Жестокое притяжение - Юрий Иванович

Как позже Дмитрий узнал, с момента разговора со старшей сестрой лазарета он проспал ровно двое суток. Но зато очнулся если и не заново родившимся на свет, то в несравненно лучшем состоянии, чем прежде. Да и то проснулся от страшного дискомфорта: жрать и пить хотелось так, что готов был переварить самого себя. Именно так: не кушать — а жрать! Видимо, отложенные ресурсы организма исчерпали себя при самолечении полностью, а поступающая самотеком магическая энергия уже не могла заменить собой полноценную природную пищу.

«Ну вот, — прошелестели в мозгу весьма самодовольные мысли. — Дела явно пошли на поправку! А кто у нас на боевом дежурстве при теле героя? М-да! Видно, хорошенькие медсестры отдыхают».

Голову на этот раз получилось повернуть без труда, лубка на шее не было, и удалось рассмотреть довольно грязного, забинтованного во многих местах воина. Тот не спал и во все глаза глядел на очнувшегося больного.

— Любезный, а кто тебе так ранами все тело исполосовал? — Говорить было легко, ни горло, ни грудь не болели. — Никак на дуэли сражался?

У воина глаза вообще округлились от удивления.

— Какие дуэли? Они уже три века как не проводятся. Прикормыши это меня так.

— Хм? Что за звери?

Раненый, в роли сиделки, перестал удивляться, видимо вспомнив, что разговаривает с весьма странным, никому не понятным чужаком. И стал говорить бодро, словно рапортовал собственному командиру. Сказалась воинская выучка.

— Каждая магическая тварь обладает хищниками помельче, порой целое стадо, и держит их в полном повиновении. Так эти некоторые прикормыши когти имеют и по стенам форта вверх карабкаются. Наши стрелки нескольких шустриков с когтями прозевали, вон они на стене на меня и бросились. Зарубил всех троих! А потом еще пару, которые только головы высунули! — Парень явно хвастался. Но, не дождавшись поощрительной улыбки, вновь перешел на официальный тон: — Вот их и называют прикормышами.

— Твари? Магические? Атакуют людей параличом? — Проводящий более тщательную ревизию собственного тела, Дмитрий припомнил и мир, в котором те водились. — Так это я на Мерлане?

— А где же еще? — удивился раненый от всей души.

— А что за королевство?

— Знамо какое: Ирцшулар.

— Ага! В самый центр материка попал?

— Вроде того. Только мы сейчас на самом краю нашего королевства, у восточной границы.

— Понятно! — Осмотр в первую очередь желудка и пищевода однозначно подтвердил: принимать жиденькую пищу и воду — можно. А то и вообще забрасывать туда, как в топку, любую пищу, желательно как можно более жирную и калорийную. — Ну а чем меня покормишь, боец?

— Велено было: не больше стакана воды и полтарелки овсяной каши. И то, если вы сами попросите. — Он принялся довольно тяжело выбираться из кресла, хоть и старался скрыть тяжесть своих ран на ногах. Подхватил вполне удобный костыль, и стало ясно, почему его не пустили на стену. — Сейчас подам.

Пока он ходил к столу за стаканом с водой, Светозаров попробовал приподнять голову. Получалось, но требовало чрезмерного напряжения. Поэтому он попросил приставленного к нему воина:

— Аккуратно приподними мне голову и подложи вторую подушку. Только без рывков.

— Понимаю, не маленький.

Приподнял, по глоточку влил стакан страшно вкусной, прохладной воды. После чего Торговец полежал, прислушиваясь к своим ощущениям и присматриваясь к процессам внутри организма. Эх! Как там все заиграло, закипело и завращалось! Словно клич пронесся: «Бегом все сюда! Обед привезли!» Негативных моментов, а уж тем более боли не чувствовалось, и тогда Дмитрий разрешил дальнейшую кормежку:

— Давай овсянку!

А вот с кашей не пошло так бодро и легко. И не потому, что она была сырая или густая, как раз в меру жидкая и проваренная. Но вот в рот не лезло из-за отсутствия каких-либо добавок.

— Хоть бы соли щепотку положили.

— Соль — только для мяса и рыбы, — нахмурился воин от таких барских замашек.

— Но тогда сахарку сыпанули бы.