Не сотвори себе врага - Алексей Калугин

– А ты?

– Это уж как решит Каа-Си, – развел руками Максим. – Смотри, уже начинается!

Вокруг одного из выбранных для праздника деревьев не спеша рассаживались человек тридцать мужчин, каждый со своим отрезком ствола дерева вак. Между ними прохаживался Каа-Си, что-то одобрительно говорил, похлопывал по инструментам.

– Самое сложное в исполнении большой группы барабанщиков – это добиться синхронности, – объяснял Нику Максим. – Достаточно хотя бы одному сбиться с ритма, и старания всех остальных пойдут прахом.

Каа-Си подал команду, и один из мужчин начал медленно постукивать по своему барабану. Вслед за ним вступил другой, затем третий, и так, один за другим, в игру включились все сидевшие под деревом. Темп медленно нарастал, бой становился все резче и громче. По кольцу зрителей прошел восторженный вздох, когда листва на нижних ветках дерева начала мелко дрожать. Ладони музыкантов все быстрее стучали по барабанам. Волна вибрации прошла по всей кроне дерева, ветви начали заметно вздрагивать, листья стали поворачиваться то темной, то светлой стороной, отчего казалось, что дерево охвачено сполохами холодного серебристого пламени.

– Летит! Летит! – закричал вдруг какой-то малыш.

– Летит! Летит! – подхватили его крик другие зрители.

– Еще один!

– Два!

Листья срывались один за другим и, как большие бабочки, кружились над людьми, не торопясь опускаться на землю. Женщины и дети устроили за ними настоящую охоту. Они гонялись за листьями, размахивая руками, ловили их на лету и собирали в корзины.

По дереву уже гулял серебряный вихрь, срывая листья охапками и бросая их на головы людей. Этот феерический полет листьев под неумолкающий рокот барабанов продолжался около часа. Потом еще около получаса, после того как с дерева слетел последний лист и смолкли полые стволы в руках исполнителей, под смех и песни продолжался сбор опавшей листвы.

Ник снимал без остановки, не отрываясь от видеоискателя камеры, бормоча, как во сне:

– Только бы диск не кончился…

Едва он успел сменить диск, как началось второе действие.

Под вторым деревом Каа-Си собрал двенадцать юных круидов, которым в этом году пришла пора показать свои силы и мастерство. Старик поочередно сажал их под дерево и давал в руки полый отрезок ствола. Почти каждому молодому исполнителю удавалось вызвать легкую вибрацию ветвей дерева и заставить их сбросить вниз около десятка листьев, что каждый раз встречалось одобрительными возгласами зрителей. После этого Каа-Си хлопал юношу по плечу и передавал инструмент следующему конкурсанту. А паренек, успешно выдержавший испытание, собирал опавшие листья и, смущаясь и краснея, вручал их какой-нибудь молоденькой, симпатичной девушке.

И только одному из юношей, как он ни старался, так и не удалось заставить дерево вак сбросить ни одного листа. Чуть не плача от обиды, он ушел из круга, провожаемый общим молчанием и неодобрительным взглядом Каа-Си.

А лучше всех отстучал свою партию, конечно же, Гаат-Мо. Не зря во время занятий дед гонял его до седьмого пота! Его барабанная дробь сбила с дерева целый ворох листьев, и все зрители бросились помогать Гаат-Мо собирать трофеи. Старый Каа-Си был доволен, хотя и старался казаться бесстрастным.

Оставшиеся на втором дереве листья сбивали барабанной дробью все вместе: прошедшие испытание юноши и взрослые мужчины.

– Похоже, Каа-Си решил не выпускать меня на сцену, – сказал Максим, наклонившись к Нику.

Каа-Си подошел к третьему дереву и произнес, обращаясь ко всем собравшимся:

– Живущие и умершие! Сегодня вместе с нами падающим листьям дерева вак радуются два наших друга с планеты Земля. Один из них снимает фильм о Празднике Падающих Листьев, и скоро наш праздник увидят все жители Земли. А наш старый друг Маак-Сим хочет сегодня выступить перед нами, продемонстрировав свое искусство в игре на дереве вак. Но играть он будет не с помощью отрезка ствола дерева вак, как это делаем мы, а с помощью аппарата, который называется кристаллофон. Хотите вы посмотреть и послушать его игру?

Зрители одобрительно зашумели.

– Тогда я уступаю ему свое дерево, – закончил свою речь Каа-Си и, отойдя в сторону, сел среди зрителей.

Максим поднялся на ноги.

– Ни пуха ни пера, – шепнул ему на счастье Ник.

– К черту, – решительно выдохнул Максим и пошел к дереву.

Он немного волновался, но делал все уверенно и четко: подсоединил кристаллофон к портативному усилителю, вывел от него два динамика, сориентировал их на дерево и нажал кнопку воспроизведения звука.

– Там! Та-та-та-там! Там! Там! – зазвучала из динамика мелодия, выбиваемая ладонями Каа-Си.

Максим отрегулировал громкость и частоту звука и замер под деревом, сложив руки на груди. Теперь оставалось только ждать. Ник поднял объектив видеокамеры на крону дерева, ожидая листопада.

Прошло несколько минут. Темп барабанного боя был уже достаточно быстрым, а на дереве до сих пор не шелохнулся ни единый лист.

Максим прибавил громкости – никакого эффекта.

По кругу зрителей пошел недовольный ропот.

Ник поймал в объектив лицо Максима. Оно было такое же, как у мальчика, который сегодня не сумел пройти испытание. Присев на корточки, Максим крутил ручки настройки усилителя, но уже становилось ясно, что с дерева не упадет ни один лист.

Скорость барабанного боя, несущегося из динамика, приближалась к предельной, вот-вот должна была грянуть кода. И вдруг, в самый последний момент, в унисон с грохотом динамиков за спиной у Максима застучали по дереву человеческие ладони.

Кода!

По стволу дерева прошла дрожь. В едином порыве всех ветвей дерево как будто рванулось вверх, тряхнуло ветвями, и все листья, что были на них, закружились в воздухе.

Бесконечное мгновение длилась наступившая вслед за тем тишина. И внезапно она взорвалась восторженными криками восхищенных зрителей.

Максим обернулся. Сзади него сидел старый Каа-Си, держа на коленях барабан из дерева вак. Он улыбнулся Максиму и сказал так тихо, чтобы услышал только он один:

– Видишь, оказалось, что все-таки нужны человеческие руки. – И хитро прищурился.