Непоседа - Сергей Лукьяненко

Глаза у гномов остекленели. Трикс с ужасом вспомнил, что все исследователи сходились в одном — при общении с гномами нельзя употреблять никаких уменьшительных слов. А уж тем более таких слов, которые относятся к самим гномам, вроде «гномики», «ручки», «бороденки»…

— Вы правда здесь живете? — продолжал тараторить Халанбери. — Вы ведь нам поможете, ага? Мы тут заблудились! А вы ведь все-все-все тут знаете! Ой, какие у вас красивые доспехи… а этим кайлом можно любой камень разрубить?

Внезапно лица гномов помягчели. Конечно, по отношению к лицам гномов это слово можно употреблять с некоторой натяжкой — все равно что сказать, что известняк мягче гранита. Он-то, конечно, мягче, но все равно не перина.

— Можно, маленький человечек, — неожиданно приятным и мягким голосом сказал стоящий впереди гном. Он был ростом как раз с Халанбери. — Это универсальный горнопроходчески-боевой инструмент, выполненный из легированной молибденовой стали, с полой трубчатой рукоятью, усиленной изнутри ребрами жесткости. Люди обычно называют его киркой… но мы предпочитаем старое доброе слово «кайло».

— Ага! Мне тоже больше нравится слово «кайло», — кивнул Халанбери. — Оно такое… твердое. Уважительное.

Гномы, сидевшие на загривке у своих товарищей, опустили кирки (простите — кайла) и слезли вниз. А Халанбери продолжал:

— Скажите, а почему у вас у всех двузубые кайла? Ведь камень раскалывать удобнее ударником.

Трикс пихнул Тиану и спросил:

— Слушай, его отец вроде как был неудачником-менестрелем, а потом садовником, верно? Никак не горным мастером?

— Его отец — мой отец, — фыркнула Тиана.

— Ну… я про приемного. Откуда Халанбери столько знает про инструменты?

Тиана развела руками:

— Сама не знаю!

Гномы выдвинулись вперед и собрались вокруг Халанбери. Маленький гном кивнул и сказал:

— Удобнее, ты прав, человечек. Но опытный гном дробит куски породы одним легким ударом в нужную точку. Так меньше риск раздробить скрытые в камне драгоценности.

— Хотя в боевом клевце ударник полезен, — высказался другой гном. — Если противник очень хорошо бронирован, то проще вначале оглушить его ударом или переломать все кости, а потом уже долбить острием в одну точку.

— Я не разделяю твоей точки зрения, Хру, — ответил самый маленький гном. — Хороший воин пробьет любые доспехи.

Видимо, маленький гном был предводителем отряда, потому что спорить с его мнением никто не стал.

— Ага, — сказал Халанбери. — Уж если дробить — так лучше молотом. Посмотрите, какой у меня есть молоточек!

Он снял с пояса игрушечный боевой молот, прошлым летом подаренный ему варваром Хортом, и с некоторым смущением продемонстрировал гномам:

— Маленький, конечно, ага… Но им я отправил одного витаманта на дно морское!

— Можно посмотреть? — спросил предводитель. Бережно взял молоточек, осмотрел и кивнул: — Неплохая работа… для людей. Но тебе скоро понадобится молот побольше, маленький воин. Как тебя звать?

— Халанбери. Друзья иногда зовут меня Ага.

— Меня зовут Груя, — ответил гном.

— Так ты девочка? — обрадовался Халанбери.

Гномиха хмыкнула.

— Спасибо, маленький воин. На самом деле я уже совершеннолетняя, но спасибо за комплимент. Зови меня Гру, а я буду звать тебя Ага.

Они с Халанбери пожали друг другу руки, причем гномиха даже сняла кованую перчатку. Потом небрежно спросила:

— Эти двое гнались за тобой? Тебе помочь с ними справиться?

— Что ты, Гру! — возмутился Халанбери. — Это моя сестра — Тиана. Единственная и любимая. Только у нас разные мамы. А это Трикс, великий волшебник и… — Халанбери вдруг смутился, — мой самый лучший друг. Ага!

— Великий волшебник? — Груя с живым интересом посмотрела на Трикса. — Это интересно… это очень интересно.

Гномы принялись о чем-то возбужденно перешептываться. Трикс решил, что настала и его очередь вступить в разговор:

— Уважаемая Груя! Уважаемые гномы!

Бороды развернулись в его сторону.

— Простите, что мы вторглись в ваши владения…

— Так вы вторглись? — нахмурилась Груя и подошла ближе. Триксу она была ростом по плечо. — Ага сказал, что вы заблудились…

— Ну да, мы заблудились… — растерялся Трикс. — Но мы же как бы вторглись… это такая фигура речи. В общем, я извиняюсь, что мы появились здесь без разрешения.

— Как бы вы его спросили, не появившись здесь? — резонно ответила Груя. — Мы уже давно не ведем никаких дел с поверхностью, древний город разрушен и занесен песком, удивительно, что вход все еще сохранился.

— Ну… тогда мы спрашиваем разрешения посетить вас и надеемся на ваше гостеприимство… — сказал Трикс смущенно.

Гномы посовещались. Потом Груя вновь заговорила с Триксом:

— Мы — народ культурный и невоинственный. Незваным гостям мы не слишком-то рады, но и прогонять не станем. Добро пожаловать в единственное в мире царство пустынных гномов!

Они обменялись рукопожатиями. Потом гномы вежливо поздоровались с Тианой, которую Трикс как воспитанный юноша представил им. Похоже было, что Тиана вызвала у гномов живейший интерес (а может быть, интерес вызвало расшитое белое платье), но с ней гномы вели себя сдержаннее.

— Мы собирались на рыбалку, — сказала Груя. — Но раз такое дело — двинемся обратно в город.

— На рыбалку? Это в том озере? — из вежливости уточнил Трикс. — А где ваши удочки?

— Удочки? — засмеялась Груя. — Нет ничего лучше кайла, чтобы…

Она осеклась. Протянула руку и потрогала влажную рубашку Трикса.

— Что-то не так? — спросил Трикс.

— Вы погружались в озеро?

— Ну… вообще-то мы в него упали.

— Видимо, шум и свет распугали рыбу, — сказала задумчиво Груя. — Вам повезло.

Трикс посмотрел на острое лезвие кайла, которым гномиха собиралась добывать в озере рыбу, сглотнул и решил ничего не уточнять.

Путь к городу гномов был неблизок, но туннели, пробитые в скалах, оказались широки, чисты и хорошо освещены. По пути Груя охотно рассказывала про свой народ:

— Мы — единственные гномы, которые приспособились жить в пустыне. Основная проблема — песок, даже если докопаться до скального основания, то входы остаются под угрозой обрушения. Можно укреплять их досками, выкладывать камнями, но мы, гномы, не любим полумер. Пришлось договориться с драконами. Молодой дракон способен поместиться в туннеле, а выдыхаемое им пламя спекает песок в камень. Конечно, драконы славятся своей жадностью…

Триксу смутно вспомнилось, что как раз драконы любят жаловаться на жадность гномов.