Драконовы сны - Дмитрий Скирюк

— Я записал, — несмело сказал Вильям. — Вот…

Он протянул ему раскрытый том, который машинально прихватил с собой из соседней комнаты. На титульном листе свинцовой палочкой карандаша, подобранной Вильямом со стола, коряво были выведены строки.

— Идиот! — Герта выхватила книгу у него из рук. — Кретин! Нашёл, где рисовать свои каракули… Золтан, ну кого ты ко мне привёл?

— Прости, Гертруда, — нахмурился Хагг, — но эти «каракули» для нас сейчас важней какой-то книги. Если хочешь, я заплачу за чистку.

— А, ладно, — гадалка устало махнула рукой. — Свинец всё равно не стирается. Кстати, зачем ты её взял?

— Я только хотел попросить почитать… Это Артур Брук. Я думал… Я…

И в это мгновение Тил открыл глаза. Все сразу умолкли.

— Телли! — травник склонился к нему. — Как ты?

— Рик… — хрипло сказал тот. Сглотнул слюну и посмотрел на травника. — Где Рик?

— Наверное, в корчме. Ты что-нибудь помнишь?

— Не знаю… — Телли медленно встал. — Нет… Не помню. Но у меня такое чувство, что мне срочно нужно найти Рика. Это очень важно. Не знаю, почему.

— Я знаю, — сказал Жуга. — Пойдём. Я объясню по дороге.

* * *

— Всё, хватит! Я сейчас с ума сойду…

Жуга вскочил из-за стола и нервно зашагал по комнате. Попавшаяся ему под ноги табуретка с грохотом улетела в угол.

Золтан осторожно поставил на стол свою кружку. Нахмурился:

— Эй, возьми себя в руки! Я не хочу второй раз тратиться на ремонт.

— Чушь какая, — травник остановился и сжал кулаки. — Чтоб он провалился, этот Олле, со своими шутками!

— Скажи спасибо, что он сказал хотя бы это.

— А что толку, Золтан, что толку? «Часы покажут нос и глаз…» — как это понимать? Как часы могут это показать? Ну, нос ещё туда-сюда: быть может, это значит, что часы меня обманут, но глаз… Странно. Необычно. Зачем?

— Не придавай этому такого значения. Такие предсказания всегда звучат туманно и становятся понятны, лишь когда сбываются.

— Тогда какой мне прок от них?

— Да никакого, если будешь бегать и орать!

Жуга покосился на Золтана, опустил глаза. Прошёлся пятернёй по волосам.

— Извини. Я просто устал. Ты прав — нет смысла так беситься, я подумаю об этом позже… Ты узнал, где Арнольд?

— Ещё нет. Из города он вряд ли выходил — уж слишком он заметен. Он где-то очень хорошо залёг, должно быть, у своих друзей, иначе мои люди давно бы его сыскали.

— Н-да… Вилли, может, ты чего надумал?

Вильям, сидевший на другом конце стола, покачал головой:

— Не знаю… «Чужой корабль» — это может быть корабль Яльмара, если только ты уговоришь его куда-то плыть. «Попутчик», «Молоко»… Не знаю.

— Драконов ключ… — Золтан сцепил пальцы. — Может, это тот источник возле Лиссбурга?

Сидевший у камина Телли поднял голову:

— Это значит — мы должны вернуться?

— Чушь, — нахмурился Жуга. — Он не кипит, это просто спокойный родник. Тут что-то другое.

— А лекарство? Может, это что-то из твоих запасов?

— Да я сто лекарств с собой таскаю! — взорвался травник.

— Жуга-а, — Золтан предостерегающе поднял палец. — Мы же договорились.

— А? Да, да, извини, — он снова сел за стол. — Как Рик, Телли?

Тил отвёл свой взгляд. В глазах его блестели слёзы.

— Он засыпает, Жуга. Он засыпает.

Как бы подтверждая его слова, дракончик широко зевнул и завозился, поудобнее устраивая голову как кошка — на передних лапах. Лежал он в странной позе — задние ноги были вытянуты параллельно длинному хвосту. Сложенные крылья покоились на спине.

— Видишь…

Жуга промолчал.

Они очень спешили, возвращаясь от гадалки, но спешка оказалась ни к чему — дракошка мирно спал под временным присмотром Орге и Агаты, и вовсе не собирался исчезать. Тил толком ничего не помнил из того, что говорил Гертруде. Собственные его слова оказались для него полнейшим откровением. Он молчал почти всю дорогу, и лишь когда увидел Рика на прежнем месте, вздохнул с облегчением.

Дварагов тоже впечатлила история Телли.

— Так значит, лаиквэнни, — хмыкнул Орге, скребя в затылке. — Вот видишь, Эльдон, зря ты бушевал — с зелёными вы никогда не воевали.

— Это уж точно, — согласился тот. — А вшё равно не по шебе.

Браги задумчиво глотнул из кружки.

— Значит, говоришь, что если Рик не полетит до холодов, — сказал он, — то он вообще не сможет полететь?

— А может, так оно и лучше? — встрял в разговор Эльдон. — Летучий дракон — одно шплошное бешпокойштво.

— Думай, чего говоришь! — рявкнул Орге. — Без него мальчишке не вернуться!

— Што верно, то верно… А может, ему прошто надо шкомандовать: «Лети»? А, Тил?

Телли помотал головой:

— Он не обучен такой команде, он ещё маленький… Да я её и не помню.

— Плохо дело, — Золтан побарабанил пальцами по столу. — Может, всё-таки, вы трое вспомните, как научить летать дракона?

— Иждеваешьща?

— И в мыслях не было… Н-да… — он повернулся к травнику. — Придётся, всё-таки, тебе опять сходить к Гертруде. Вам есть, о чём поговорить. И прихвати доску, может, она чего посоветует.

— А ты что, не пойдёшь?

— У меня дела, — он встал. — Возьми с собой, вон, Вильяма. Заодно и книгу отдадите. Ты ведь уже прочитал её?

— Да, — бард кивнул. — А стихи Олле я уже переписал…

— Чёрт с ними! — Жуга треснул кулаком по столу. — Я их и так уже навек запомнил.

— Жуга-а…

— Ладно, ладно. Всё. Молчу.

— И правильно. Идите-ка лучше разомнитесь, пока не стемнело.

Сказавши так, он встал и вышел. Тил и травник, переглянувшись, без слов взяли дубинки и последовали за ним на двор, оставив за спиной камин и душную корчму. Дул сильный ветер, луна вышла из-за туч. Небо над городом медленно темнело. Воздух был чист и прозрачен.

— Холодно, — поёжился мальчишка.

— Сейчас согреемся. Давай. Ты первый.

Два посоха скрестились раз, другой. Тил принял удар, повернулся вкруг себя, ударил сам, и посох травника, крутясь, взлетел в темнеющее небо. Упал и застучал, катясь по стынущей земле. Тил замер. Отступил назад.

Воцарилась тишина. Некоторое время они стояли неподвижно, затем травник медленно поднял голову.

— Как ты это сделал?!

* * *

— Ноябрь кончается, — Вильям плотней закутался в свой плащ. — До декабря остались считанные дни. Если что с часами и случится, то уже скоро… Ты слышишь? А, Жуга?