Ларец, полный тьмы - Евгений Гаглоев

Ранним утром следующего дня заспанные обитатели академии «Пандемониум» собрались на завтрак в столовой. Буфетчица Агриппина Львовна в своем неизменном фартуке и высоком белом колпаке стояла за стойкой, раскладывая по тарелкам кашу и творожную запеканку. Очередь из мальчишек и девчонок вяло двигалась вдоль раздачи.

Казалось, сегодня в академии никто толком не выспался. Ночи становились все прохладнее, и вылезать утром из-под теплого одеяла было все сложнее. Но учебу никто не отменял, так что приходилось терпеть. Работники столовой, которых сегодня казалось больше, чем обычно, проворно сновали по столовой, собирая грязную посуду.

Димка Трофимов зевнул так широко, что едва не вывихнул челюсть.

– Как же хочется спать! – простонал он.

– Всем хочется. Но мы же держимся, – недовольно буркнула Василика Демидова, сидевшая за соседним столиком.

За последние недели эта девушка из рода волкодлаков, казалось, стала еще крупнее и волосатее. Спорить с ней опасались даже самые крепкие парни.

Карина с улыбкой взъерошила Димкины лохмы. Рядом с ней Женя и Луиза клевали носом над творожной запеканкой. Сонные Алиса и Стас уже минут десять размешивали сахар в кружках с чаем. Лера Козлова и Слава Ерофеев сидели в обнимку рядом с Василикой, шептали друг другу на ухо разные милые глупости и тихонько хихикали.

Тимофей с утра успел не только совершить пробежку по стадиону, но и принять бодрящий душ, поэтому отлично себя чувствовал. Димка не преминул сообщить, что ненавидит его за это. Милана Поветруля и Антон Седачев тоже выглядели вполне бодро и целовались, не обращая внимания на окружающих. Сергей Бельцев, сидевший с ними за одним столом, широко зевал, угрюмо поглядывая на парочку.

Мимо прошел Степа Лешеев с полным подносом в руках. Он хотел было присесть на свободное место рядом с Бельцевым, но тот так злобно на него покосился, что Степан поспешно прошел мимо. Стас помахал ему рукой и показал на пустой стул рядом с собой. Лешеев с благодарностью кивнул и расположился за их столом.

– А ты в курсе, что на тренировках у Канто мы с тобой теперь в одной паре? – повернулась к Димке Василика Демидова. – Отныне мы с тобой противники. Ох и намну же я тебе бока!

– Что?! – выпучил глаза Трофимов, мгновенно прекратив зевать. – Канто окончательно рехнулся? Да ты меня в два счета пришибешь!

– Сэнсэю виднее! – Василика так расхохоталась, что стол затрясся, и Поветруля с Седачевым едва не свалились на пол. – Канто сказал, что мне нужно тренироваться с более ловким и увертливым соперником. А тебе не помешает провести спарринг с кем-то, кто гораздо сильнее тебя. Чтобы оценить свои возможности.

– Меня только что оскорбили и унизили, как могли, – пожаловался Димка Карине. – Увертливым слабаком меня еще не называли!

– Я просто передала тебе слова Канто, – ухмыльнулась Василика. Затем пихнула Седачева так, что тот и правда слетел со стула. – Хватит уже лизаться! Я тут ем вообще-то, а вы мне аппетит портите!

– А тебе не помешает пожить немного без аппетита, – недовольно фыркнула Милана. – На твоем месте я бы ела поменьше!

– На твоем месте я бы заткнулась, – грозно покосилась на нее Демидова. – Иначе ухвачу за шею и запущу в окно!

Милана задохнулась от возмущения, но благоразумно промолчала и помогла Антону подняться с пола. Тимофей глянул на указанное окно – оно было распахнуто настежь.

– А почему окно открыто? – удивился он. – На улице холодрыга.

– Проветривают, наверное, – сказал Стас.

– Но все другие окна закрыты. Открыто лишь то, что напротив нас.

– Что, замерз, Зверев? – поинтересовался Сергей Бельцев. – Нашему золотому мальчику стало холодно? Пусть позвонит мамочке и попросит забрать его из плохой академии!

– Не прошло и месяца, как вы стали такими же сволочами, как прежде, – презрительно кинула троице Женя Степанова. – Верно говорят, горбатого могила исправит.

– Просто не хотим быть неудачниками, – подал голос Седачев. – Трофимов в курсе, что я имею в виду.

– С чего это я неудачник? – насупился Димка.

– Да вы тут все такие! – ядовито хохотнула Милана. – И откуда только собрали весь этот сброд?

Гляньте хотя бы на Степанову! Весь ее гардероб стоит дешевле, чем мой завтрак. Немудрено, что у нее парня нет.

– Тебе не надоело издеваться над людьми? – нахмурилась Алиса.

– А разве это может надоесть? – подбоченилась Милана. – Особенно когда вокруг столько подходящих объектов для насмешек. Кто тут у нас? Детишки пьяниц, бродяг и неудачников. Низшее звено в иерархии Первородных!

Почти все присутствующие вскинули головы и уставились на нее. Милана часто перегибала палку, причем и сама этого не замечала. И даже то, что ее едва не прикончили Вещие Сестры, Поветрулю ничему не научило.

– А давайте вы все отвернетесь и закроете уши, – предложила Василика. – А я тихонько ее придушу, никто и не услышит!

– Убери руки, волосатая обезьяна, – и глазом не моргнула Милана. – Твои предки в диких лесах испокон веков служили моим сородичам! И вообще, я куда родовитее всех вас, вместе взятых, так что знайте свое место. Записи о моей фамилии можно найти в архивах тринадцатого века!

– А записи о моей фамилии можно найти в архивах семнадцатого полицейского участка, – ухмыльнулся Тимофей Зверев. – Но как-то я этим не сильно горжусь.

Димка громко прыснул.

– Да что вы ее слушаете?! – возмутилась Луиза. – У Поветрули снова мозги на каникулах, с ней такое часто случается! Она любит оскорблять людей, да только не думает, что…

– Что больше я не собираюсь это терпеть! – вскочила из-за стола Женя. – Еще одно слово, и я заставлю тебя съесть всю запеканку в этой столовой!

– Да неужели? – скривилась Милана.

– Интересно было бы на это посмотреть, – улыбнулся Степан.

Милана тоже вскочила со стула, и ее золотистые волосы взметнулись в воздух. В открытое окно задуло сильнее.

В это время послышался звон посуды. Работники дружно швырнули свои подносы на пол. Затем раздался чей-то испуганный крик.

Тимофей быстро обернулся. Первое, что он заметил, – исчезновение Агриппины Львовны. На раздаче никого не оказалось. Зато люди в фартуках внезапно вскинули руки, скрючили пальцы и принялись обстреливать учащихся грязью ядовито-зеленого цвета.

В спину Миланы ударил мерзкий полужидкий ком. Поветруля с визгом взлетела в воздух, с ног до головы перемазанная этой гадостью, и с громким шлепком приклеилась к потолку. Все остальные в ужасе вскочили на ноги, стулья с грохотом полетели на пол. Два следующих залпа мерзкой слизи снесли Седачева и Бельцева, их пришлепнуло к стене в паре метров над полом, и парни испуганно завопили. Они дергали руками и ногами, пытаясь освободиться, но клейкая гадость держала крепко.