Поймай меня, или Моя полиция меня бережет - Анна Орлова

– Здравствуйте, Мэг, – произнесла я торопливо, узнав этот глухой пришептывающий голос. – Это домовой Стравински беспокоит. Ваш хозяин не сообщал, куда собирается сегодня пойти?

– Не, – с запинкой произнесла она. – Ждте.

И исчезла. На заднем фоне слышался какой-то шум: негромкий топот, хлопок двери, затем тишина – и шаги уже кого-то потяжелее.

– Слушаю! – сказал в блюдце Ярый.

– Позовите Розу, пожалуйста! – выпалила я.

Пауза, затем он поинтересовался:

– А с чего вы взяли, что она у меня?

– Вы что, отправили ее домой одну? – разозлилась я.

Мердок успокаивающе положил мне руку на плечо.

– Стрррравински! – прорычал Ярый (обычно он называл меня по имени, но «Аннабель» сложновато прорычать), затем глубоко вздохнул, успокаиваясь, и продолжил уже совсем иным тоном: – Я не видел Розу с сегодняшнего утра. Точнее, уже почти вчерашнего. Поклясться?

– Н-н-нет, – с запинкой выговорила я и с удивлением услышала, каким хриплым стал мой голос. – Я вам верю.

– А что случилось? Вы не знаете, где находится ваша сестра? – встревожился Ярый.

– Не знаю, – признала я тупо и прикрыла глаза.

– Я выезжаю, – коротко бросил Ярый и оборвал звонок.

– Роза сказала, – вдруг заговорил топчущийся у входа зомби, – мама. Выбрать платье. Я с ней! Роза – нет.

Мердок резко повернулся к нему:

– Хочешь сказать, что Роза ушла с матерью?

– Да-а-а! – Немо хлюпнул носом, как обиженный ребенок.

Фух! Я с облегчением перевела дух, но Мердока такой ответ почему-то не устроил.

– Выбирать платье? – продолжил Мердок, явно пытаясь выбирать реплики попроще.

– Ага. – Немо закивал.

– А кто хотел взять тебя с собой? Роза или ее мама?

– Яд-ви-га! – почти пропел зомби, и Мердок вдруг до боли стиснул мое плечо.

– Посмотрите на него, – велел он вполголоса.

– На Немо? – удивилась я.

День выдался очень-очень долгий, и теперь в моей голове, кажется, вместо мозгов была манная каша.

– Именно, – подтвердил он и вдруг спросил громко: – Ядвига – хорошая?

– Да-а-а! – убежденно заявил зомби, просияв. – Лучшая!

Я покосилась на хмурого Мердока, который задумчиво потирал переносицу.

– Полагаю, Стравински, – начал он, заметив мой взгляд, – нам следует пообщаться с вашей экономкой. Немо, позови Дис.

Зомби радостно потопал выполнять поручение.

– Постой, Немо! – окликнула я зомби уже на пороге. – Роза сказала, когда вернется?

– В шесть вечера! – отрапортовал он, и я поняла, что рано обрадовалась.

Мы с Мердоком переглянулись.

– Звоните дежурному, – велел он. – Необходимо объявить розыск.

– А не рано? – засомневалась я и кивнула на блюдце. – Может, сначала позвонить маме? Вдруг Роза осталась у нее ночевать?

Признаюсь, в такой вариант я верила слабо. До сих пор мама прекрасно обходилась семейными ужинами раз в полгода. Даже когда мы с Розой болели, наша биологическая родительница до ночевки у постели дочек не снисходила.

– Можно попробовать, – согласился Мердок с видимым сомнением.

Я сверилась с записной книжкой (мамин номер наизусть я не знала) и быстро отбарабанила нужную комбинацию цифр… Длинные гудки…

После третьего раза я оставила бесплодные попытки. На всякий случай обзвонила больницы – тоже без толку.

Мердок задумчиво смотрел в темное окно, машинально выстукивая пальцами смутно знакомый ритм.

– Я сейчас опрошу друзей Розы, – пообещала я, листая странички блокнота.

– Боюсь, это ничего не даст, – ответил он мрачно.

– «Боюсь»?! – переспросила я недоверчиво.

Мердок веско кивнул:

– Звоните в полицию, Стравински!

Я скрипнула зубами, представив реакцию дежурного. «Как, опять пропала?!» Однако послушно набрала знакомый номер…

Когда на пороге нарисовалась Дис, я уже успела заявить о пропаже Розочки.

– Что надо? – буркнула экономка, переводя взгляд с меня на Мердока. – Сплю я, непонятно, что ли?

Вряд ли она на самом деле уже спала – глаза совершенно не сонные, а в руках она держала толстенную книгу, за которой, похоже, и коротала вечер. «Гномья кухня. Издание сто двадцать восьмое, дополненное и уточненное». Солидным томом можно было при случае оглушить вора (или добиться от него чистосердечного признания – по обстоятельствам).

Глаза Мердока блеснули, и он спросил неожиданно мягко:

– Неужели вы не волновались, что члены семьи до сих пор не вернулись домой?

Гномка вдруг смутилась – отвела взгляд и прикусила губу.

– А чего я должна волноваться? Они взрослые уже, сами разберутся. Мое дело – накормить, напоить да спать уложить.

– Насколько я помню, у гномов совершеннолетие считается с двадцати пяти, – возразил Мердок тем же опасно ласковым тоном. Брр, аж до мурашек пробрало! – Хотя вас занимало лишь благополучие Анны, ведь так? А она уже достигла означенного возраста.

– И что? – Дис приосанилась и покрепче обхватила свою книгу, словно примерялась, как бы настучать ею Мердоку по лбу.

– Постойте, я ничего не понимаю, – вмешалась я и сжала пальцами виски. – Дис, свари мне кофе, пожалуйста.

Она кивнула, однако Мердок возразил:

– Лучше вы сами. В противном случае…

Повисла многозначительная пауза.

– Это вы что удумали? – возмутилась Дис и шагнула вперед. – Чтобы я на мою… на Анну руку подняла?

– Погоди! – Я вскочила, торопясь предотвратить членовредительство, и не сдержала вскрика. Ковылять я кое-как могла, а вот резкие движения делать не стоило.

Меня подхватили под руки с двух сторон.

– Аккуратнее, Стравински, – укоризненно попросил Мердок.

– Где вас угораздило? – проворчала Дис. – Вот с детства умеете вы кругом влезть!

Опираясь на плечо гномки и на локоть дорогого начальства, я добралась до кухни и с облегчением плюхнулась на стул. Неназываемый, ну как же не вовремя…

Кофе в итоге варил Мердок, и на это действо стоило полюбоваться. Ах, как он отмерял молотые зерна и специи! Никаких «на кончике ножа» или «трети чайной ложки», только взвешивать, только миллиграммы!

Дис наблюдала за ним с таким лицом, что к кофе для самого Мердока ее точно не стоило подпускать: не отравит – так плюнет. Потом она фыркнула и утопала к шкафчику, где хранилась аптечка. Вынула бинт и пузырек с какой-то вонючей мазью: