Жестокое притяжение - Юрий Иванович

Оставался открытым вопрос: как это гениальное творение должно было функционировать и на каких принципах оно вообще может работать? Но факт оставался фактом: перед взором странника между мирами впервые в его биографии красовалось устройство, которое гипотетически могло переносить существа и предметы на выбранное заранее расстояние.

Такого вроде как не могло быть вообще, но оно было!

Вполне естественно, что следующие два часа были потрачены графом на скрупулезное, детальное изучение вроде как его личной собственности. Он просканировал магическим зрением каждую деталь, ощупал пальцами все, до чего они дотянулись, и определил составы сплавов настолько, насколько позволяли его магические умения. Попутно удалось понять, что устройство запитано энергией малого кристалла и почти готово к работе. Вот только работать оно может на сравнительно небольшие расстояния: сто, максимум двести километров.

Пришлось размышлять усиленно и на тему «Почему супруга ни полсловом не обмолвилась об устройстве?». Если его в момент их встречи здесь не было, то это одно. Но, судя по некоторым деталям, лопнувшей оси и треснувшему колесу, тяжесть переноса прямо сюда имела место изначально. Просто всю связку из лошадей, повозки и титулованной возницы не сбросило с огромной высоты, а распределило над условным уровнем океана как раз на выступающий участок рельефа. Иначе от великой Маурьи и бедных лошадок и косточек давно бы не осталось.

Напрашивалась все-таки мысль: солгала заведомо? Или не придала значения устройствам? Но такого не могло быть по умолчанию: великая ученая, целительница чуть ли не третьего уровня, обладательница лабораторий и испытательного полигона в своем замке — и вдруг так наплевательски относится к невероятному по уникальности, ценности и сложности устройству? Маразм, не иначе!

Или? Или преднамеренная ложь и предательство!

Теперь, при рассмотрении событий последних дней, при воспоминании каждого жеста и слова виконтессы, совсем по-иному виделся подтекст, подноготная и двойной умысел происходящего. Ее первые слова… Ее некоторые задержки при ответах… Ее несколько наигранный восторг в не совсем уместных для этого сценках.

Понятно, что в какой-то момент в мозгу Светозарова пронеслось молнией опасение: «Вдруг она была моей женой когда-то? То есть давно! Потом мы поссорились, развелись, и она мне таким вот образом пыталась отомстить?»

Потому что слишком уж впилось в сознание чувство, что он все-таки был женат.

Но чуть позже проклюнулось и другое понимание ситуации: «Вдруг я вообще не был никогда женат?!» Подобное предположение выглядело еще страшней: совершенно незнакомая ему женщина воспользовалась своим прекрасным телом и знаниями о его прошлом, после чего вульгарно присвоила себе статус верной и любимой жены! Такое кощунство вообще в голове не укладывалось.

И с каждой минутой уверенность, что его жестоко обманули, крепла: «Если эта лживая тварь и в самом деле такое сотворила, то я ее распылю на атомы! Нет, вначале она побудет рабыней в публичном доме в самом грязном и уголовном районе какого-нибудь нищего мира неандертальцев. Год!.. Нет! Сорок лет побудет, а потом — на атомы! И никакой судья не упросит о смягчении моего приговора!»

Естественно, что некие сомнения в невиновности виконтессы еще оставались. Хотя бы той причине, что Торговцу самому себе не хотелось бы признаться, что его развели и использовали как последнего тупого оленя. Да и неведомые враги могли постараться. При стечении определенных обстоятельств и сама Тани Хелке могла оказаться несчастной, достойной самой искренней жалости жертвой.

Приказав себе пока не убиваться напрасно и не терять время без толку, Торговец организовал тотальный перенос вниз всей повозки с оборудованием. При этом пришлось напрячь извилины и собственные мышцы на полную катушку. Так что еще на час повальная занятость была обеспечена.

Ну а потом оказалось, что общими усилиями все повозки огромного каравана уже практически наполнены как рудой, так и крестиками кэфэц. По предварительным подсчетам, амулетов из этого материала хватит на всю столицу и несколько крупных губернских центров. Конечно, при условии, если обеспечивать защитой только самых удалых и умелых воинов.

Так что караван, не делая никаких перерывов на обед или ранний ужин, сразу двинулся в обратную дорогу. За два с половиной часа добравшись до форта Восточный, даже не стали возле него останавливаться, а проследовали дальше. И только после полуночи сделали часовой привал, при свете костров осмотрев и сделав профилактический ремонт перегруженным повозкам. И снова в путь.

Так что, несмотря на заметную медлительность всего каравана, к губернскому городу добрались к следующей полуночи. Потратив на такой беспримерный подвиг всего лишь трое неполных суток. Посланные вперед посыльные в количестве одной роты подняли на ноги все население. Везде горели факелы, костры, масляные светильники и газовые фонари. На каждой площади играл оркестр, раздавалась бравурная музыка и народ пускался в пляс. В любом дворе стояли накрытые столы, на которые счастливые люди выкладывали наиболее бережно хранимые запасы.

Жизнь резко менялась к лучшему. У цивилизации мира Мерлан появилась надежда на будущее.

И только сам граф Дин изначально был зол, раздражителен и сторонился всех встречных и любого застолья. Потому что ему сразу сообщили несколько печальную новость: виконтесса Тани Хелке покинула город, побыв в нем после ухода каравана всего несколько часов. Да, она посетила местную школу целительниц и даже успела всех девушек оздоровить, превращая в полноценных гульденов. Но потом примчался маркиз Зарнар со срочной депешей от самого короля Ирцшулара, где приказывалось чужестранке немедленно прибыть ко двору его величества. С подобными распоряжениями никто не спорит, и вскоре гостья убыла в столицу в сопровождении группы маркиза и молодой целительницы Майлины. Гульдена с периферии в той компании смотрелась более чем странно, но вполне возможно, что и она оказалась замешана в непонятные разборки, а то и была соучастницей. Вот только в чем именно соучастницей?

Понятное дело, что такие неожиданные путешествия не оспариваются. Да и сам Светозаров мог бы при желании броситься немедленно в погоню за таинственной не то супругой, не то аферисткой. Но лично для него виконтесса успела оставить короткое письмо в несколько строчек, написанное на языке мира Зелени:

«Дорогой Дмитрий! Я так счастлива! Наши ночи искренней любви навсегда останутся в моей памяти. Ты самый лучший, самый прекрасный и самый искренний мужчина. Жалко, что обстоятельства заставляют меня с тобой расстаться. Не ищи меня. А твоя частичка навсегда останется при мне: у меня будет от тебя сын. Это тот самый сюрприз, о котором я побоялась тебе признаться сразу.

Будь счастлив! Нежно целую.

Если сможешь, прости».

Так что оставшиеся полночи он просто тупо, с мрачным настроением тщился напиться.

А потом еще полдня пытался отоспаться в похмельном угаре.

Ну а затем его со всей деликатностью разбудил лично губернатор города: