Братство Конца - Евгений Малинин

Хоббит возмущенно фыркнул и постучал по своей меховой башке меховым же кулачком:

– Ты что, не понимаешь! Они спали как убитые! Я их еле-еле смог растолкать! – И, видя, что Эльнорда продолжает насмешливо и высокомерно взирать на него, заорал: – Ты когда-нибудь видела, чтобы Шалай спал до этого времени!!!

Тут до Эльнорды дошло, что и в самом деле произошло что-то не совсем обычное. Ее взгляд стал растерянным и переметнулся к воеводе. Тот несколько смущенно пожал плечами и пробормотал:

– Я думаю, на нас наслали сон. Тяжелый сон, чтобы мы не смогли вам помочь.

Тут же всех перебил грозный рык Душегуба:

– Это опять ты надышала?! Ну все, кончилось мое терпение!

И тролль снова двинулся через болото в сторону Выпи.

– А что?! – истерично взвизгнула та. – Я всегда всех людей усыпляю, а одного заманиваю! Кто ж знал, что из вас из всех только трое людей и есть, а остальные нелюди!

– Кто нелюдь?! – взрыкнул тролль, делая еще один рывок через болото.

– Вы, вы, вы!!! – завопила Выпь, отскакивая от приближающегося тролля еще на десяток метров. – Если б вы были люди, вы б сейчас сладко спали! А потом стали бы искать своего старичка. Вот тут-то я вас всех бы и покушала! А вы вместо этого всей толпой на меня на одну напали! Справились?! Да?!

И вконец, видимо, потеряв контроль над своей нервной системой, Ушастая Выпь заверещала:

– Уберите от меня этого шерстяного верзилу!!! Не давайте ему невинную Выпюшку на поругание!!!

– Душегуб, оставь дурнушку! – попробовал я остановить тролля. – Ей и так с ее харей жить нелегко!

Вряд ли мои увещевания могли бы остановить Душегуба, но тут вмешалась Эльнорда:

– Душегубушка, вылези сейчас же из болота! Посмотри на себя, перемазался весь, как маленький! Как только не стыдно, кто твою шкуру чистить теперь будет?!

Тролль осмотрел себя, поскреб в затылке когтистой лапой и медленно побрел к берегу. Оказавшись на суше, он обернулся к Ушастой Выпи и зло помахал огромным кулачищем:

– Смотри, доберусь я до тебя!

– Доберусь, доберусь… – передразнила его хозяйка болота. – Только и умеешь, что чужие хвосты рвать! Одно слово – Душегуб…

Но тролль уже не обращал на Выпь внимания, пытаясь смыть темной болотной водой налипшую на шкуру грязь. Эльнорда спустилась к нему и принялась неизвестно откуда появившимся у нее в руке кружевным платочком очищать недоступные лапам тролля места.

Убедившись, что назревавшее кровопролитие удалось предотвратить, я снова повернулся к Шалаю:

– Так вот, мы практически договорились с госпожой Выпью, что она предоставит нам проводников. Она даже уже начала их инструктаж, когда появился ты. Видишь вот те две торчащие коряги?

Шалай молча кивнул.

– Это достопочтенные Вага и Крага. Именно они поведут нас через болото. Кстати, Выпь, – я повысил голос, стараясь докричаться до достаточно удалившейся от нас уродины, – долго нам через твое болото перебираться-то?

– К ночи выйдете! – недовольно гаркнула та и, прибавив: – Чтоб мне вас век не видать! – нырнула в свое болото.

Вага и Крага осторожно приблизились к берегу, и я услышал вопрос, заданный все тем же трухлявым шепотком:

– Когда выходим?

Определить, кто из двух коряг говорил, было совершенно невозможно. Впрочем, вступать в длительные переговоры с нами они, судя по всему, и не собирались.

Шалай в качестве нашего главного проводника взял инициативу в разговоре в свои руки:

– Мы сможем пройти болото верхами?

– Опасно, – коротко ответили коряги. – Лучше вести коней за собой.

– Но один из нас обязательно должен ехать верхом! – настаивал Шалай.

Коряги помолчали, а затем согласились:

– Один пусть едет, но тогда двое из вас должны будут вести его лошадь под уздцы.

Шалай повернулся ко мне и предложил:

– Вам не стоит возвращаться в лагерь, тем более что ребята его уже должны были свернуть. Придется обойтись без завтрака, времени мало, а до вечера надо постараться выбраться из этого болота. Мы сейчас посадим королеву в седло и будем с лошадьми на берегу.

Не дожидаясь моего ответа, он быстро пошел в сторону лагеря.

Фродо присел рядом со мной на бревно и довольно пропищал:

– Здорово мы этой Выпи харю начистили! Только надо было ей все-таки хвост оторвать!

– Ты чтой-то такой кровожадный стал? – усмехнулся я, оглядывая свое Братство.

Очистка Душегуба от болотной грязи закончилась, и тролль с эльфом о чем-то негромко переговаривались, причем Эльнорда достала одну из своих стрел и покручивала ее в руке, бросая быстрые взгляды в сторону наших новых проводников. А те торчали из болота, ничем не отличающиеся от самых обыкновенных трухлявых пеньков.

– Да нет, никакой я не кровожадный, – негромко пробормотал Фродо у меня под боком, – просто мне страшно стало, вот я и орал…

Послышался стук копыт, и к берегу вышел Шалай в сопровождении своих гвардейцев, которые вели наших лошадей. Кина сидела в своем седле и по-прежнему спала.

– Пошли, – просто сказал Шалай. Мы разобрали поводья, и я обратился к Ваге и Краге:

– Мы готовы.

Они медленно разошлись на расстояние трех-четырех метров друг от друга и так же медленно двинулись в глубь болота.

Первым последовал за ними только что вычищенный Душегуб. Его огромный конь, потряхивая длиннющей гривой, явно нехотя вошел в темную воду болота. Правда, в этом месте она стояла всего лишь чуть выше его бабок. За Душегубом, конечно же, пристроилась Эльнорда. К седлу ее лошади была привязана уздечка лошади одного из гвардейцев. Оба гвардейца следом за Эльнордой вели лошадь, на которой сидела королева. За Киной шагал я, ведя свою лошадь в поводу. За мной плюхал Фродо, сразу начавший жаловаться, что он промочил ножки и теперь его ждут все простудные заболевания на фоне общего ревматизма. Замыкал наше славное Братство Шалай.

Этот однодневный поход я не забуду до конца своей жизни! Первые два часа дорога была вполне сносной. Местами даже попадались совершенно сухие участки, и мы могли ехать верхом. А вот потом началось что-то страшное. Вага и Крага двигались почти рядом, так что лошадь едва вписывалась в ограниченное ими пространство. Фродо мне пришлось посадить себе на плечи, иначе малыш просто скрылся бы под водой, хотя и мне самому она порой доходила до груди. Эльнорда заколола свои роскошные волосы над головой высокой короной, но это не спасло их, когда она оскользнулась и с головой погрузилась в пахнущую аммиаком жижу. Гвардейцы с трудом удерживали лошадь королевы, бедное животное шарахалось от каждого лопающегося на поверхности пузыря газа и высоко задирало голову, стараясь спастись от невыносимого смрада, расползающегося над поверхностью болота. Правда, и лошадь дважды спасала гвардейцев, вытягивая их из трясины, когда они соскальзывали со слишком узкой тропы. И только Душегуб шагал вперед, словно не замечая страшной дороги и не чувствуя окутывающих его миазмов.