Ларец, полный тьмы - Евгений Гаглоев

– Хорошо. Кто будет играть Анхен? – спросил Олег. – Это немецкая девица, которая крутила роман с юным Петром.

– Можно мне? – снова вскочила Поветруля, отпихнув Антона так, что он едва не рухнул с кресла. – А она потом станет царицей?

– Нет, у него будет жена по имени Евдокия.

– Значит, я хочу сыграть ее! – не сдавалась Милана.

– А ее потом тоже в монастырь сошлют… – ухмыльнулся Олег.

– Да что же такое-то?! – раздраженно воскликнула Поветруля. – Странная жизнь тогда была у женщин на Руси. Чуть что – сразу в монастырь!

– А тебя вообще в Сибирь сослали бы, – сказала ей Женя. – Или на рудники.

Милана возмущенно зыркнула на нее, а в зале все рассмеялись.

– Судя по твоему костюму, ты сама только что с рудника! – заявила она Жене. – Это у тебя сумка в руках или мешок от пылесоса?

– Зато на тебе сегодня отличная блузочка, – смерила ее взглядом Женя. – Так гармонирует с цветом твоих розовых глаз!

– На твоем месте, Степанова, я бы вообще рот не открывала! – злобно бросила Поветруля. – В театр она полезла, смотрите-ка! Сиди и строчи свои заметки, которые потом никто не читает. На большее ты все равно не способна!

– Зря стараешься, я в своей привлекательности уверена! А ты лучше ложись обратно на Седачева, – посоветовала ей Женя. – А то он, кажется, заскучал.

Милана позеленела от злости, а Антон тихонько хохотнул.

– Есть роль крестьянки, которую Меншиков нашел в крепости и познакомил с царем, – заглянул в сценарий Олег. – Милана, хочешь ее сыграть?

– Не стану я играть какую-то крестьянку! Что у вас, получше ролей нет? – вспыхнула Поветруля.

– Я ее сыграю, – подняла руку Женя.

– Отлично, так и запишем, – усмехнулся Дубровский, делая пометки в сценарии. – Кстати, эта крестьянка потом и станет царицей Екатериной Первой.

– Что?! – взревела Милана.

Все так и покатились от хохота. Громче всех смеялся Седачев.

– Все было бы куда проще, если бы вы заранее читали сценарий, – сказал Олег. – Или хотя бы учили историю своей страны.

– Вот это подстава! – возмутилась Милана. – Не ожидала от вас такого коварства!

В конечном счете ее все же взяли на роль немецкой барышни Анхен. Милана сопротивлялась до последнего, но других ролей в мюзикле уже не оставалось, разве только в массовке. Пришлось согласиться, но Милана затаила кровную обиду на Женю.

– Ты у меня еще попляшешь, – процедила она сквозь зубы, обернувшись к Степановой.

– А я тут при чем? – не поняла Женя.

– Увела у меня роль царицы!

– Значит, я больше подхожу, – подбоченилась Степанова.

– О, я все поняла. Ты с самого начала так и планировала, поэтому и напросилась на эту роль! Ходи теперь да оглядывайся! Я тебе этого не прощу.

– Напугала! – закатила глаза Женя. – Как бы тебе самой не получить.

В это время Олег начал вызывать всех новоявленных артистов на сцену и раздавать тексты ролей. Перепалка с Миланой прекратилась, но Женя не сомневалась, что продолжение последует. Поветруля была той еще врединой и никогда не забывала обиды.

– Тексты песен можете уже начинать учить, – объявил Дубровский. – Все фонограммы есть на флешке у Маши Коневой, она с вами поделится. На следующей репетиции начнем разучивать хореографию. Я сам буду с вами заниматься.

Половина девушек в зале тут же принялись ахать и вздыхать, бросая на него томные взгляды.

Тимофей тоже получил текст своей роли – несколько листов с диалогами, скрепленных пластиковой пружиной. Поднявшись на сцену, он повернулся лицом к залу, чтобы представить, как все будет выглядеть в день премьеры. И только теперь заметил нового владельца кинотеатра Алексея Корфа. Тот сидел на последнем ряду в строгом черном костюме, почти неразличимый в полумраке, и неотрывно наблюдал за Зверевым. При этом на губах Корфа блуждала странная усмешка.

9
Поверить в сверхъестественное

Придорожное заведение под названием «Лесопилка» располагалось в юго-восточной части Клыково, на самом выезде из города. Этот небольшой бар, больше напоминающий обычный деревянный сарай, относился к тем местам, которые туристы, да и многие местные жители, старались обходить стороной. Зато полицейским приходилось наезжать сюда по нескольку раз в неделю, чтобы пресечь драки и скандалы между подвыпившими посетителями. Здесь любили останавливаться байкеры и дальнобойщики, проезжающие через Клыково, а также собиралась буйная молодежь.

На стоянке перед «Лесопилкой» постоянно пахло прогорклым маслом и какой-то тухлятиной, ветер разносил бумажки и пластиковые стаканчики из мусорных контейнеров, которые давно следовало опорожнить. У самого входа стояло несколько больших черных мотоциклов местных завсегдатаев.

Девушка в простых синих джинсах и клетчатой рубашке с длинными рукавами пересекла стоянку, на миг замерла у байков, завистливо их разглядывая, затем толкнула обшарпанную дверь «Лесопилки» и вошла внутрь.

В помещении клубами висел сизый табачный дым. Из динамика телевизора, закрепленного над стойкой бара, грохотала музыка. Вдоль длинного низкого прилавка сидели на высоких табуретах посетители. У дальней стены сквозь дымную пелену можно было разглядеть круглые столики, окруженные колченогими стульями. За стойкой торчал старик с бесцветными глазами и лицом, напоминающим печеную картофелину, он хмуро протирал стаканы грязной тряпицей. Когда хлопнула дверь, старик вскинул голову и оценивающе глянул на посетительницу.

У окна за столиком сидели двое молодых парней в черных кожаных куртках, неподалеку от них пристроилось несколько пузатых и бородатых водителей, похоже, дальнобойщиков, решивших остановиться здесь на ужин.

Скользнув взглядом по посетителям, девушка остановила свой выбор на двух парнях. Они были чем-то похожи друг на друга, оба крепкие, широкоплечие, с короткими стрижками и бритыми висками. Один из молодчиков был огненно-рыжим, в мочке его правого уха блестела золотая серьга. Второй, жгучий брюнет, поймал взгляд вошедшей и нагло уставился на нее в ответ. Та поспешно отвернулась в сторону и присела на свободный табурет у стойки.

– Тебе чего налить, красавица? – спросил старик за прилавком.

– Почему ваш бар называется «Лесопилка»? – тихо спросила девушка.

– Потому что тут в лесу неподалеку стоит старая лесопилка, – хихикнул старик. – Когда-то тамошние лесорубы ходили сюда обедать.

– И что же они обычно заказывали?

– В основном бутерброды и яичницу.

– Можно и мне глазунью с ветчиной и пару бутербродов? – попросила посетительница. – Я жутко проголодалась. Кружка горячего кофе тоже не помешает.