Атака на мир Цербера - Вячеслав Кумин

«Победоносец» заходил к «Белому орлу», делающему последние маневры для стабилизации своего положения в пространстве с кормы, оставаясь как можно дольше недосягаемым для пушек крейсера. Надеяться на то, что на крейсере сей маневр не заметили, не приходилось. И действительно, только успев стабилизироваться, «Белый орел» начал поспешный разворот, чтобы иметь возможность прицелиться и выстрелить.

— Он двигается быстрее, примарх, я не успеваю…

— Тогда мы отчаливаем, а ты сразу же уходи.

— Понял.

Шесть шаттлов с сотней человек на каждом борту отстыковались от «Победоносца» и начали движение к крейсеру, заходя под днище с целью избежать зенитного огня.

Крейсер сразу на два противника разорваться не смог, предпочитая держать в поле зрения более крупную и оттого более опасную цель. Но лайнер, включив ходовые двигатели на полную мощь, начал уходить прочь, а шаттлы уже сблизились с целью.

— Заходим с двух бортов по три челнока! — давал инструкции Рон. — Причаливаем по длине с удалением сто метров!

Пилоты понятливо кивали и маневрировали под огромной тушей крейсера. Шаттл, на котором летел Финист, приноравливался к носовой части корабля. Глядя на этот черный матовый монолит, Финист подумал, а рассматривался ли подобный вариант абордажа тактиками в принципе, или им даже в голову подобное не могло прийти? Рон склонялся к последнему выводу…

— Отлично, — кивал Финист, глядя в лобовое стекло на борт «Белого орла», — теперь к нему поближе — и высаживайте нас.

С этими словами Рон вышел из кабины пилотов к матросам, приготовившимся идти на абордаж с кувалдами и разводными ключами. У кого-то за спиной висели баллоны с краской, имелась даже пара резаков. Сам Финист вооружился большим гаечным ключом, подцепив его специальным линем к скафандру, на случай если он вывалится из рук от неловкого движения.

— Рассредоточиваемся и крушим все подряд, до чего только можем дотянуться! — в последний раз напутствовал Рон ремонтников, которым предстояло переквалифицироваться в вандалов. — Пошли!!!

Открыв дверь шаттла, Рон, судорожно со свистом вздохнув, сделал резкий шаг вперед. Ключ тут же полетел в сторону, а Финист, вытянув руки вперед, пытался ухватиться за перила.

Борта любого корабля, и военные не исключение, не были гладкими, как то казалось, если посмотреть со стороны. На самом деле борта были буквально изрезаны внешними дорожками полуметровой ширины, предназначенными для обслуживающего персонала. Именно к такой тропке и летел с трепыхающимся сердцем Рон.

К несчастью, он несколько промахнулся и врезался в стену, так и не зацепив перила руками, а дальше его начало относить в сторону — крейсер ведь продолжал маневрировать. Спасло Финиста только то, что гаечный ключ, его орудие абордажа, продолжил полет чуть в стороне, и он-то как раз ударился куда надо, несколько раз линем обмотавшись вокруг перил.

Почувствовав рывок, Рон с совсем уже выпрыгивающим из груди сердцем начал осторожно подтягивать себя за линь к кораблю. Полминуты — и он оказался на дорожке. Сработали магнитные захваты ботинок, и можно было перевести дух.

Немного успокоившись, так, чтобы в ушах больше оглушающе не били барабаны, Рон принялся за работу, которой уже начали вовсю заниматься абордажные группы.

Ремонтники-абордажники и впрямь со знанием дела разбегались по всему борту и уже что-то со всей дури колошматили. Нашел первую цель возле автоматической зенитной пушки и Финист — стеклянный купол системы прицеливания. Встав поудобнее, расставив ноги на ширину плеч, Рон сделал первый замах — и со всей силы обрушил десятикилограммовый гаечный ключ на стеклянную полусферу.

Первый удар не принес желаемого результата, ключ чуть не выскочил из рук. Но Рона взяла такая злость, что он начал с маниакальным остервенением бить по цели, и купол, поддавшись его ярости, брызнул осколками, обнажив скрытые под ним датчики. Их переломать оказалось легче легкого, и, разломав аппаратуру на куски, Рон пошел искать очередную мишень.