Вождь из сумерек - Николай Ярославцев

Еще движение и хамоватый посетитель повалился под стол.

Стас одобрительно кивнул головой.

– Толян, ты с каждым днем открываешь нам все новые и новые таланты.

– Ни хрена себе отморозок. В кабак на колесах. Еще и мордой в хавчик, – возмущению Толяна не было предела. – А мне оно надо?

За стенами трактира бились и храпели кони. Слышались громкие сердитые голоса.

Стас снова склонился над столом, с наслаждением трудясь над сахарной косточкой.

– Уходить надо, Слав, – в голосе Зореня явно чувствовалась тревога.

– У меня только аппетит прорезался. А ты как, Войтик?.. – и, не дожидаясь ответа, негромко распорядился: – Хозяин, принеси нам вон того барашка, который совершенно нагло и бессовестно дразнит нас своим, до невозможности румяным, боком.

Новые посетители сумели к этому времени успокоить своих лошадей и с руганью кинулись в трактир. Под столом некстати завозился их начальник, но быстро успокоился под рукой Толяна.

– Отдыхай! – недовольно пробормотал он и вмазал звонкую затрещину.

– Правильно, Толян, – одобрил Войтик. – Самим мало. Разве это баран? Ягненок молочный. Купава, куда двумя руками лезешь? Что Плетень про тебя подумает?

Новый сдержанный рык, затем еще один, и часть лошадей оторвалась от коновязи и унеслась прочь, унося на себе и своих хозяев.

Остальные остановились в нерешительности, не зная, что предпринять. Скакать ли в вдогонку за оторвавшимися лошадьми или поспешить на выручку начальнику, который снова начал выбираться из-под стола.

– Толян, к барашку подбирается, не иначе, – обратил на это внимание Зорень, который тоже развеселился, следя за развитием событием.

– Да что ты, баран, никак не дашь поесть человеку!

Кулак Толяна с глухим стуком опустился на косматый затылок. Хрустнула черепная кость…

– Кажется, к столу больше не полезет, – определил по звуку Плетень. – Сам виноват. Не лезь в чашку, не мешай людям. Толян, можешь не торопиться. Не отберет.

– Ты вот тем скажи, которые сюда бегут, – Третьяк опасливо захватил свой кусок барашка в левую руку и приготовился отбить покушение на свою трапезу.

– Ребятки, только без поножовщины, – заботливо предупредил их Стас. – Неудобно. Люди смотрят. А вдруг кому-то и плохо будет от вида крови.

Поймал на себе удивленный взгляд Зореня и нехотя пояснил:

– Пусть разомнутся… зачем мешать? А ты ешь, побратим. Когда еще доведется посидеть в таком уютном гостеприимном местечке? Смотри, вид-то какой открывается.

Взмахнул рукой, чтобы порадовать Зореня картиной чудного ландшафта, так поразившего его огрубевшую в боях и сражениях душу.

Хрустнула грудная клетка под ударом его локтя. Раздраженное движение, и под ноги Толяна свалился еще один неудачник.

Проследил, как укладывается, прищурил глаз:

– А недурное винцо. Надо будет сказать Веселину, чтобы прихватил с собой в дорогу. Как ты думаешь, брат эльф?

Толян сжимает в одной руке баранью ножку, а другой вытянутой держит осатаневшего от злости и ненависти назойливого посетителя.

– Да, погоди ты… – увещевал его Толян. – Дай доем. Хочешь, так закажи себе. А я эту уже закусал.

И не утерпел, ахнул зажатой костью.

– Подавись ты!

Подавился.

Прыгнул через столы мимо Стаса.

– Держись, пацаны!

Вспрыгнула с лавки Купава.

– Сидеть!

Села смирненько, подвинулась поближе.

В глазах Зореня зависть.

Стас покачал головой с пониманием. Молодецкая забава вовсю под крышей гуляет. Пожалел…

– А ты что сидишь, Зорень? Тряхни стариной.

Не успел договорить, а побратима уже нет. Ввинтился в драку. Молотит с плеча с хаканьем. По-деревенски. Всю силу в кулак!

– А ты, Рэд?

Ну, где же эльфу понять нашу веселуху?

Сидит со скучным видом, косточку во рту мусолит.

Одуревший и мало что понимающий хозяин тащит кувшины с вином.

– Командир! У них мечи!

Тревожный голос Веселина заставил его с неудовольствием оторваться от чарки. Сказал с укоризной:

– Веселин…

Скосил глаз через плечо.

У Веселина в руке уже чужой меч.

Скривилось лицо у парня. Не по душе ему чужой меч пришелся. Только дрова колоть. Махнул крест-накрест, перевернул меч и лезвием под подбородок.

– Веселин…

– Так он сам, командир. Лезет, как слепой. Я его уж и так, и этак отталкивал, а он лезет. Вот и натолкнулся, – оправдывается Веселин.

Войтик с Толяном в паре. Разгорячились, в азарт, во вкус вошли. Кости хрустят под ударами могучих кулаков. Доспех остановить не может. Оба ревут, как два разъяренных медведя.

Третьяк с Плетнем молчком управляются. Умеют себя поберечь. Аккуратисты. В кучку складывают.

Темный от досады морщится. Отвлекли беднягу от размышлений. Торопится побыстрее отвязаться, бьет без пощады. Скупо, но наверняка.

А Зорень попросту душу отводит. Наскучался в коняжеском тереме с умным видом сидеть, спешит кровь по каждой жилочке разогнать.

– Кто такой этот бек? – взглядом усадил хозяина напротив себя.

– Газген? Он часто сюда пограбить приезжает… Разве только один Газген у кагана казов?

– Значит, скоро здесь будет? С какой стороны?

– Да, господин, – взглядом указал на дорогу, идущую из леса, и умоляюще попросил: – Но только…

– Понял, не дурак. Дурак бы не понял, – усмехнулся Стас и поторопил: – Заканчивайте с забавой, ребятки. По коням!

Забава кончилась.

Повалился один. Рухнул другой.

Кто-то наскочил на лезвие меча Веселина, который отстранял от себя очередного обидчика.

Кто-то столкнулся с кулаком Войтика.

– Так мы уже давно, командир, – вежливо улыбается Толян. – Мы только ждали, когда ты вино допьешь, мешать тебе не хотели.

– Купава, забери кувшинчик.

Обрадовалась.

Ну, нет, милая. Рано. Еще не один день помаешься, прежде чем заработаешь прощение.

Возвращались с пойманными лошадьми воины казов. Стас указал на них Третьяку кивком головы:

– Догоняйте.

Третьяк и Плетень завернули своих коней и понеслись им навстречу, вытягивая на ходу луки и стрелы.

Зорень, уже многое видевший в детинце, с изумлением увидел, как казы посыпались из седел, а «сладкая парочка» по неширокой дуге обогнула, добивая последних, и все на том же бешеном галопе вернулись в строй.