Наследница темного мага - Валерия Чернованова

— Если отбросить лишние сантименты, то все так, — торжественно согласился вейл.

От переизбытка чувств я даже не знала, что ему возразить. Поэтому показала общепринятый жест, красноречивее любых слов выражающий мою точку зрения.

Рамина пошла дальше и прошипела в ярости:

— Дарх тебе, а не ритуал! Мы с Тьяной не станем пособниками маньяка! Мы не убийцы!

Мне вспомнились шайка Херона и козлобородый профессор Тирин, в данный момент с миром почивший наверху башни. С этими заявлениями сестра, конечно, припозднилась, но в остальном она права — развязывать этому шизофренику руки мы точно не будем. Наверняка первыми душами, которые он «положит» в шкатулочку, станут наши собственные. Только чтобы дархов маг помолодел.

Вейла, как ни странно, наш вердикт не разозлил, а скорее, позабавил. Он улыбнулся одними уголками своих тонких бескровных губ и поманил кого-то длинным искореженным пальцем. Тут же от стены отделилась моя знакомая-тень. Исчезла на мгновение, чтобы появиться вновь. На сей раз с Эриком и Фабиолой. Адепты, казалось, были в каком-то трансе. Стояли, прикрыв глаза, и даже не шевелились.

— Милые мои девочки, — вкрадчиво заговорил вейл, прохаживаясь по кругу, — я ведь не спрашиваю, хотите вы этого или нет. Вы, конечно, можете заартачиться, но от вашего упрямства пострадают близкие вам люди: Фабиола, Эрик, Айвэ…

Рамина невольно дернулась, а маг мягко, словно говорил о чем-то очень приятном, завершил:

— Кайн и Лелия.

Теперь дернулась я, мечтая выбить из психа всю его дурь, но была тут же пригвождена к полу. Тягаться с главмагом мне, к сожалению, не по плечу. И никому из нас — тоже.

— Что нужно делать? — сдалась Рамина, готовая ради Айвэ пойти на все. Слезы катились по ее щекам, не переставая.

Ректор поманил ее в центр круга.

— Ну же, Тьяна, не вредничай. От твоей покладистости зависит благополучие ваших друзей. И ваше собственное.

Можно подумать, ты нас после этого отпустишь, сволочь!

Невидимые путы исчезли. Я поднялась и на непослушных ногах двинулась к магу. Мне было велено встать напротив сестры и взять ее за руки. Шкатулка лежала у наших ног, с виду — совершенно обычная. Какая-то незатейливая резьба по дереву и темный бархат внутри. Даже странно думать, что все эти годы она хранила столько истерзанных душ. И сколько еще вместит в себя, чтобы продлить жизнь этому уроду.

Ректор стоял чуть поодаль, рядом с нашими одурманенными друзьями, словно бы предупреждая, что малейшая глупость с нашей стороны — и они пострадают первыми.

— Повторяйте за мной, — приказал колдун, и его голос взметнулся к каменным сводам.

Мы покорно зашептали роковое заклинание.

Кайн

— Угомонишься ты или нет?! — в который раз шикнул я на принца, порывавшегося броситься в зал, чтобы, как он выразился, «надрать ублюдку ректору задницу».

Видите ли, ему невыносимо смотреть, как страдает Рамина. Как будто меня вся эта ситуация забавляет. Но если покажемся сейчас, Барольд нас в порошок сотрет. И не поморщится. Уж я-то диапазон его силы знаю и понимаю, что так просто нам с ним не справиться.

Оставалось затаиться и ждать. Чего именно, я пока представлял смутно.

По мере того как ректор говорил, у меня глаза на лоб лезли. Тьяна и Рамина, прижавшись друг к другу, с ужасом внимали исповеди мага. А Айвэ нет-нет да и норовил сорваться с места. Я его понимал, хоть и не разделял его слепой горячности. Мне самому сейчас безумно хотелось оказаться с ней рядом, дать почувствовать, что она не одна и что я не брошу ее на растерзание этому выродку.

— Вы, конечно, можете заартачиться, но от вашего упрямства пострадают близкие вам люди: Фабиола, Эрик, Айвэ, — зудел проклятый старик. — Кайн и Лелия.

Тьяну в тот момент словно хлыстом полоснуло. Мысленно взмолился, чтобы она не натворила глупостей и не полезла устраивать разборки с обезумевшим магом. Все-таки попыталась. Благо Барольду она сейчас нужна была живой и невредимой.

— Долго еще ждать? — Его высочество нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

— Когда скажу, хватай девчонок и беги с ними прочь. Сможешь перенести их в замок?

Айвэ согласно кивнул. Ну хоть чему-то за эти годы научился!

Оставались еще Эрик и Фабиола, но пока что я не представлял, как буду их спасать.

Закончив сплетать заклинание, вейл всучил Рамине ритуальный кинжал. Поколебавшись, та зажмурилась и провела лезвием по раскрытой ладони. Сжав руку в кулак, занесла ее над шкатулкой.

— Теперь ты, Тьяна. — Глаза безумца блестели от предвкушения триумфа.

Покрепче сжав рукоять, та полоснула по руке и тоже направила ее на артефакт. Барольд склонился над шкатулкой, за чем-то зачарованно наблюдая.

— Готово! — с трепетом выдохнул он.

Воспользовавшись тем, что все внимание ректора сосредоточено на артефакте, Тьяна замахнулась, намереваясь отправить в ларец первую душу — черную душу мага.

— Пора! — крикнул я Айвэ и бросился к этой отчаянной.

Севастьяна

Падая на темный бархат, капли крови сплетались в замысловатую вязь. Пламя свечей вдруг всколыхнулось, и в центре рисунка забурлила гнетущая, страшная сила. Колдун потянулся к шкатулке, заинтересованно всматриваясь в узор, а я потянулась к нему, мечтая закрепить опыт, полученный из общения с элом Тирином.

Не вышло.

Проклятая тень, о существовании которой я успела забыть, коршуном набросилась на меня и, выбив оружие из рук, отшвырнула к стене. Съезжая по холодному камню, заметила непонятно откуда взявшегося Айвэ, утаскивающего за собой Рамину.

Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда осознала, что принц явился не один. Кайн влетел в зал и, выкрикнув заклинание, взмахом руки вымел Фабиолу и Эрика в коридор.

— Уводи их! — крикнул он принцу и бросился ко мне. Обхватив за талию, помог подняться. — Цела?

— Пока да. Но это лишь вопрос времени. — Я пошатнулась и, стараясь сохранить равновесие, приникла к магу.

Несмотря на весь ужас момента, поймала себя на мысли, что безумно рада его присутствию. Больше я его не отпущу! Так мы и умрем, прижавшись друг к другу.

Горькая, нужно сказать, романтика.

Безумец обернулся к нам, держа раскрытый ларец наготове. Лицо Барольда перекосило в оскале, лишь отдаленно напоминавшем ликующую ухмылку.

— Твое появление не входило в мои планы, мэтр. Но ничего! Твоя душа станет первой в моей коллекции жизней. А потом я займусь Севастьяной.

Судя по решительному выражению лица Кайна, метаморф приготовился стоять насмерть. Выбросив вперед руку, стал выкрикивать атакующее заклинание, но был в мгновение ока схвачен дарховой тенью. Та обвилась вокруг него змеей, сковав его тело.