Посланник бури - Джей Си Сервантес

– Сначала ты должен открыться огню через свою ногу.

– Как?

– Чувствуешь там пульсацию? Энергию?

Я сосредоточился на своей хромой ноге. Хуракан оказался прав. Когда я обратил к ней все свои мысли, странный вихрь энергии прошел через мое тело. Это было потрясающе!

– Теперь напитай огонь своей жизненной силой и…

– И что?

– Тебе нужен источник тепла. – Он указал на солнце. – Используй его мощь.

Я уже хотел спросить: «И как, черт побери, мне это сделать?», но он добавил:

– Призови его.

Я вспомнил тот вечер, когда мы с Хондо и Брукс поглощали бургеры в ночном кафе. Тогда какая-то внешняя сила сама нашла путь ко мне, и я почувствовал жар в пальцах. Я подошел ближе к океану, волны плескались у лап. Следуя инстинкту, уставился на заходящее солнце и позволил жару во мне расти. Сначала медленно, потом все быстрее. Слишком быстро. Стало трудно дышать.

– Выпусти его, – сказал Хуракан.

Я поднял лапу, надеясь, что из нее вылетят огненные искры или что-то похожее. Но ничего не произошло. А жар все разрастался. Я забеспокоился.

– Расслабься, Зейн, – приказал Хуракан.

– Легко тебе говорить, – хватая ртом воздух, выдавил я.

Это ведь не его поджаривали изнутри!

– У тебя есть сила, Зейн. Огонь отвечает тебе. Контролируй его своим дыханием. Да, вот так. Дыши мерно и глубоко.

Все бы хорошо, только мое дыхание превращалось в дым и вырывалось струйками из ноздрей! Расслабиться все никак не получалось и я начал задыхаться. С неимоверной скоростью огонь проходил сквозь меня. В панике я метнулся к воде и заметил, что когти на лапах раскалились докрасна.

– Зейн! – прокричал Хуракан, вставая у меня на пути. – Выпусти его!

– Мне нужно в воду!

– Нет! Если ты сейчас пойдешь по легкому пути, то никогда не научишься его контролировать. Доверься мне!

Сила все росла, тяжелая и могучая, и такая горячая, что разрывала меня изнутри. Пар вырывался у меня изо рта. Я повернулся, выдал яростный рык и вонзил пылающие когти в ствол дерева. Огонь побежал по стволу к листве, дерево вспыхнуло, за ним еще одно, и еще.

Секунду спустя в океане поднялась громадная волна, высотой с десятиэтажный дом. Она обрушилась нам на головы, меня перевернуло и бросило в сторону. Так же быстро она схлынула обратно. Я вскочил и отряхнулся, как собака.

Хуракан вздохнул.

– Может быть, в следующий раз ты сосредоточишься чуть лучше.

– Лучше? Меня… чуть не сожгло изнутри!

– Огонь убьет тебя, если ты не научишься его выпускать. Энергия должна куда-то выходить. Ты понимаешь?

Я кивнул, тяжело дыша и думая, что вряд ли захочу призывать огонь еще раз. Я надеялся, что использовать силу будет легко или, по крайней мере, как-то естественней, что ли…

– Если даже ты не можешь с ним справиться, – в сердцах выпалил я, – как это сделать мне?

– Я не говорил, что не могу справиться. Я сказал, огонь проблемный, Зейн.

– Да уж, это точно.

В этот момент мир начал бешено вращаться, словно я попал в барабан стиральной машины.

– Кажется, Искробойня зовет тебя обратно, – сказал он.

– Подожди!

– Что?

– А если я никогда не научусь… управлять им?

– Это твоя главенствующая сила – она уступит. Рано или поздно. Но тебе стоит быть с ней более дружелюбным.

Я хотел спросить, а нельзя ли обменять огонь на что-нибудь попроще, но уже летел обратно.

Мгновение спустя я сидел на столе в пещере Искробойни, с капающей из носа кровью. Ах да, я уже и забыл об этом небольшом побочном эффекте после попадания в Пустошь. Я промокнул нос краем футболки.

– Это… это огонь, – промямлил я.

По лицу Искробойни пробежала улыбка. Тут колокольчик в ее волосах еле слышно звякнул. Она оглянулась на вход в пещеру.

– Чертовы псы!

– Что? Чертовы… кто?

– Нет времени, – быстро сказала она, выталкивая меня из пещеры.

Моя нога, усиленная молнией, загудела.

– Но ты сказала «чертовы» вместе со словом «псы»… Это ведь не к добру. Что ты имела в виду?

– Когда мои колокольчики звенят, это означает, что кто-то проник в Старый Мир.

Я знал, что мне не понравится ответ, поэтому не стал задавать вопрос.

Но она все равно продолжила:

– Ак-Пуук здесь, Зейн. Ты готов?

Глава 37

А кто вообще может быть готов встретиться лицом к лицу с богом смерти? Точно не я, хотя и был Сыном Огня с навороченной полутростью-полукопьем, и заряженной молнией ногой, способный запрыгнуть на самое высокое здание в один присест.

Все вокруг словно обезумело. Колокольчики в волосах Искробойни начали звенеть так громко, что у меня заложило уши. Затем ее глаз закатился назад, так что стало видно лишь белое глазное яблоко, а кожа задрожала и обвисла. Неудивительно, что ее лицо так ненормально изменилось. Должен ли я что-то сделать? Звонок в Службу спасения для потусторонних? Искусственное дыхание?

– Ты идиот!

В пещеру влетела Никто и обратилась в человеческую форму. Сейчас я увидел, что она не старше Хондо. У нее была бледная веснушчатая кожа, сияющие темные глаза и маленький, слегка кривившийся рот, из-за которого казалось, что она постоянно ухмыляется. Именно ухмыляется, а не улыбается.

– Я ничего не делал! – крикнул я в ответ, надеясь, что Искробойня в любой момент очнется от своего ужасного припадка.

– Неси стрелу! – скомандовала Никто.

На этот раз я знал, о чем речь, бросился к озеру и вернулся с маленькой молнией в руках.

Никто уложила Искробойню на стол, схватила молот и вбила стрелу ей в грудь. Старуха резко села и тяжело вздохнула. Ее нос сдвинулся вправо еще больше, а рот оказался на подбородке, казалось, еще чуть-чуть – и он сползет с ее лица.

– Чертовы псы! Как же это раздражает! – Она прыгнула на свою скамейку. – Как они посмели спуститься сюда в таком количестве!

Выругавшись, она ударила кулаком по столу. Никто принялась поправлять ей нос и рот, словно это лицо было сделано из воска.

– У нас тут весь Совет Богов собрался! – прошипела женщина. – И Иштаб…

Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

– Она охотится на Ак-Пукка, как мы и говорили.

Какого черта совет здесь? Они выследили Ак-Пуука? Или меня?