Пехотная баллада - Терри Пратчетт

— Нам бы дали медали, будь мы мужчинами? — спросила Маникль.

— Да. Конечно. А Блуза бы немедленно повысили, я думаю. Но сейчас война, и, наверное, не стоит…

— …благодарить воплощенную Мерзость пред Нугганом, — закончила Полли.

Клогстон улыбнулся.

— Я хотел сказать «терять бдительность». Разумеется, на нас давит политотдел. Они хотят пресечь распространение слухов. А верховное командование по той же самой причине хочет, чтобы все поскорее закончилось.

— И когда начнется суд? — спросила Полли.

— Примерно через полчаса.

— Но это глупо! — воскликнула Холтер. — Война в разгаре, а они собираются тратить время на суд над кучкой женщин, которые даже не совершили ничего дурного!

— Генерал настаивает, — сказал Клогстон. — Он намерен устранить проблему.

— И кто в случае чего поддержит этот трибунал? — холодно поинтересовалась Полли.

— Тысячи вооруженных солдат, — ответил Клогстон. — Простите. Если спросить у генерала Фракка «Ну и где ваша армия?», ему будет достаточно всего лишь указать за окно. Но я намерен утверждать, что это мероприятие — военный суд. Вы все поцеловали Герцогиню и взяли шиллинг. С моей точки зрения, вы — военные.

— И что проку?

— Будет определенный порядок. Недавно Нугган объявил Мерзостью головоломки-пазлы. Он утверждает, что они раскалывают мир на кусочки. И люди наконец-то задумались. Армия, возможно, безумна, но, по крайней мере, ее безумие основано на цифрах и достойно доверия. Э… ваша спящая подруга… может, оставите ее здесь?

— Нет! — ответили все как один. То есть как одна.

— Она нуждается в моем постоянном наблюдении, — сказала Игорина.

— С ней может случиться приступ внезапного исчезновения без следа, — добавила Холтер.

— Мы должны держаться вместе, — сказала Полли. — Мы не бросим ни одного из нас.

Трибунал решили проводить в бальной зале. Полли сказали, что борогравцы отбили большую часть крепости, но в непредсказуемом порядке. Союзники по-прежнему удерживали центральные постройки цитадели и оружейную, но были полностью окружены борогравскими войсками. Сейчас шел бой за главные ворота, которые строились не для того, чтобы противостоять атакам изнутри. В крепости шла не битва, а драка, полуночная кабацкая потасовка, только в огромном масштабе. Поскольку разнообразные орудия на верхушках башен принадлежали теперь обеим сторонам, крепость, следуя лучшим традициям, стреляла по самой себе — словно расстрельный взвод, ставший в кружок.

Полы в зале пахли мастикой и мелом. Столы сдвинули вместе, приблизительным полукругом. В комнате было человек тридцать, как прикинула Полли. За пределами полукруга стояли еще столы, на них лежали карты, а вокруг суетились люди. Полли догадалась, что они собрались не только ради ее отряда. Это был настоящий штаб.

Отряд вошел и встал по стойке «смирно». Игорина заставила двух стражников нести Уолти на носилках. Полукруглый шрам у нее под глазом стоил нашивок полковника. Ни один солдат не хотел нажить себе врагов среди Игорей.

Они ждали. Время от времени кто-нибудь из офицеров взглядывал на них и вновь возвращался к картам и разговорам. Затем Полли услышала шепот. Присутствующие начали оборачиваться и стягиваться к полукругу столов. Судя по всему, они относились к происходящему как к утомительной обязанности, которую, к сожалению, надо было выполнить.

Генерал Фракк не обращал внимания на отряд, пока не занял место в самом центре и не разложил бумаги по порядку. Но и потом он лишь бегло окинул стоящих взглядом, как будто боялся посмотреть внимательнее. Полли никогда раньше его не видела. Полковник был красивый мужчина, с густой шапкой седых волос. По щеке, минуя глаз, шел рубец, хорошо заметный на фоне морщин.

— Дела идут хорошо, — сказал он, обращаясь к присутствующим в целом. — Мы только что узнали, что летучий отряд, составленный из остатков Десятого пехотного полка, приближается к крепости и штурмует главные ворота снаружи. Должно быть, кто-то заметил, что тут заварушка. Наша армия на марше!

Послышались сдержанные возгласы одобрения. Отряд молчал.

Генерал снова взглянул на них.

— Здесь все, Клогстон? — спросил он.

Майор, которому, по крайней мере, отвели отдельный столик, встал и отсалютовал.

— Нет, сэр, — сказал он. — Мы ждем…

Дверь открылась. Ввели Яшму, скованную с двумя троллями побольше. Следом плелись Маладикт и Блуз. В спешке и суете никто так и не озаботился отыскать для лейтенанта штаны, а Маладикт, казалось, был слегка не в себе. Цепи на нем неумолчно звенели.

— Я возражаю против цепей, сэр, — заявил Клогстон.

Генерал шепотом посовещался с другими.

— Да. Не нужно излишней формальности, — сказал он и кивнул стражникам. — Раскуйте их. Тролли могут уйти. Но пусть стража останется у дверей. Итак, давайте начнем. Затягивать незачем. Итак, — генерал устроился поудобнее, — на самом деле все очень просто. Вы, за исключением лейтенанта Блуза, вернетесь по домам и будете отданы под опеку достойных доверия мужчин. Понятно? И больше ни слова о случившемся. Вами была выказана изрядная сила духа — несомненная, хотя и неуместная. Разумеется, мы вам благодарны. Мы знаем, что вы все не замужем, а потому снабдим каждую подобающим и даже весьма внушительным приданым…

Полли отсалютовала.

— Разрешите обратиться, сэр?

Фракк уставился на нее, затем многозначительно перевел взгляд на Клогстона.

— Вам дадут слово потом, капрал, — сказал майор.

— Но какое именно преступление мы совершили, сэр? — спросила Полли. — Пусть объяснят.

Фракк посмотрел в дальний конец полукруга.

— Капитан?..

Невысокий офицер встал, и в душе Полли волна узнавания захлестнула берег ненависти.

— Капитан Страппи, политический отдел, сэр… — начал он и замолчал: отряд испустил дружный стон. Когда шум затих, Страппи кашлянул и продолжал: — Двадцать семь нарушений заповедей Нуггана, сэр. Подозреваю, на деле их еще больше. Что касается военных законов, сэр, достаточно того простого факта, что они выдали себя за мужчин, чтобы вступить в армию. Я был там, сэр, и все видел.

— Капитан Страппи, могу ли я поздравить вас с быстрым повышением? — сказал лейтенант Блуз.

— О да, капитан, — добавил Клогстон. — Если не ошибаюсь, всего несколько дней назад вы были скромным капралом.

С потолка посыпалась штукатурка, когда что-то тяжелое врезалось в стену снаружи. Фракк стряхнул пыль с бумаг.

— Надеюсь, это был не наш снаряд, — заметил он, вызвав за столом легкий смех. — Продолжайте, капитан.

Страппи повернулся к генералу.

— Вы знаете, сэр, время от времени мы, сотрудники политического отдела, при необходимости действуем под видом лиц более низкого звания, чтобы собрать необходимую информацию. Разумеется, в рамках Устава, сэр, — добавил он.