленный мусором и битыми бутылками, на осколках которых сверкали звездныегалактики.

Как он будет уходить, он продумал заранее. Он всегда всепродумывает заранее (рискуй только в пределах приемлемого, остальное своди доминимума, ко всему подходи с умом), именно поэтому коллеги его по работе считали,что он далеко пойдет (и он сам собирался пойти далеко, а вот ни в тюрягу, ни наэлектрический стул его не тянуло).

По улице, на которую выходил закоулок, бежало несколькочеловек, но они все спешили выяснить, почему так кричат, и никто даже не посмотрелна Джека Морта, который снял свою шапочку явно не по сезону, но оставил темныеочки (вполне уместные в это солнечное утро).

Он повернул во второй закоулок.

Вышел на другую улицу.

Пошел не спеша по проулку, который был не таким уже грязным,как первые два — скорее даже, по узенькой улочке. Она вывела на улицу пошире,где через квартал была автобусная остановка. Через минуту после того, как Джеквстал на остановке, подошел и автобус, что тоже входило в план. Двериоткрылись, Джек вошел и бросил пятнадцать центов в прорезь монетоприемника.Водитель даже не посмотрел на него. Хорошо. Но даже если бы он посмотрел, он быувидел лишь какого-то неприметного мужчинку в джинсах, у которого, возможно,нет работы — свитер, который на нем, похож на те вещи, которые раздают неимущимиз запасов Армии Спасения.

Будь готов, всегда будь готов, подходи ко всему с умом.

В этом секрет успеха Джека Морта как на работе, так и взабавах.

В девяти кварталах от остановки располагалась большаястоянка. Джек сошел с автобуса, вошел на стоянку, сел в машину (неприметный«шевроле» выпуска середины пятидесятых, но все еще в неплохой форме) и вернулсяв Нью-Йорк.

Он был свободен и чист.

7

Все это пронеслось перед мысленным взором стрелка буквальнов одно мгновение. И прежде, чем сознание его справилось с потрясением,просто-напросто отключившись, он увидел еще кое-что. Не все, но достаточно.Вполне достаточно.

8

Он увидел, как Морт аккуратно вырезает острым ножом заметкус четвертой страницы «Нью-Йорк Дэйли Миррор», стараясь не задеть строчек вколонке. Называлась заметка: ПОСЛЕ ТРАГИЧЕСКОГО НЕСЧАСТНОГО СЛУЧАЯДЕВОЧКА-НЕГРИТЯНКА НАХОДИТСЯ В КОМЕ. Увидел, как Морт мажет обратную сторонувырезки кисточкой с клеем, прикрепленной к крышке пузырька. Увидел, как Мортприклеивает ее по центру пустой страницы в альбоме, в котором, судя по тому,как он распух, было немало подобных вырезок. Роланд успел прочесть первыестроки заметки: «Пятилетняя Одетта Холмс, которая приехала вместе с родителямив Элизабеттаун, штат Нью-Джерси, чтобы отпраздновать радостное событие,оказалась жертвою слепой и жестокой случайности. Через два дня послебракосочетания тети, девочка со своими родителями шла пешком на вокзал, и ей наголову упал кирпич…»

Но это был не единственный случай, когда он имел с нею дело,не правда ли? Да. Господи, да.

За годы, прошедшие между этим утром и тем днем, когда Одетталишилась ног, Джек Морт сбросил немало еще кирпичей и тяжелых предметов истолкнул немало людей.

А потом снова ему повстречалась Одетта.

Первый раз он столкнул кирпич на нее.

Во второй раз он столкнул ее.

И предполагается, что такой человек мне нужен? Такойчеловек…

Но тут он подумал о Джейке, о том, как его толкнули, ивследствие этого мальчика перенесло в его мир. Ему почудилось, что он слышитсмех человека в черном. Это его и добило.

Роланд лишился чувств.

9

Когда он пришел в себя, он увидел ровные ряды цифр,выстроенных на зеленой бумаге. Бумага была разлинована вдоль и поперек, так чтокаждая цифра походила на арестанта в камере.

Он подумал: Там было что-то еще.

Не один смех Уолтера, а что-то еще. Какой-нибудь план?

Нет, боги вышние, нет — ничего столь завершенного иобнадеживающего.

Но хотя бы мысль. Какой-то намек.

Сколько я пролежал, интересно, в отключке? — подумал он,вдруг встревожившись. Когда я вошел в эту дверь, было часов девять, может, чутьменьше. Сколько времени…

Он вышел вперед.

Джек Морт — который в это мгновение был просто живоюмарионеткой, управляемой стрелком — приподнял голову и посмотрел на стрелкидорогих кварцевых часов у себя на письменном столе. Четверть второго.

Боги вышние, уже так поздно? Так поздно?! А как же Эдди… онтак измотался, ему никак не продержаться без сна так дол…

Стрелок повернул голову Джека. Дверь осталась на месте, ното, что увидел Роланд по ту сторону, было гораздо хуже, чем он мог бы себепредставить.

На той стороне было две тени, одна от коляски, другая отчеловека… но это человеческое существо было не совсем целым: оно опиралосьруками о землю, потому что ниже колен у него не было ног. Ноги отрезало с тойже мгновенной жестокостью, с какою ползучие чудище отхватило Роланду пальцы.