Рассказы из правого ботинка - Александр Рудазов

Филиппо бежал по крыше. Он наслаждался этим моментом – сейчас, летя над ночной Венецией, видя отблески лунного света в великолепных каналах, он чувствует себя самим Меркурием, спустившимся на грешную землю. Легко перепрыгивал с парапета на парапет, продвигаясь так же быстро, как если бы бежал по гладкой дороге.

Венеция Серениссима, Светлейшая Венеция, прекраснейший город в Европе, очень хороша в этом смысле – корпуса домов, соединенные высокими арками, со стороны кажутся одним целым. Планировка у всех одинаковая, одни и те же блоки повторяются многократно.

Идеальный город для наемного убийцы.

Филиппо Кальери – лучший в своем деле. Никто другой не может так легко и незаметно проникнуть в дом богатого купца, плотно напичканный стражей, тихо полоснуть по горлу сандедеей[11]и так же тихо ускользнуть. Тридцать четыре заказа! Тридцать четыре – и все выполнены блестяще! Других таких искусников в Венеции нет.

А потому нет ничего удивительного, что и этот заказ достался именно ему.

Еще один прыжок, и вот Филиппо уже стоит на крыше одного из крупнейших ка[12]Большого канала. Внимательный взгляд окинул открывшуюся панораму, задержавшись на Палаццо – великолепном Дворце Дожей. Наемный убийца чуть прищурился, оценивая расстояние, и вновь продолжил свой ночной бег. Последний рывок, и худощавая фигура, затянутая в черный бархат, влетела в распахнутое настежь окно.

Филиппо не издал ни единого звука. Он точно знал это. И тем не менее человек, стоящий спиной к окну, в тот же миг сказал:

– Ты опоздал.

Голос прозвучал сухо и неприветливо.

– Да, мой дож, – склонился в льстивом поклоне убийца. Этот человек – его постоянный заказчик, а заказчикам следует угождать. – Ваш гонец не сразу отыскал меня…

– Меня не интересуют оправдания, – равнодушно ответил дож, поворачиваясь к ночному посетителю.

Лицо могущественного дожа скрывает театральная маска – добродушный увалень Панталоне. Он не собирается показывать убийце свое лицо.

Впрочем, на Филиппо также маска – Арлекин. Ему хочется оказаться узнанным не более, чем дожу.

Впрочем, этот театр насквозь нелеп, и оба его участника это понимают. Разумеется, Филиппо отлично знает, кто его заказчик. Найдите в Венеции человека, не знающего имени… но тс-с, об этом опасно даже думать! И точно так же шпионы великого дожа давным-давно выяснили все о Филиппо Кальери – только дурак станет доверять столь щекотливые дела незнакомцу.

Тем не менее оба собеседника притворяются, что не подозревают о истинном имени другого. Простая вежливость – пока что они друг в друге нуждаются…

– Предыдущая работа была выполнена… неплохо, – отвесил скупой комплимент дож. – Я доволен.

– Надеюсь, вас не разочарует и следующая, – улыбнулся под маской убийца. – Ведь именно за этим вы призвали меня посреди ночи?

– Твоя сообразительность заслуживает похвалы, – еле заметно кивнул вельможа, протягивая Филиппо два предмета – запечатанный конверт и тяжелый кожаный мешочек.

Убийца взвесил кошелек в руке и брови невольно поползли вверх – гонорар весит почти втрое против обычного. Он развязал тесемки – нет, никакого серебра или «ущербных» монет, только полновесные золотые дукаты.

– Работа будет сложной, – сказал он скорее утвердительно, чем вопросительно.

– Очень, – подтвердил дож. – Я пойму, если ты откажешься.

Филиппо только усмехнулся. Откажешься… Если он откажется от заказа его светлости, уже на следующий день за ним самим придут бывшие коллеги по цеху…

Он и без того уже давно подумывал исчезнуть из «города каналов» – слишком много тайн владык не являются тайнами для него…

А человек, знающий столь многое, опасен.

Но пока что время у него еще есть. И этот заказ он обязательно исполнит – честь мастера требует окончить дело, за которое уже получен гонорар. Он скорчил рожу, по-детски радуясь, что дож не видит его лица под маской, и спрятал кошель за пазуху. В голову невольно закралась мысль – а не корчит ли светлейший сейчас такие же рожи под своей маской? Глупость, конечно, но кто может сказать наверняка?

– Ступай, – сухо приказал дож, вновь отворачиваясь от посетителя.