Потомок Одина - Сири Петтерсен

– Я никогда не видела ни одного слепого! Я даже не знала, что они существуют на самом деле. Я думала…

– Почему ты хотела избежать участия в Ритуале?

Ещё один тычок в спину. Хирка сжала зубы. Она была абсолютно беспомощной. Ни один из её ответов их не удовлетворит. Новый страх отравлял её кровь, знание, которое делало ситуацию намного хуже. Члены Совета боятся слепых так же, как и все остальные. Всё, что им надо, – это простое объяснение. А простое объяснение – это она. Самые могущественные мужчины и женщины мира утратили контроль над ситуацией. Холодок пробежал по её спине, когда она осознала правду. Совет ничего не может посоветовать имлингам.

– Я ничего не знаю. Я ничего не могу. Я… никто.

– Почему же тогда ты спалила свой собственный дом и сбежала? Почему ты хотела избежать участия в Ритуале?

Хирка засмеялась, но смех быстро застрял у неё в горле.

– Если бы вы внезапно узнали, что вы не из этого мира… что вы такие, как я, вы приехали бы на Ритуал?

На мгновение в помещении стало тихо. Справа кто-то перешёптывался, но Хирка не могла разобрать о чём. Они что, сидят вокруг неё?

– Ты распространяла гниль?

Хирка повернула голову в сторону говорившего. В мыслях непроизвольно возник образ Римера. Волчьи глаза. Тепло Потока. Хриплый голос. Она вспомнила, как от него начинала исходить сила, как только он просто распрямлял спину.

– Я никогда ни с кем не была, – тихо ответила она и услышала горечь в своём голосе.

И никогда ни с кем не буду.

– Ты слепа к земле, девочка, но в тебе были следы Потока. Откуда?

Дыхание Хирки прервалось. Если она скажет правду, у Римера начнутся серьёзные проблемы. Она искала другой ответ.

– Я не знаю. Может быть, от Всевидящего?

Кто-то громко фыркнул прямо перед ней.

– Я не могу сливаться! Клянусь!

– Я дам тебе ещё один шанс, и это твой единственный шанс, девочка.

Спокойный голос, который тянет слова, будто речь идёт о будничных делах, а не о жизни и смерти. Как бы ей хотелось хоть что-нибудь видеть. Голос приблизился, говорящий наклонился к ней.

– Почему ты не хотела участвовать в Ритуале?

– Потому что боялась.

– Чего?

– Вас! Я боялась вас. Я не умела сливаться, и я совсем недавно узнала, что я… что я… Отец сказал, это может стоить мне жизни, что за мной придут Колкагги. Я боялась!

– Колкагги? Где ты слышала такие небылицы, эмблинг?

Хирка выпрямила спину.

– Это не небылицы! Я видела их! Я видела их в Равнхове!

В тот миг, когда эти слова слетели с её губ, Хирка поняла, какую ошибку совершила. Её жизнь находится в руках Совета и Всевидящего, а она только что заявила, что была в месте, которого они боялись больше всего, и узнала тайну, над сокрытием которой они работали веками. Лучше бы она откусила язык.

Стало тихо. Пугающе тихо. Хирка поворачивалась в разные стороны в надежде услышать что-нибудь, но никто не произносил ни слова. Потом кто-то начал шептать. Голоса становились громче. Спор. Она могла разобрать фрагменты слов. Эйрик. Встреча в Равнхове. Потом снова воцарилась тишина, как будто кто-то приказал всем замолчать.

– Это была ты.

Хирка вздрогнула. Голос доносился сверху. Кто-то стоял и склонялся к ней. Она запрокинула голову, но видела по-прежнему только темноту.

– Это была ты. На крыше в Равнхове. Ты – девчонка, благодаря которой Эйрик остался жив! Предатель!

Эйрик жив!

Говорящий наклонился прямо к её лицу.

– А ты знала, что Эйрик из Равнхова обратился спиной ко Всевидящему? Что он поклоняется нечестивым богам? Древним богам слепых? Ты знала, что он отказывает имлингам в защите от слепых?

– Все поступают, как хотят! Он никакой не предатель!

Удар сзади. Сильный. Боль растеклась по телу. Хирка закричала. Спина стала тёплой и влажной от крови.

– Ты бесхвостая и слепая к земле! Ты сожгла собственный дом и хотела убежать от Всевидящего. Ты союзница Равнхова, и имлинги, которые жили рядом с тобой, свидетельствуют о твоём неподобающем поведении. Ты много лет торговала незаконными веществами. Это ты убила отца?

Невыносимая ситуация. Объясняться нет смысла. Она должна попросить позвать Илюме. Это её единственное спасение.

– Приведите Илюме-матерь. Пожалуйста. Я совершенно обычная девочка. Во мне нет ничего важного. Приведите Илюме-матерь! Она всё объяснит.

Все ненадолго замолчали, а потом с левой стороны раздался знакомый голос:

– Я уже здесь.

Хирка закричала. Она даже не ожидала, что её отчаяние может превратиться в такую ярость. Имлинги опасны. Имлинги всегда будут опасными, шептал отец из Шлокны, и она заорала ещё громче. Кто-то дёрнул её, она лягнула в ответ ногой и стала биться, как рыба на пристани, пыталась высвободить руки, которые никак не развязывались. Девушка укусила кого-то, кого – она не знала. Ей было всё равно. Она будет кричать, пока они не поймут. Пока все не поймут.

Капля

Ример бежал по Эйсвальдру. Он не привлекал к себе никакого внимания, такой уж выдался день. Слуги расступались по сторонам коридора и кланялись, когда он проносился мимо них. Он должен найти Илюме до того, как Совет соберётся вновь. Обязан посмотреть ей в глаза. Найти подтверждение тому, что всё так, как должно быть, что она не лишилась рассудка. Даже Илюме не может приговорить к смерти ребёнка во имя Всевидящего.

Он бежал через сады западной стороны города. В полированном камне отражались различные цветы, свезённые сюда со всего мира. Вечнозелёные хвойные росли безупречными группами. Если в этих садах неожиданно появится какой-нибудь случайный сорняк, он будет немедленно вырван из земли с корнем. В Эйсвальдре нет места случайностям.

Сегодня это стало пугающе очевидно. Ример услышал то, чего слышать был не должен, и чем больше он думал об этом, тем сильнее билось его сердце. Двенадцать имлингов приговорили Хирку к смерти во имя Всевидящего. Где был Он? Почему Он не остановил их безумие? Это просто смешно, их решение лишний раз свидетельствует о том, что Совет в отчаянии. А ведь они должны знать!

От таких мыслей кровь Римера вскипела. Они знали и всё равно приняли решение. Чтобы встряхнуть Равнхов. Чтобы угодить орущим на улицах. Чтобы поддержать иллюзию того, что у них всё под контролем. И они поступили так, не спросив Всевидящего, которому призваны служить.

А ещё таинственные слова Лейвлунга.

Следует ли отменить все Ритуалы при таких обстоятельствах? Слиятели могут нам потребоваться, как никогда раньше.