Третья Раса - Андрей Ливадный

— Дальше? — Кейн прикрыл глаза, словно это могло помочь ему вызвать в памяти события тех часов…

…Багряная мгла прорвалась исполинским облаком каких-то частиц.

КИМ и раньше наблюдал подобные образования. При включенных умножителях становилось понятно, что эти разбросанные черными пятнами облака состоят из сотен, а может быть, из тысяч кристаллов. Они присутствовали в системе данной звезды повсеместно, но висели в пространстве абсолютно статично, и потому он уделял им внимания не больше, чем обыкновенной космической пыли.

На этот раз все происходило совершенно иначе, и виной тому оказался одинокий космический корабль, который так же, как и отделяемый модуль «Антея», вошел в систему красной звезды со стороны окраины шарового скопления звезд.

Его обшивка была оплавлена от носа до кормы, а выпущенные в одном месте антенны аварийной локационной системы взывали о помощи на всех мыслимых частотах связи.

В этот миг, приняв эфирный сигнал от неизвестного объекта, КИМ испытал еще одно потрясение.

ЭТО БЫЛ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КОРАБЛЬ!..

Если машина может молиться, то он, наверное, в этот миг возблагодарил бога.

Как вовремя… Эллис еще не окончательно замерзла в испорченной криогенной камере!.. Ее можно было реанимировать, спасти…

ТЩЕТА…

Через секунду КИМ понял, что данному кораблю самому нужна помощь.

На траверзе курса уже появилась огромная уродливая освещенная кроваво-красными бликами громада изувеченного «Антея», и в этот самый миг пришли в движение разбросанные по системе рассеянные кристаллические облака.

Что послужило толчком для этого — необычная активность радиоволн, несущих упорядоченные колебания передач, наличие ли множества искусственных объектов или какая-то третья причина, оставалось непонятным, но они, до этого просто висевшие в пространстве, внезапно зашевелились, начали собираться в громадные воронкообразные смерчи и…

Они ринулись к вновь прибывшему человеческому кораблю.

Огромные синевато-черные воронки, бликующие багряными отсветами, неслись в пространстве прямо на обожженную, потерявшую всякое управление космическую яхту «Дансия».

Эфир порвался сухим треском помех, и вместо кодированной передачи на несущей частоте возник человеческий голос:

— Всем, кто меня слышит! Говорит борт «Дансии». Неопознанный корабль, умоляю, ответьте! У меня на борту жена и ребенок, я потерял управление, меня атакуют какие-то чудовищные формы пространственной жизни! Молю, помогите!

КИМ и «Антей» отреагировали по-разному.

Покалеченный фотонный корабль внезапно окутался вспышками сжигающих жалкие остатки топлива корректирующих дюз и начал плавный разворот, двигаясь наперерез собравшимся в воронки облакам кристаллических частиц.

КИМ видел, что две чудом уцелевшие батареи противометеорных орудий начали разворот, нацеливая свои стволы на агрессивные образования.

Еще секунда, и в космос полетели частые, режущие глаз стрелы когерентного света.

Врезавшись в ближайшую к «Антею» воронку, лазерные разряды испарили часть составляющих ее кристаллов, воронка на миг распалась, словно эпицентр попадания окутался роящимся облаком насекомых, и…

Прямо на глазах в космосе вместо одной огромной воронки образовался десяток более мелких смерчей.

Если учитывать состояние энергетических систем «Антея», то у древнего человеческого корабля не было ровно никаких шансов в начинающемся противостоянии.

Он мог сделать только одно — до конца выполнить свой долг перед внезапно появившимися в поле зрения людьми, биться до последнего эрга в накопителях, а затем застыть мертвой, бесформенной, лишенной жизни и смысла грудой металла.

Что он и сделал.

Слабые энергетические разряды все еще кроили багряный сумрак пространства, когда КИМ, находящийся на борту отделяемого модуля, понял, что для него и Эллис все кончено.

«Антей» расходовал последние эрги и должен был умереть в течение ближайших нескольких минут. Помощи от его бортовых киберсистем в реанимации Эллис ждать больше не приходилось.

Люди, так внезапно появившиеся в поле зрения, также не могли ему помочь.

В эфир на несущей частоте вновь ворвался голос:

— Внимание… Всем, кто меня слышит!.. — Голос дрожал, прерывался… — Корпус моего корабля теряет герметичность… Я успел уложить ребенка в криогенную камеру спасательной капсулы. Я молю — спасите его!.. Умоляю…

Дальше последовал нечленораздельный хрип.

КИМ, который вел отделяемый модуль «Антея» на сближение с гибнущим кораблем, видел, как из покалеченного корпуса «Дансии» выметнулось облако кристаллизующейся атмосферы и в этом жутком ореоле в космос выбросило продолговатый цилиндр аварийно-спасательной капсулы…

«Антей» к этому моменту уже окончательно истратил скудный энергетический запас.

Облако кристаллов уже окружало его, втягиваясь внутрь через многочисленные разломы обшивки.

Ингибридорная составляющая КИМа, занимающая сейчас место системы управления модуля, восприняла гибель своей «перезапущенной» половины как состоявшийся факт.

Сканеры модуля поймали капсулу, и через минуту контакт с ее внутренними системами был установлен.

Люк капсулы оставался открыт. Что-то не сработало во время аварийного старта, и теперь внутри крохотного аппарата царил вакуум, в котором плавали два человеческих тела.

Криогенная камера с заключенным внутри ребенком работала. Ей не могли повредить ни вакуум, ни космический холод. Она обладала своей системой защиты и могла благополучно функционировать даже в более экстремальных условиях.

Беглый осмотр возможностей данного аппарата и знакомство с его бортовым компьютером мгновенно показали КИМу, что ребенка, несмотря на высокую надежность систем крионического сна, все же ждет неизбежная смерть. Состоится она сейчас или же через несколько сот лет, принципиального значения не имело.

Проблема заключалась в том, что «Дансия», по-видимому, была спроектирована как маленький внутрисистемный прогулочный корабль и его средства спасения, соответственно, не рассчитывались на длительные космические перелеты.

Эта капсула в лучшем случае была способна болтаться тут до второго или третьего пришествия, не более. Ее компьютер оказался способен всего лишь поддерживать функции криогенных камер и подавать сигналы бедствия, но не более того.

Сканирование показало наличие на борту реактора и какого-то незнакомого КИМу пространственного привода, но обнаруженный им блок навигации не был приспособлен для полетов между звездами.

Ситуация складывалась патовая.

Эллис к этому моменту уже практически превратилась в кусок льда.

А ребенок был жив.

Воронкообразные вихри приближались со всех сторон.