Двойники ветра - Екатерина Флат

— Ну чего вы так долго! — высунулась в окно наша блондинистая подружка, когда мы уже подходили к витой железной калитке.

— Десять утра, Рита, еще только десять утра! Как и договаривались! — невозмутимо парировала Света, но шаг все же ускорила.

— С днем рождения, старушка! — Я помахала воздушными шариками, которые надувала всю дорогу от автобусной остановки.

— Я еще не старушка, — хохотнула Рита в ответ, — я вообще-то в одиннадцать вечера родилась, так что мне пока еще семнадцать!

Она скрылась в окне, а мы поспешили войти в дом.

То ли здесь проскакало все татаро-монгольское иго, то ли Рита затеяла уборку, но бросила на половине.

— А чего у тебя тут такой бедлам? — полюбопытствовала я, переступая через валяющуюся в прихожей обувь и заглядывая в обширный зал.

— Тапочки искала, — отмахнулась блондинка, собирая разбросанные по полу диванные подушки. Лохматая и явно невыспавшаяся она казалась даже симпатичнее, чем обычно.

— А мы тебе торт принесли. — Света продемонстрировала цветную коробку. — Предлагаю напоить нас чаем и нормально объяснить, что такого грандиозного ты затеяла на этот раз.

— Да ничего особенного. — Именинница с победным воплем выудила из-за дивана второй ядовито-зеленый тапочек, обулась и поспешила на кухню, предупредив по дороге: — Вы только не пугайтесь, у меня и там бардак.

— Хотела бы я себе такой бардак, — восхитилась я, переступив порог комнаты вслед за ней.

На кухне среди прочей утвари громоздились небольшие картонные коробки с весьма красноречивыми этикетками.

— «Птичье молоко», «Райская нега», «Сладкие поцелуи»… — задумчиво прочла Света несколько названий.

— Я уже чувствую, как у нашего тортика развиваются комплексы. — Я села на стул. — Рит, ну серьезно, куда столько? Тут же десятка два коробок, если не больше. Неужели все на день рождения?

— Ага. — Она поставила на стол две чашки с горячим чаем и взялась наливать третью. — А тортик ваш, не переживайте, не пропадет. Но все-таки сильно не объедайтесь, а то вечером мало влезет.

— Если все это нам, то это будет последний твой день рождения. — Загробным голосом изрекла я и первой схватила отрезанный Светой кусок торта. — Давай, колись уже, зачем тебе понадобились пижамы, медведи и целый склад сладостей? Народу, кстати, много будет?

— Не, не очень. — Рита уже вовсю уплетала шоколадный крем с торта. — Человек двадцать. Я сначала хотела позвать всех одноклассников, но потом подумала, что не все поймут… Это знаете, я тут дня три назад философствовала, что вот, мол, и восемнадцать лет уже, совсем взрослая. И так обидно стало, что детство прошло. Вот и захотелось мне на день рождения чего-то необычного. Не традиционного застолья со спиртным, а такого маленького, пусть и символичного возвращения в детство… Так, Карина, я уже по твоему лицу вижу, что ты хочешь ляпнуть какую-то глупость про горшок.

— Да нет, ни разу. — Я тут же замотала головой и сдалась: — Блин, ну неужели я настолько предсказуемая?

— Я вообще-то тоже про горшок подумала, — присоединилась ко мне смеющаяся Света.

— Я же не настолько дремучее детство имела в виду, — возразила Рита. — Короче, в процессе все поймете. Кстати, Рин, ты с Андреем-то помирилась?

Я поперхнулась куском торта.

— Рита, не порти мне аппетит, а.

— Видимо, не помирилась, — констатировала Света, отхлебывая чай.

— Только не говорите мне, что он тоже будет. — Аппетит у меня все-таки пропал.

— Но не могла же я его не пригласить. — Рита развела руками. — Может, оно и к лучшему. Пообщаетесь хоть нормально, вдруг к консенсусу придете. Что же он, получается, так тебя и не простил?

— Почему же, простил. — Я поморщилась, вспомнив тот вечер, когда чуть не плача рассказывала Андрею, как все с Эриданом было на самом деле. А он слушал с ледяным спокойствием и все так же без каких-либо эмоций признал, что моей вины в произошедшем нет.

— А в чем тогда дело? — не поняла Света.

— Простить-то простил, но не настолько. Сказал, мол, давай останемся друзьями.

Рита подавилась чаем.

— Ой, ну растудыть куда деваться, — выдала она, откашлявшись, — какие из вас друзья?

Я усмехнулась:

— Друзья из нас и вправду вышли не очень. Но это еще фигня. На самом-то деле, оказывается, это он меня просто-напросто бросил. Сам сказал.

— Наверняка, ты его перед этим здорово разозлила.

— Свет, ты вообще на чьей стороне? — мгновенно насупилась я.

— На твоей, — тут же успокоила темноволосая девушка, — но все же истина дороже.

— Я, кстати, тоже считаю, что Андрей такое сказать мог только на эмоциях, — согласилась Рита. — Ты вот только сейчас не спорь со мной, Карин. Зуб даю, своим «останемся друзьями» он тебя просто-напросто проверял. Хотел посмотреть, как ты себя в этом случае поведешь. Но ты, как я предполагаю, сразу же включила гордость, правильно?

— А что, я должна была тут же на месте скопытнуться от горя? — презрительно фыркнула я. — Ну да, конечно, такая бы реакция Его Величество Деккера устроила. Все, давайте закроем эту тему.

— Ну, хорошо-хорошо. — Рита вздохнула. — Но только, пожалуйста, Карин, хотя бы сегодня не ругайтесь. Ради моего дня рождения, а?

— Не переживай, Рит, не поругаемся, — заверила я, снова принимаясь за торг. — Я к Андрею вообще ближе, чем метров на пять, не подойду.

К восьми вечера дружными усилиями дом был готов к празднику. Основное действо планировалось в гостиной — самой просторной комнате. Настолько большой, что мне казалось, здесь бы поместилась вся наша квартира и папин гараж вместе с «Волгой» в придачу. Вдоль стен расположились три дивана и несколько кресел. И главное — батут в виде сказочного замка. Множество разноцветных воздушных шариков парили под высоким потолком, а у окна на круглом столике в тарелках красовались печенюшки-пирожные. Запивать это сладкое великолепие предлагалось чаем, соком или лимонадом. Как сказала Рита:

— Пива по подъездам можно и в любой другой день попить. А сейчас пусть все будет по-моему.

Сама именинница уже нарядилась в премилую зеленую пижаму с золотистыми кружавчиками по краям. В сочетании с Ритиными белокурыми локонами образ получался хоть и малость кукольный, но все равно довольно очаровательный. Светин наряд выглядел, конечно, аскетичнее. Ее пижама в черно-белую клетку мгновенно навевала ассоциации с шахматной доской. Мою же форму одежды вчера в торговом центре выбирал Олег. И хотя на ценнике этот комплект и именовался пижамой, на мой взгляд, являл обычные топ на бретелях и короткие шорты. Особенностью была двухслойная ткань: белоснежный атлас сверху покрывало серебристое кружево. Смотрелось, конечно, очень красиво. Но и стоило, блин, всех моих карманных денег на грядущий сентябрь.