Третья Раса - Андрей Ливадный

Кейн несколько секунд помолчал, а потом добавил:

— Так я получил свое тело, сан, а вместе с ним и благословение на поиски Николая Лоури и Эллис Хойланд.

* * *

Эту страшную, изламывающую души двусмысленность внезапно сумел разрушить Хоук.

Оказывается, нужен был лишь маленький внешний толчок, чтобы стена непонимания и взаимного недоверия рухнула, лопнула, разлетевшись хрустальными осколками льда…

— Все, хватит!.. — Алан поднял обе руки, в одной из которых по-прежнему оставался зажат импульсный пистолет. — Думаю, нам надо вернуться в рубку. Патрик, если это необходимо, я готов принести свои извинения относительно вот этого. — Он демонстративно сунул пистолет себе за пояс.

Николай вдруг понял, что никогда не простит себе, если сейчас…

Он просто взглянул на Кейна и тихо сказал:

— Я рад, что ты не погиб, Патрик.

* * *

В ходовой рубке «Святого Петра» Вселенная сужалась до багряной стереоскопической панорамы окрестного космоса.

Не было Рукава Пустоты с его удручающей чернотой и бездонными провалами мрака, не было ослепительного сгустка шарового скопления звезд… Остался лишь мертвенно-красный свет агонизирующего солнца да три изуродованных корабля, дрейфующих в страшной, ирреальной сцепке из нечеловеческих конструкций.

Капитан Хоук, посмотрев на экраны, внезапно подумал: «А может быть, Кейн оказался умнее нас? Он взвесил все „за“ и „против“ намного раньше, он все уже пережил и приказ открыть огонь по этой дряни был наиболее адекватным решением?»

По лицу Патрика было трудно судить о его сегодняшних чувствах. Блики от призрачного света, что лился из глубины обзорных экранов, ложились на его лицо узором камуфляжных линий, скрадывая бледность и сглаживая морщины.

— Современные технологии позволяют реанимировать замерзшего человека, — не очень уверенно произнесла Яна, садясь в свое кресло.

— Я знаю, — скупо ответил Кейн. — Реанимационные камеры «Святого Петра» именно такие…

Он долго пристально смотрел в багряный сумрак космоса.

— Я ошибался относительно них… — наконец произнес он. Первым на это утверждение отреагировал Хоук:

— Патрик, разве не ты программировал бортовой компьютер «Святого Петра»?

— Я.

— Тогда в чем дело? Николай вставит на место программный блоки…

— Замочим их? — Кейн удивительно умел выбирать те выражения, которые наиболее присущи собеседнику.

— Да, — не колеблясь, ответил Хоук. — Конечно, предварительно мы попытаемся вытащить оттуда Эллис… — тут же оговорился он, — но что касается кристаллов… В данном случае я готов нарушить тот пресловутый закон о правах разумных существ. Мне кажется, они являются какой-то паразитической формой жизни, а от понятия «разум», по-моему, стоят очень далеко… Не тянут они на третью расу…

— А тебе не удивителен сам факт их существования? Откуда бы им взяться в космосе?

Хоук на мгновение задумался, затем упрямо тряхнул головой.

— После того как я видел живого энтрифага в системе Элио, мне уже ничего не удивительно, — буркнул он. — К тому же я не забыл то кладбище, где остался «Спейсстоун», — мрачно добавил капитан. — Кто бы ни закатал там эту третью расу в металлический блин — он был прав.

— Они не третья раса, капитан, — мягко оборвал его Кейн.

— То есть… как?

— Третья раса — вот. — Патрик машинально положил свою ладонь на голову ксеноморфа.

Яна, которая при этих словах вздрогнула и повернулась вместе с креслом, не могла не отметить, что ей редко доводилось наблюдать подобное растерянное выражение на лице капитана.

— Да брось, Патрик! Эта двухголовая зверушка — третья раса?! — Казалось, что Хоук сейчас фыркнет от недоверия. — Да он даже говорить-то не умеет!

— Он еще маленький, — ответил Кейн в наступившей тишине. — Три года — это не возраст и для нашего ребенка, а у них, насколько я понимаю, несколько иной, более длинный жизненный цикл.

— Я не понимаю тебя, Патрик! — Хоук раздраженно сел в свое кресло. — Слишком много загадок, ты не находишь? Если ты о чем-то догадался, что-то знаешь, то поделись, иначе я начинаю ощущать себя пятым колесом в этой телеге!

— Успокойся, Алан. — Николай посмотрел на Кейна и добавил: — Капитан абсолютно прав. Ты должен раскрыть все карты без утайки, иначе нам будет очень трудно вырабатывать какие-то общие решения.

Кейн кивнул.

— А разве я отказывался, Ник? — спросил он. — Мысль о собственной неправоте пришла ко мне, когда я прыгал по обломкам «Спейсстоуна», — сознался он. — А потом, насколько я помню, у нас не было времени и возможности поговорить. — С этими словами Патрик прошел к своему креслу и уселся в него.

— Поэтому ты так испугался, когда тебе сказали про бортовой компьютер «Петра»?

— Да. Я не был уверен в исходе поиска и потому программировал его исходя из худших комбинаций. Эта программа должна была сработать только в том случае, если бы я уже не мог управлять кораблем.

— Так оно и вышло.

— Да, к сожалению. Если бы «Святой Петр» попытался самостоятельно вытащить оттуда Эллис, а затем уничтожить кристаллы, то катастрофа была бы неизбежна. — Патрик посмотрел сначала на капитана, потом на Николая и Яну. — Сейчас нам ничто не угрожает, — заверил он. — По крайней мере, до той поры, пока «Святой Петр» не начнет разваливаться на куски, а на его борту не появятся трупы, — загадочно произнес он.

— Так кто же они, черт их всех раздери? — Хоук был само нетерпение.

— Это микромашины, — ответил Кейн. — Микроскопические, но чрезвычайно высокоорганизованные автоматы.

— Автоматы, нацеленные на что? — уточнил Хоук.

— На выживание, капитан. На выживание всего сущего… — Кейн, склонив голову, посмотрел на экраны и внезапно добавил: — Впервые я услышал о них на планете Хабор от инсектов, чьи предки, как известно, были современниками нашествия Предтеч…

Планета Хабор. Прошлое…

…Этот осенний день в южном полушарии Хабора выдался на редкость дождливым и ненастным.

Стойбище инсектов, представлявшее собой череду бугорков, накрытых сверху жалким подобием тентов, мокло под нудным, непрекращающимся дождем.

Спускаемый аппарат, прочертивший унылые небеса горячим раскаленным болидом, сел неподалеку от селения, выбив в глинистой почве внушительную воронку, которую тут же заполнила курящаяся паром дождевая вода из ближайших луж.

Спустя некоторое время откинулся люк аппарата, и оттуда выбрался человек в рясе, которого сопровождало странное двухголовое существо, прикованное к его запястью длинной цепочкой.

Старый инсект, хитиновый панцирь которого блестел от влаги, поднял голову, с философским спокойствием разглядывая двух пришлых существ.