Трезубер. Убийца нечисти - Василий Москаленко

Тот захохотал еще сильнее:

– Ты что это, допрос решил устроить? С пытками? Типа хомячок меня щекочет, и я так испугаюсь, что сразу тебе все расскажу?..

Его голос сорвался на крик. Чарокрыса поняла, что единственный способ вырваться из горячей западни – прогрызть путь наружу сквозь мягкую плоть, и вонзила зубы в живот блондину. Крысенок был маленький, но его челюсти могли легко соперничать с бритвой. Они, да еще когти на шести лапах, легко кромсали человеческое мясо. Из-под шлема потекла темная кровь.

– Убери это! – истошно заорал Даниил. – Убери!!!

Сергей не шелохнулся.

– Кто приказал тебе убить Настю? – повторил он вопрос.

Даниил не ответил. Он сцепил зубы, впился ногтями в ладони и задергался всем телом, пытаясь сбросить с живота шлем с чарокрысой. Каска начала было сползать, но Сергей прижал ее прикладом автомата.

– Кто приказал тебе убить Настю?!

– Пошел ты… А-а-а-а!

Чарокрыса прогрызла кожу, слой жировой ткани и теперь яростно вгрызалась в мышцы пресса. Кровь, поначалу текшая небольшой струйкой, теперь хлестала ручьем. Даниил орал, обезумев. Его тело била судорога. Кевларовые шнурки берцев, натянутые до предела, врезались в кожу на лодыжках и запястьях, до кости. Лицо перекосилось от боли, глаза вылезли из орбит.

Сергей равнодушно смотрел на мучения своего врага. Странно, но он не испытывал абсолютно никаких чувств: ни удовлетворения, ни триумфа, ни ярости, ни жалости. Может, правду говорят, что месть опустошает…

Нет, его опустошила не месть. Его опустошила смерть Насти. Он стал палачом, без сожалений, без упрека. И он делал то, что должен был сделать, – карал. Существо, которое лежало перед ним, не было человеком – это был моральный урод, убийца, изверг, зверь в людском обличье. И он заслужил всю боль до последней капли.

Сергей смотрел, как Даниил захлебывается от крика, как на его губах лопаются кровавые пузыри. Смотрел на его бессильные попытки освободиться, на его глухое отчаяние… и эти мучения казались ему смешными. Сергею хотелось схватить блондина за волосы и заорать ему в лицо: «Ты думаешь, тебе больно, сволочь? Ты не знаешь, что такое боль! Ты не хоронил свою любимую девушку в холодной могиле, не заказывал ей гроб, не видел, как ее тело опускается в землю… Вот это – страшно, это – настоящая боль…»

– Убери ее! Убери… Я все расскажу!

Именно этого Сергей и ждал. Убийца его девушки умрет, но сначала он должен рассказать, почему погибла Настя. Должен назвать имена всех сволочей, которые в этом замешаны.

Сергей погасил зажигалку. Обмотав руки камуфляжем, неторопливо снял раскаленную каску с живота Даниила. Открылась жуткая рана. По краям окровавленной бахромой свисало разорванное мясо, а внутри, в сизых кишках, ковырялась крыса. Сергей схватил грызуна за хвост, опустил на землю и тут же накрыл каской.

– Я слушаю.

Некоторое время Даниил просто лежал, тяжело дыша. Не дыша – хрипя. Лицо его было белым как мел. И темная кровь на губах.

Наконец блондин нашел силы, чтобы посмотреть на Сергея.

– Я не убивал твою девушку… – едва слышно прошептал он.

– Да что ты! Наверно, я зря убрал крысу.

Сергей наклонился, чтоб поднять шлем. Блондин дико завопил:

– Не надо!!! Пожалуйста! Я говорю правду!.. Я не убивал ее! Не убивал!!

У Сергея не было способностей ни доктора Лайтмана[1], ни Патрика Джейна[2], однако сейчас не нужно было быть гением-менталистом, чтобы понять: Даниил не лжет.

– На месте преступления был обнаружен твой жетон «Гильдии», – напомнил Сергей. – Как ты объяснишь это?

– Слушай, ты представляешь, каким нужно быть придурком, чтобы брать на место преступления документы, по которым тебя могут опознать? И тем более – ты представляешь, каким нужно быть рахитом, чтоб потерять на месте убийства свой жетон? Такими тупыми преступники бывают только в российских сериалах про ментов… – Даниил закашлялся, сплюнул кровь. – Я не убивал Настю, – повторил он. – Жетон… Его подбросили. Выкрали и подбросили. Это была часть плана.

– Какого плана?

Блондин не ответил. Глаза закрылись, его трясло; казалось, он вот-вот провалится в обморок. Сергей достал из кармана мини-аптечку, вынул из нее пузырек с пурпурной жидкостью и три раза капнул на губы Даниила. Экстракт собранной в полнолуние полыни, смешанный со слезами черниговского дракона, обладал ударным стимулирующим действием на центры. Блондин открыл глаза.

– Ты говорил о плане, – напомнил Сергей. – Что это?

– У них был план… Насчет Насти… Я ничего не знал! Они меня использовали… Просто использовали, понимаешь?

Сергей тряхнул Даниила за плечи.

– Говори внятней! Кто – они?

– Зоран… и еще… Еще один…

– Еще один человек?

– Нет. Не человек. Нечто. Существо, могущественное настолько, что ты себе представить не можешь… Именно оно заставило меня…

– Заставило – что?

– Мне нужны были деньги. И тут Зоран сказал, что у него есть заказчик… Черный маг, помешанный на древнем колдовстве… Только потом я понял, что Зоран мне соврал. То был не маг! Маг не может обладать такой силой…

– Дальше!

– Зоран сказал, что его заказчику нужен чародей, который сможет провести обряды древней магии. С человеческими жертвоприношениями. Сумма, которую он предлагал, была просто астрономической… Я согласился.

Сергея пронзила догадка.

– Эти обряды – убийства на Лысой Горе?!

– Да… Но это были не просто убийства, а сложнейшие ритуалы. Магия крови… Древняя магия, которую тысячу лет уже никто не использует… Моей задачей было разбудить темные силы, сокрытые под Лысой Горой. Я поил кровью духов горы, вызывал десятки, сотни призраков, чтоб использовать их энергетику…

Макс вспомнил, как он, пытаясь отыскать Настю, видел призраков прошлого. Государственные преступники, которых вешали на Лысой Горе в начале двадцатого века, «враги народа», которых энкаведисты расстреливали в сороковых… Так вот что их пробудило – жертвоприношения Даниила.

– Жертвы были случайные?

– Пару случайных… Но потом я понял, что у магии крови свои законы. Нужно было искать тех, кто родился в високосный год в полнолуние, с четвертой отрицательной группой крови. Только они были идеальными жертвами…

– Идеальными жертвами – для кого?

– Для Мастера Смерти.