Обреченный на скитания - Сергей Мясищев

— Да, Владыка. Там развалины, — подтвердил Идар.

— Опять ты… — укорил я. Идар удивленно посмотрел, потом спохватившись, ответил.

— Это привычка, Алекс. Извини. Слишком глубоко это в нас.

— Да ничего, когда нет никого, подумаешь еще одна кличка, а вот на людях, звучит не очень, — объяснил я. Сердиться совсем не хотелось. Привыкаю, наверное, — поесть бы надо, что там у вас есть?

— Сушеное мясо, сухари, тентэра, — перечислил Идар.

— Что такое тентэра?

— Сушеный фрукт, очень питательный, — пояснил воин, доставая из вещмешка сморщенное яблоко. На вкус этот фрукт напоминал что-то среднее между сапожной подметкой и сушеной деревяшкой. То, как я оголодал, почувствовал, когда начал есть. Тот сухпаек, что выдал мне Идар, я смел за пару минут. Идар озабоченно посмотрел на меня и прокомментировал мои действия по уничтожению провианта:

— Алекс, это нужно есть медленно. Теперь тентэра разбухнет в животе, будешь мучиться.

— Предупреждать надо! — буркнул я.

— Прости, я не знал о твоем неведении.

— Проехали, — ответил я.

— Куда проехали? Кто? — не понял воин.

— Выражение такое, не обращай внимания, — пояснил я.

— А-а-а. Ясно! — протянул Идар.

— Лучше расскажи, как вы живете, какой уклад жизни, какие ценности, — попросил я.

— Да рассказывать-то особенно нечего. Клан небольшой, законы чтим. Что рассказать-то?

— Ну, вот о законах и расскажи.

— Тут все просто, — начал Идар, грызя сушеное мясо, — Каждый член клана, прежде всего — воин. В три года ребенку дарят первый нож, и садят верхом на коня, в пять — дарят жеребенка, в восемь — начинается обучение. Мальчиков учат воинским хитростям, а девочек разным премудростям хозяйственной жизни. В десять лет начинают обучать обращению с разным оружием, на скаку и в пешем бою. Только у нас уже лет двадцать коней в клане — кот наплакал, в горах не очень-то на лошади поездишь. В остальном, все сохраняется, как и в прежние века. Но парни за конем ходить умеют. И подковать и расчистить. Что за Пластун без коня? Учат и рукопашному бою, и секретам скрыта. Правда такого как ты сегодня показал, мы не умеем. Но к врагу незаметно подкрасться любой сможет. Даже состязания устраиваем иногда. У кого есть дар, учат искусству быстрого боя и умению пользоваться зовом, и много чему еще.

— А зов? Им все умеют пользоваться?

— Конечно, это же… ну, как бегать. У кого-то лучше получается, у кого-то хуже.

— А что женщины у вас тоже воюют? — поинтересовался я.

— Мы не воюем, Алекс. Наше предназначение — служить Истинному. А пока его не было, то это поиск Истинного. Теперь все будет по-другому. Теперь есть ты, и у клана появился смысл существования.

— Стоп, стоп, стоп, — прервал я, — вот только не надо фанатизма. Я простой человек, такой же, как и ты…

— Нет, Владыка. Не говори так! — Идар даже вскочил, — моя жизнь принадлежит тебе по факту рождения! Я счастлив, что именно мне выпала честь, найти тебя…

— Сядь! — грубо сказал я. Воин осекся, поклонился и сел, — Ты же только что разговаривал, как нормальный человек. Что на тебя нашло? Варун! — обратился я к сидящему рядом пластуну. Тот встрепенулся, — ты тоже так считаешь?

— Да, Владыка! — потупился воин, — меня всю жизнь учили, что я… моя жизнь…Владыка Истинный…

— Ладно, я понял, — прервал я его, видя нешуточные терзания парня, — Знаете что, господа Пластуны. Не все, что вам говорили, соответствует действительности. Вам много придется понять заново. И начните с того, что не называйте меня владыкой. И мы идем в Храм Древних, чтобы подтвердить мой статус Истинного. Вполне возможно, что его не подтвердят. Будете возвращаться сами. С горкой пепла, вместо меня. Так что, имейте это ввиду.

— Как скажешь, Владыка, — воины синхронно поклонились. Я с досадой махнул рукой. Либо комедию ломают, что лучше, либо действительно у них с головой не того. Это вообще хреново.

Кот наблюдал за нами издалека, аппетитно хрустя костями какого-то животного. Мог бы и предложить. Ну, да ладно, не буду напрягать, тоже вымотался за день.

— А что вы знаете про Дикий Лес? — спросил я, чтобы уйти от неловкого молчания.

— То же что и все, — пожал плечами Идар.

— Идар, если я что-то спрашиваю, то поверь, не для того чтобы разговор поддержать. Я действительно про этот Лес ничего не знаю. Ну вот так! Не довелось.

— Понятно, — примирительно отозвался воин — рассказывать тоже особо нечего. Лес в котором водятся разные твари. Он с западной стороны Пустоши. Лес очень опасен и, практически, непроходим. Да никто и не пытается туда ходить — это верная смерть. Расположен на землях Империи и эльфов, потому по всему периметру леса стоят сторожевые Засеки, — Идар замолчал.

— Весело там, — вставил Варун, — был я на одной Засеке. Там такие зверушки из Леса выходят, в кошмарном сне не увидишь.

— На Засеках и эльфы и люди служат, общая беда объединяет, — рассуждал Идар, — стерегут границу вместе.

— Получается у Империи и у Эльфов в этом вопросе общий интерес? — уточнил я.

— Я бы сказал, общая беда, — поправил Идар.

— Понятно, надеюсь мы не наткнёмся на этих тварей, — выразил я предположение.

— Отсюда далеко до Леса- сказал Варун — сюда твари не дойдут, они прожорливы, а тут есть нечего.

— А чем Проклятый лес отличается от Дикого леса — поинтересовался я.

— Почти ничем, — сказал Идар — если только количеством тварей, да местоположением. Проклятый лес расположен в основном на землях Эльфов, так что Империи до него мало дела. Есть небольшая граница с Проклятым лесом и у Империи. Но оттуда редко что выходит, по крайней мере, я не слышал о таком, а вот из Дикого леса твари толпой прут.

— Вот скажите мне, если у вас клан воинов, почему вы не служите какому-нибудь правителю. Не все ведь правители плохи. Есть довольно здравые и рациональные графы или бароны. И земли у вас бы были и дом и всё как у людей. Неужели сказка про некого Истинного дороже, чем сиюминутная жизнь? Только без нервов. Просто понять хочу.

Наступила пауза.

— Есть такие разговоры, — наконец проговорил Идар, — Ты пойми, когда тебе с детства рассказывают про подвиги Пластунов с Истинным, когда каждый день, при какой-то неприятности, говорят — 'Ты пластун, слуга Истинного и не имеешь права быть слабым!'. Невольно начинаешь думать об Истинном как о живом человеке. То, что мы тебя нашли, огромная удача! Последний раз встреча Пластунов с Истинным закончилась смертью Пластунов. Только по рассказам очевидцев смогли установить, как прошел бой. С тех пор ни у кого нет сомнений, что Истинный не сказка. И ты тому живое подтверждение.

— Вот даже как, — задумчиво проговорил я, — значит уже один раз этого самого Истинного находили?