Лорд, который влюбился - Анна Гаврилова

– По-твоему я настолько стар, что у меня мог развиться склероз?

Шутка. Туповатая, грубая, неуклюжая, но почему-то подумалось, что я в самом деле старше…

– Ютас использовал странный артефакт, – призналась малышка Тизар.

А когда начала рассказывать о действии упомянутого артефакта, я подался вперед, чувствуя себя голодным волком, готовым эту синеглазую девчонку съесть!

Игла! Она имела те же свойства, что и кинжал алларина! И не нужно быть гением, чтобы сложить два и два – Ютас Шенойс причастен к нападению на Хранителя! Не исключено, что именно он проник в подвалы и вонзил кинжал в одну из ключевых опорных колонн.

– Что было дальше? – почти прорычал я.

Эрика со вздохом сказала про схему, которую они чертили на полу, используя борозды «черновика», и я потянулся за листком бумаги.

– Повторить сможешь? – спросил строго.

Задумалась, нахмурилась, потом ответила:

– Да.

Усадив адептку в свое кресло, я подвинул писчие принадлежности и принялся нарезать круги по кабинету. Очень хотелось немедленно услышать продолжение истории – подробности ритуала и как этот самый ритуал выглядел изнутри.

Но схема была важней, и я не мог рисковать – начав вспоминать все, что происходило в зале, Эрика могла погрузиться в эмоции и на какое-то время утратить адекватность. А мне нужны были трезвый ум и незамутненная память. И схема, алларин ее подери!

В какой-то момент я решился оставить малышку Тизар в одиночестве и сходил за кофе. Когда вернулся с двумя чашками, поймал тусклую улыбку и благодарный взгляд. Стоило приблизиться, Эрика поднялась из-за стола, оставив листок, и вновь переместилась в гостевое кресло.

Вот теперь я потребовал:

– Что было дальше?

Увы, но дальше был перерыв.

Эрика, обхватив чашку двумя руками, молча пила кофе, а я с затаенным ужасом взирал на схему. Лицо оставалось непроницаемым, но внутри я словно заледенел.

Мой интерес к схемам запрещенных ритуалов был достаточно глубоким, и повидал я немало – спасибо службе и обширнейшей библиотеке лорда Варкроса старшего. То есть я легко мог определить степень закрытости ритуала, а также его смертоносность. То, что изобразила Эрика – это был последний круг.

Ритуал высшей степени опасности, с применением жертвенной крови, которую девушке преподнесли как алхимический состав – скорее всего использовали специальный флакон со стеклом-хамелеоном, скрывающим истинный цвет и придающим содержимому другой оттенок.

И адепт Шенойс, который все это провернул… Парень однозначно действовал не один. Я помнил Ютаса, на роль хитроумного злодея этот тщедушный рыжий не подходил.

Ну а после ритуала Ютас заболел… Не удивительно. Учитывая, что прикасался голыми руками к той игле, а потом проводил темный ритуал, вообще странно как выжил. Кстати, лично я не возьмусь утверждать, что адепт жив до сих пор.

– Эрика мне нужны подробности, – когда пауза затянулась, напомнил благоверной.

Девушка печально вздохнула и нехотя отставила чашку. Теперь она не просто говорила, а тщательно подбирала слова.

Она рассказала, как Ютас уложил на мрамор пола и вылил «алхимический состав» на темя. Как парень отошел в сторону и прочел заклинание – очень сложное и длинное, напоминающее по словам Эрики длинный стих.

Дальше девушка замялась, явно не зная, что говорить, и…

– А ничего не было, – заявила адептка в итоге. – Никаких ощущений и никаких видений.

– Серьезно? – Я, понятное дело, не поверил. Просто так не бывает. Она могла не почувствовать боли, но должно было быть что-то еще.

– Честно. Я ждала чего-то… ну даже не знаю чего, но особенного, а его… не было.

Я скептично прищурился и склонил голову на бок, а Эрика залилась краской. Она смотрела так пристально и жалобно, словно пытаясь угадать, сопоставил я это ее «ничего» с внезапно прилетевшей болью или нет?

Облегчать задачу Эрики я не собирался, поэтому даже бровью в том направлении не повел. И кстати, вновь давал лгунье шанс закончить спектакль и признаться во всем.

Новая долгая пауза, однако леди до признания опять не снизошла. Что ж…

– Я рад, что ты взяла с меня клятву. Теперь, если дойдет до суда, у меня будет оправдание почему не сообщил в Ковен о том, что произошло.

Вздрогнула, побледнела, отшатнулась. Хорошо хоть чашку с остатками кофе на стол уже отставила, а то бы облилась и испортила платье.

– Все так ужасно? – спросила она.

Риторический вопрос.

– Все еще хуже, – хотелось пощадить ее нервы, но не та ситуация. – За участие в подобных ритуалах полагается судить и лишить силы.

Эрика стала белее выпавшего ночью снега.

Я смерил адептку новым взглядом и, откинувшись на спинку кресла, устало прикрыл глаза. Я не мог сказать, что безумная версия о том, будто нападение на Хранителя связано с Эрикой, подтвердилась, но теперь она не казалась такой уж дикой.

А еще, если все верно, где-то в академии должен быть труп, потому что жертвенную кровь мимо Хранителя не пронести.

Существует набор запрещенных, но известных вещей, которые защитные системы академии отслеживают преотлично – именно за счет их известности. Тут даже под аурой не спрячешь. Кинжал алларина относился к числу предметов новых, а жертвенную кровь любой защитный контур распознает.

То есть нужно искать труп. В том же, что касается поисков Ютаса, которые начались еще вчера, и с привлечением Ковена… Боюсь, парня отыщем нескоро. Он не мог провернуть все сам, у него однозначно есть покровитель, и этот покровитель сумеет спрятать так, что ни одна ищейка не найдет.

Ну и самое неприятное – есть большая вероятность, что покровитель находится тут, в стенах академии, и я понятия не имею кем он может оказаться, а значит о тайне, поведанной Эрикой, действительно лучше молчать. Расследовать тоже придется самому. По крайней мере пока.

Открыв глаза, снова уставился на Тизар – знал, что из-за невесты будут проблемы, но не предполагал, что столько!

– Что? – выдохнула Эрика пугливо. Она по-прежнему была белее снега, и губы опасно дрожали.

– Ничего. Будем решать проблемы по мере их поступления, – спокойно сказал я.

Я действительно успокоился, и даже на нарисованную Эрикой схему смотрел теперь без содроганий. Малышка могла умереть, и это печально. Но она жива, и даже полноценная сила проснулась, а значит, все хорошо.

Вот только…

– Насчет Грэгса, – сказал я со вздохом. – Эрика, я не шучу. Чтобы я тебя рядом с Акстером больше не видел.

Наверное, после столь серьезного разговора упоминание белобрысого хлыща было неуместным, но что делать? Эрика изумленно округлила глазки, только я действительно не шутил, и надеялся, что нареченная достаточно умна, чтобы это понять.