Хмель и Клондайк - Андрей Круз

– Легко. Сколько, кстати, с меня?

– Давай не сейчас? – попросил я, поскольку решать в уме столь сложные арифметические задачи был просто не способен. – Да и люди ждут.

– Как вернусь в Форт, зайду к тебе.

– Заходи.

На улице курился паром вкруговую тонированный «хантер». Распахнув дверцу, Ермолов объявил водителю, что сегодня поездка за город отменяется, и велел доставить коллегу из Патруля в моем лице по месту постоянной дислокации, то есть домой.

– Надеюсь, это несложно? – спросил я шофера, когда мы тронулись с места.

– Чего сложного-то? – удивился крепкого сложения парень. – Это ж по пути! Я там как раз на проспект выверну.

– Нормально, значит?

– Не то слово! – рассмеялся шофер. – Нормально все, кроме поездки на северную промзону по такой погоде. А завтра не моя смена, так что и вовсе праздник.

Я усмехнулся и развалился на сиденье; в разогретом салоне меня понемногу разморило. Внедорожник подкатил к воротам, те поначалу не шелохнулись, но стоило только требовательно рявкнуть клаксону автомобиля, массивные железные створки вздрогнули и начали расходиться в разные стороны.

«Хантер» плавно перевалился через асфальтовый наплыв и очутился в огороженном со всех сторон дворе, в который пустыми бойницами выходила боковая стена караульного помещения. Внешние ворота с явственно мерцавшими на внутренней створке колдовскими символами распахнулись без дополнительных напоминаний.

Автомобиль покатил по дороге и уже отъехал метров на двадцать, когда я вспомнил об оставленном на проходной чарофоне.

– Стой! – хлопнул по плечу шофера. – Мне в караулку заскочить надо.

Парень сбросил скорость и начал выкручивать руль, но я уже распахнул дверцу.

– Да подожди здесь, сам сбегаю.

Выскочив из салона, я натянул на голову лыжную шапочку и побежал к воротам. Ворвался на проходную, вернул бирку, получил взамен чарофон и поспешил обратно. Шофер включил заднюю передачу и начал понемногу сдавать мне навстречу; я помахал рукой, давая понять, что суетиться не стоит.

Где-то неподалеку негромко хлопнуло, и от затянутого снежной пеленой силуэта заброшенного здания к внедорожнику метнулась светящаяся точка. В одну секунду она промчалась над пустырем и вломилась в боковую дверцу автомобиля, а в следующий миг мощный взрыв расплескал всюду жгучее пламя, подкинул меня в воздух и, перебросив через отвал снега на обочине, зашвырнул в глубокий сугроб.

Там я на какое-то время и остался.

Когда очнулся, чарофон в моей руке слегка дымился, но гарью пахло вовсе не из-за него. Догорал внедорожник. Яркое пламя пожирало машину изнутри, от покрышек уже ничего не осталось, крыша прогнулась, стеклянное крошево на капоте плавилось, а кругом на снегу трепетали языки ядовито-голубого алхимического огня. Нестерпимо несло горелой резиной и краской и чем-то даже еще более отвратительным. Ветер рвал едкий дым и сносил его то в одну сторону, то в другую, и тогда суетившиеся вокруг с огнетушителями охранники закрывали лица и отворачивались.

Ну да – уже тушат. Сколько же это я здесь загораю?

И почему никого подрыв автомобиля не волнует? Где суета, где группы быстрого реагирования?

Я развернулся и навалился спиной на снежный отвал. Сквозь снежную пелену пробились отблески мощных алхимических фонарей, и стало ясно, что в районе развалин сейчас бегают очень злые и решительные люди, увешанные оружием с ног до головы.

Перед глазами плыло, я расслабился и уставился в затянутое снежными тучами небо. Холодно не было то ли в силу шока, то ли из-за выпитого. Да и чувствовал себя совсем неплохо, только кружилась голова и звенело в ушах.

Минут через десять к начавшему затухать внедорожнику подкатил бронированный фургон недавно сформированного отряда специального назначения Дружины, следом подъехала группа быстрого реагирования комендатуры.

Силовики отогнали от сгоревшего «хантера» охранников Поляны и сразу сцепились друг с другом, меряясь полномочиями и выясняя, кто из них в песочнице самый крутой. Лично мне со стороны показалось именно так.

Полагаю, не только мне. Входившие в состав и того и другого отряда гимназисты перекинулись парой слов, разошлись в разные стороны и принялись ограждать место преступления, рассыпая из стеклянных емкостей прямо по снегу тяжелый, падавший отвесно вниз порошок. Вскоре один из них, в надетом поверх короткой кожаной куртки бронежилете с крупными буквами «ГБР», перебрался через отвал, заметил меня и машинально запустил в воздух сгусток шаровой молнии.

Потом что-то спросил, но что именно – я не разобрал, поэтому просто выудил свободной рукой из нагрудного кармана удостоверение резервиста. Тогда колдун обошел меня стороной, а когда они с коллегами замкнули окружность и к небу протянулась непрозрачная охранная пелена, вернулся и попытался выдернуть из моей ладони перегоревший чарофон. С первого раза не смог.

Он выругался – чудо! матерные слова я прекрасно разобрал! – один за другим разогнул пальцы и вынул металлический корпус алхимического аппарата.

– Охренеть, – озадаченно протянул колдун, разглядывая деформированные стенки. – Чтоб я так жил…

Спецназ и группа быстрого реагирования так и продолжали вяло переругиваться, но тут сквозь окружившую место преступления непрозрачную пелену прошел Ермолов. Он быстро прервал склоку и отправил дружинников прочесывать территорию, а колдун перевалил меня через отвал и поставил на ноги.

Я с трудом удержал равновесие и, пошатываясь, зашагал к главе пограничной службы.

– О, Хмель! – вдруг хихикнул Ермолов. – Совсем как живой…

Сопровождавший его автоматчик с закрытым балаклавой лицом двинул локтем в бок, Александр осекся, откашлялся и достал из кармана плоскую фляжку.

– На, хлебни, – протянул ее мне.

Я свернул колпачок, влив в себя настоянного на травах самогона, и спросил:

– Угадай, в каком ухе у меня звенит?

– В обоих, – ответил автоматчик в балаклаве, судя по голосу – тот самый лысый Саня. Он забрал фляжку и спрятал в собственный карман.

Могло показаться, но его серые глаза теперь приобрели явственный льдисто-голубоватый оттенок.

– Голова как тыква, – пожаловался я.

– Рассказывай, Слава, не тяни кота за яйца, – неожиданно трезво приказал Ермолов и подозвал к себе командира группы быстрого реагирования. – Травин, иди сюда!

Младший лейтенант приблизился с трубой гранатомета в руках, следом подошел колдун.

Я умылся снегом, собрался с мыслями и коротко обрисовал ситуацию:

– Сразу чарофон забыл забрать, попросил остановиться. Дошел до пропускной, вернулся – и рвануло. Из чего стреляли, не знаю, но со стороны развалин – это точно. Оттуда хрень какая-то светящаяся прилетела.