Двойники ветра - Екатерина Флат

— Рит, ну чего ты ржешь? — Я пихнула хохочущую блондинку локтем в бок. — Что смешного-то?

— Ты! — выпалила она. — Ой, не могу… — и зашлась в новом приступе веселья, рискуя просто-напросто свалиться со стула.

— Думаю, Рита сочла забавным твое высказывание в адрес Андрея, — предположила Света, сидя на краю нашей парты и задумчиво разглядывая свои ногти.

— Ну да, действительно, — насупилась я, — тот факт, что меня вчера чуть не сожрала залетная монстрюга, это фигня. Зато препирательства с больным на голову Деккером — это жесть как интересно и весело.

— Не, Каринка, ты мне честно сейчас скажи, ты реально так тупишь или притворяешься? — кое-как успокоившись, Рита полезла в сумку в поисках, по всей видимости, зеркальца.

Звонок на урок прервал разговор и согнал Свету за парту перед нами. Да и все одноклассники синхронно разбежались по своим местам. Альберт Тимурович, как обычно, сразу принялся за объяснение новой темы и на галдеж, хоть и изрядно стихший, внимания не обращал.

— Знаешь, — спрятавшись за Ромкиной спиной, Рита придирчиво рассматривала свое отражение в маленькое зеркальце, — самое страшное, что ты и вправду ничего не замечаешь.

— Чего именно я не замечаю? — угрюмо поинтересовалась я.

— Ой, балда, я прям не могу. — Моя подруга демонстративно закатила глаза. — Нравишься ты ему, вот и все.

— Кому ему? — не поняла я. — Вадиму, что ли?

— Да Вадим-то тут при чем? — Рита едва не взвыла. — Я тебе про Деккера говорю!

— А при чем тут Деккер? — Я запуталась еще больше.

— Все, ладно, проехали, ты неизлечима, — отмахнулась от меня миниатюрная блондинка. — Так зачем Вадим, или как его там на самом деле звать, на Землю приперся?

— Сказал, что ему нужна наша помощь. — Я пожала плечами. — После уроков, думаю, объяснит, в чем дело.

— Ага, если вообще появится. Кстати, Деккера-то тоже нет.

И словно Рите в ответ дверь в класс распахнулась, демонстрируя чуть взлохмаченного и явно взбудораженного Юрца, который с порога дурным голосом заорал:

— Вы вот тут сидите, а там Деккер с Парфеновым дерутся! Ой, здрасте, Альберт Тимурович… Я тут… это… как бы… опоздал чуток…

— Как дерутся? — опешил учитель. — С кем дерутся?

— Смею предположить, что друг с другом, — задумчиво изрекла Света.

— А чего сидим-то? — подскочил Юрка Давыдов. — Айда разнимать!

И пользуясь растерянностью нашего скромного историка, весь класс ломанулся на улицу. Хотя я бы, вот честно, никуда бы не пошла. Но чуть ли не подпрыгивающая от любопытства Рита вцепилась в меня мертвой хваткой и грозила тащить волоком.

Народу в школьном дворе уже собралось предостаточно. Половина гудела и подбадривала виновников торжества, а вторая голосила, что вот-вот выскочат учителя и всем попадет. Толком что-либо разглядеть из-за скопления любопытствующих казалось невозможным, но настырная Рита ледоколом пробивалась сквозь толпу и тащила за собой меня, пока не выбрались в первые ряды.

Это была не драка. Скорее, искренняя попытка друг друга убить. Андрей с Вадимом словно обезумели, сбивая друг друга с ног и стараясь то ли придушить соперника, то ли сровнять с землей.

— Андрюшенька, держись! — буквально над моим ухом раздался восторженный Машкин визг. Она, само собой, тоже пролезла поближе. Впрочем, как и Юрец.

Несколько парней под руководством Давыдова попытались новоиспеченных гладиаторов разнять, но не тут-то было, даже толком подобраться не смогли.

— Чего они не поделили-то? — растерянно поинтересовалась Рита у подпрыгивающего рядом Савина.

— Да, блин, не знаю, — с досадой ответил он, — я только в окно увидел, как они из школы вышли, некоторое время стояли напротив друг друга и чего-то там глаголили. А потом Андрей Вадиму ка-ак врезал…

— А ну расступись! — медведем взревел Саныч за нашими спинами. Физрук подбежал к дерущимся и за шкирки, как котят, растащил их. Откуда в таком маленьком человеке взялась столь недюжинная силища, непонятно.

— А ну прекратить! Устроили тут ледовое побоище! А ну оба успокоились!

— Не надо меня держать, Саныч, я спокоен. — Андрей вывернулся и, отряхиваясь, бросил яростный взгляд на Вадима и нехорошим голосом пообещал ему: — Мы с тобой потом этот разговор закончим.

— Смотри, как бы этот разговор не стал для тебя последним, — не остался тот в долгу.

— Чего?! — Саныч побагровел. — А ну пойдем, я уж с вами сейчас сам поговорю! Да так поговорю, что вы у меня неделю молчать будете! — И он потащил их в школу.

— Вы не находите это странным? — к нам подошла Света. — Карин, что скажешь?

— Скажу, что нам надо бы в класс вернуться. Урок как никак.

И я первой направилась в сторону школьных дверей.

Ни Вадим, ни Андрей так до конца учебного дня и не появились. Юрец каркал, что будет педсовет. Но я, зная Саныча, была уверена, что обойдется без этого. Рита все строила предположения о причинах драки. А я как-то особо этим вопросом не заморачивалась. Кто их, этих парней, знает, мало ли у них поводов для вытряхивания друг из друга пыли. И только Света с таинственно-задумчивым видом молчала и своими мыслительными выводами делиться не спешила.

С Вадимом мы встретились после уроков. Таинственный блондин слонялся в школьном парке: то ли нас ждал, то ли просто любовался пейзажем.

— Парфенов! — завопила Рита, едва его завидев. — Не думай сбежать!

— Да я как бы и не собирался… — опешил Вадим, но все же замер на месте, смиренно ожидая, пока наша троица подойдет.

— Ну давай, рассказывай. — Рита плюхнулась на рядом стоящую скамейку. — Зачем Деккера бедненького обидел? Ему и так в жизни не повезло, вон у бессердечной Каринки спроси.