Шпионские страсти - Ольга Куно

Несколько дней спустя лорд Орландо Ибарра выехал из своего замка по делам. Не успела осесть на дороге пыль, поднятая копытами его коня, как скромный гонец постучал в ворота и передал письмо для леди Катрин Борфор.

Катрин прочитала послание в своих покоях, после чего почти сразу стала собираться в дорогу. Много времени сборы не заняли. Смена обуви, наброшенный на плечи плащ да несколько мелких вещей, брошенных в небольшую дамскую сумочку. Через четверть часа девушка уже подходила к воротам. А поскольку в замке она пребывала на положении гостьи, а не узницы, стражники выпустили её без пререканий. Лишь почтительно склонили головы ей вслед, после чего вновь задвинули створки. Они получили распоряжение никого не впускать на территорию замка, однако никакого приказа относительно людей, движущихся в противоположном направлении, у охраны не было.

Вскоре леди Катрин уже тряслась в карете, поджидавшей её неподалёку от замка. По дороге девушка, хмуря брови и закусывая губу, в очередной раз перечитывала полученное недавно письмо. Там было сказано коротко и ясно, что её мать похищена и если леди Борфор желает снова увидеть её живой и невредимой, ей надлежит незамедлительно покинуть резиденцию лорда Ибарры.

Разумеется, девушка отлично понимала, кому и для чего понадобилось применять столь грязные методы. Тем не менее она рассудила, что сейчас, когда на кон поставлена жизнь её матери, нежеланное замужество — меньшее из зол. И потому поступила так, как поступила, оставив лорду Ибарре на память о своём пребывании лишь короткую записку.

А в тот же самый день король Клавдий Эркландский отправился в Лазарет Пяти Источников, чтобы пройти там традиционные процедуры, как делал каждый месяц. По такому поводу охрана на входе в лазарет была усилена. Кроме того, проверенный офицер королевской гвардии расположился непосредственно у двери зала, в котором проводилось «исцеление». Однако кое-кто из лекарей и даже пациентов имел возможность, стоя на втором этаже, наблюдать через плотное стекло за тем, как его величество с помощью двух врачевателей укладывается в тот самый знаменитый «гроб», при помощи которого проводилось омолаживание.

Зафиксировав крышку «гроба», как требовалось для усиления целебного эффекта, лекари покинули помещение, и зрители тоже постепенно разошлись: смотреть внизу было особенно не на что. Никто из них не знал, что в это самое время к расположившимся снаружи гвардейцам приблизилась Натали Верро.

— Господа! — Рыжеволосая красавица шутливо отсалютовала военным, чрезвычайно порадовав их своим вниманием, и направилась непосредственно к знакомому ей офицеру охраны. — Лорд Кьеро! Вы позволите мне пройти? Его величество просил подождать его в лазарете. Разумеется, я его не побеспокою, — продолжала беспечно щебетать она. — Хочу расспросить пока здешних целительниц о… ну, о некоторых дамских вопросах.

Леди Верро опустила глаза, обворожительно покраснев.

Выражение сурового лица виконта Кьеро заметно смягчилось, и он склонил голову, одновременно подавая своим подчинённым знак пропустить девушку.

— Конечно, миледи, — сказал он и, заложив руки за спину, молча наблюдал за тем, как та входила в лазарет. После чего жестом велел солдатам снова перегородить дверь.

Меж тем Натали Верро и не думала отправляться к целительницам. Удостоверившись в том, что за ней никто не следит, эта дама проследовала прямиком к дверям того зала, где в данный момент в мнимой безопасности находился король.

Офицер, нёсший здесь караул, тоже был знаком с общительной женщиной. Он улыбнулся леди Верро, однако навстречу не шагнул, чётко следуя инструкции и ни на миг не покидая свой ответственный пост.