Спаситель по найму. Истинный враг - Алексей Фомичев

– Что это? – спросил он, указывая на один из типов зарядов.

– Третий или четвертый?

– Четвертый.

– Атмосферный заряд. Он вызовет ураган высшей категории. Какие проносятся по Степи, только раза в три сильнее.

– Это подойдет! – воскликнул Неринг.

На мониторе вдруг возникла надпись: «Процесс самоликвидации завершен; для окончания работы необходимо ввести код. Время на ввод кода – шестьдесят секунд. Пятьдесят девять…»

– Что это значит? – не понял Неринг. – Какая ликвидация?

– Момент, надо ответить.

Герман быстро нашел коды подтверждения, отбил строчку цифр и букв и дал команду запуска.

Оракул схватил Ветрова за плечо.

– Что вы делаете?

Герман бросил короткий взгляд на бойцов. Оружие опустили, подошли ближе, тоже смотрят на экран. Расслабились слегка ребятишки.

«Код принят, процесс самоликвидации батареи в финальной стадии», – сообщил компьютер.

И Неринг все понял.

– Отменить! – заорал он, потом метнул на Ветрова свирепый взгляд и выкрикнул другую команду: – Убить и…

И больше ничего сказать не успел.

Герман врезал ногой ближнему бойцу, рванул на себя крупное тело Неринга, закрываясь им, и всадил выхваченный нож в живот.

Бойцы оракула, надо отдать им должное, среагировали быстро. Один выстрелил от бедра из пистолета, пуля прошла впритирку с боком Неринга и угодила в край бронежилета. Второй сделал шаг в сторону, но стрелять не рискнул. И тут же получил нож в грудь.

Кир повторил трюк Ветрова, но его противники выстрелили одновременно. Кир упал вместе с безоружным спутником оракула и тоже бросил нож.

Герман прыгнул на первого бойца, уже восстановившего равновесие после удара и поднимавшего карабин. Рука сорвала гранату и швырнула ее в лицо противника. Тот проявил завидную реакцию и уклонился. Но потерял драгоценное мгновение.

Удар ногой, а потом рукой, жесткий захват, рывок – и вот два тела летят на пол. Герман в полете поменял положение и упал на спину, навалив противника сверху. Третий боец ловил Ветрова в прицел пистолета.

Борясь с врагом, Герман краем глаза увидел, что Кир на полу, кого-то душит. Второй его противник стоит на коленях и тащит нож из груди.

Раздался выстрел. Пуля пистолета вспорола воздух возле уха Германа и ударила в пол. Герман машинально дернул головой, прервал безуспешные попытки противника нанести удар, обхватил его шею левой рукой, а большой палец правой вдавил в глазницу.

Боец дико взвыл, попробовал откинуть голову и открыл горло. Удар предплечьем, второй удар лбом. Противник обмяк и захрипел. Герман скинул его тело с себя и мгновенно вскочил на ноги. Третий боец прыгнул к нему с выхваченным ножом.

Герман отпрыгнул в сторону и рванул к столу.

А Кир все еще на полу. Долго друже возится…

Боец двигался на удивление быстро и догнал Ветрова. Мелькнул нож. Герман отбил удар, ногой оттолкнул противника, сделал шаг назад и сцапал пистолет со стола.

Новый прыжок бойца прервали два выстрела. Тот взмахнул руками и рухнул на пол с пробитой грудью.

Герман всадил двум другим по пуле в голову и развернулся к Киру. Шилов полулежал на боку. Правая рука заведена за голову и с силой сжимает шею. Левая достает из кармашка разгрузки бинт.

Рядом лежит один боец, второй в паре шагов. Еще живой.

Герман добил их и подскочил к Киру. И только сейчас увидел кровь на его руке, кровь на шее и на полу.

– Кир! Зацепили? Куда?

– Мать! – сдавленно прошипел Кир. – Картечью… шея.

Герман выхватил бинт из его руки.

– Бесполезно. Артерия…

– Сейчас перевяжу…

– Гера! – на побледневшем лице Кира проступила слабая улыбка. – Там не перевязать.

– Не болтай! – испуганно воскликнул Герман и осторожно повернул тяжелое тело. – Царапина!

– Твою мать! – четким голосом сказал Кир. – Впервые уйти не успел… Черт!

Он побледнел еще больше.

– Не суетись, Гера. Тут не… поможешь…

Правая рука ослабила хватку и из-под нее полилась алая кровь. Кир обмяк и замер.

Герман с трудом вдохнул, грудь буквально сдавило от боли. Он осторожно опустил тело друга на пол, положил пальцы на сонную артерию. Это было лишним. Под головой Кира разливалась целая лужа крови.

Круглый свинцовый шарик пробил кожу и мышцы шеи и разорвал артерию. Чудо, что Кир сумел еще добить врага и пережать рану. Он протянул гораздо дольше, чем можно при таком ранении.

Боль и ненависть буквально сжигали Ветрова. Хотелось рвать и метать. И выть как волк. Этого не могло произойти никогда!

Сильный опытный Кир погиб от случайного выстрела, от какого-то куска свинца, отклонившегося от траектории на сантиметр. Возьми он чуть ниже, угодил бы в бронежилет.

А так… даже будь здесь бригада реаниматоров с аппаратурой, и тогда бы спасти Шилова вряд ли бы смогли.

Под пультом зашевелилась фигура спутника оракула. Герман подошел к нему, пинком перевернул на спину и сорвал маску. На наемника взглянули полные ужаса глаза.

– Ты кто? – непривычно низким голосом спросил Герман.

– Ма-мастер Вудлер, – проблеял тот.

– Оракул?

– Да. Помощник верховного оракула Неринга.

В этот момент пришел в себя Неринг. Он лежал, свернувшись калачиком и зажав руками рану на животе. Живуч оказался верховный оракул. На свою беду.

– Ты, Вудлер! Знаешь, как открыть переход?

– Д-да… его д-держат с той стороны. Надо только п-перейти.

– Ты переправишь нас обратно. Ясно?

Вудлер перевел взгляд на Неринга.

– Ясно?! – заорал Герман, хватая оракула за шкирку.

Тот побледнел.

Герман подошел к Нерингу. Верховный оракул перевернулся на спину и тяжело дышал. Из-под прижатых к животу рук вытекал тонкий ручеек крови.

– Идиот! Что ты сделал? – хрипел он, глядя на Германа. – Все планы… все, что хотели…

Он как-то растерял свой величавый вид и уверенность. Перед Ветровым лежал перепуганный человек, понявший, что жизнь вытекает из него по капле.

– Спаси. Вытащи меня!

Герман молчал. Не было слов, чтобы ответить этому ублюдку, возомнившему себя мессией. Ради власти он стравил десятки тысяч людей, ради власти предал короля и, наконец, ради власти убил Кира. Что ему можно сказать?

Ветров поднял пистолет и начал стрелять.

Первая вошла в ступню оракула. Вторая в колено, третья в бедро, четвертая в живот, пятая в грудь.