Синяя Птица - Елена Самойлова

Прикосновение ярко-синей воды ожгло кожу огнем, который, как мне показалось, охватил меня всю: от кончиков ногтей до корней волос. Я не успела даже пискнуть, как ушла с головой в жгучую, как вода горного источника, непонятную субстанцию, которая плескалась в Небесном колодце. В довесок ко всем неприятностям «вода» была похожа на какой-то густой кисель, при этом сопротивление этого «киселя» было почему-то меньше, чем у обычной воды.

Проще говоря – я стремительно опускалась в глубины Колодца, которому, судя по всему, предназначено было стать моей могилой.

Странное дело – Хэл сказала, что синяя вода будет для меня как кислота, но я почему-то все еще была жива. Даже относительно невредима, если не считать того, что кожу продолжало нестерпимо жечь, как если бы меня натерли настойкой жгучего перца, а потом еще и закутали в простыню, пропитанную этой же настойкой. Ладно, если я каким-то образом не погибла в первые секунды пребывания в Колодце, значит, есть шанс выбраться, пока у меня в легких еще остался воздух. Тем более что спуск вниз замедлился, а вскоре и совсем остановился.

А потом откуда-то снизу хлынул ослепительный свет, который обжег глаза даже сквозь мужественно сжатые веки. Одновременно с этим я почувствовала, как мышцы начинают сокращаться в судорогах – сначала слабые, они усиливались с каждой секундой, скручивая меня в один сплошной комок боли.

Очередная судорога заставила меня выгнуться дугой, и я с ужасом поняла, что из легких стремительно улетучиваются остатки воздуха. Густая, похожая на горячий кисель вода хлынула в раскрывшийся рот, моментально заполнив все. На миг мне показалось, что я сама стала этой водой, проникающей сквозь поры кожи, вливающейся в вены, словно заменяя текущую в них кровь на что-то еще. Между лопатками сильно закололо, как будто в спину мне вошли два метательных кинжала, вспарывающие кожу и проникающие в тело… После чего сознание, не выдержав такого издевательства над собой, позорно меня покинуло…

… Скрюченные пальцы судорожно вцепились в камень так крепко, что разжать их не было никакой возможности – проще сразу отрубить. В ушах звенело, а по щекам стекало что-то влажное и липкое. Я с трудом оторвала тяжелую, словно чугунную голову от неровной шероховатости прохладного камня и попыталась сосредоточиться на противном звуке в ушах, который постепенно трансформировался в отрывистые, толком еще неосознаваемые фразы. При попытке открыть глаза голова закружилась так, что я поспешила уронить ее обратно.

Наконец головокружение прошло, а я пришла в себя настолько, чтобы понять, что надо мной с феерической скоростью разворачивается очередной консилиум. Два женских голоса с легкостью перекрывали более спокойный мужской, а обмен мнениями происходил столь быстро, что я при всем желании не могла толком вслушаться в слова. Я разлепила глаза, которые тотчас съехались к переносице, и попыталась сфокусировать взгляд на каменной кладке перед своим лицом. Оказывается, уровень «воды» в Небесном колодце понизился примерно на полтора локтя, обнажив нечто вроде узкой ступеньки, за которую я сейчас и цеплялась. Машинально я отклеила пальцы от выступа и, протянув руку, попыталась ухватиться за бортик, поскольку лежание в непонятной воде, все еще обжигающей кожу, было не очень приятно.

Странное дело – стоило только мне уцепиться пальцами за выступ, как в пещере наступила гробовая тишина. Ну и замечательно, а то от этих воплей у меня уже крыша ехать начала. С этой мыслью я попыталась подтянуться, что получилось довольно-таки легко, словно я всю жизнь только и занималась тем, что вытаскивала свое далеко не бесплотное тело из подобных колодцев.

Наконец выползла из «воды», и тотчас моя кожа и волосы слегка задымились. Взвизгнув, я попыталась было стереть стремительно испаряющуюся синюю «воду», но она уже исчезла, оставив после себя только легкое жжение. Послышался скрежет стали, выхватываемой из ножен, и я моментально повернулась на этот звук, исподлобья глядя на бледную как полотно рыжеволосую девушку, которая выставила перед собой длинный кинжал в трясущихся руках.

И это против меня? Я улыбнулась, оглядывая ее с головы до ног. Странно, как четко я все вижу… Вижу, как пугливо бьется жилка на ее шее, вижу ее страх… Она растеряна и боится меня. Краем глаза я уловила какое-то движение и резко повернулась. Нет, ничего страшного – те двое, что стоят чуть поодаль от рыжеволосой, одного со мной рода – это я ощутила сразу. Значит, их можно не бояться – они не причинят мне ни малейшего вреда. По крайней мере пока…

Мужчина из моего народа медленно шагнул ко мне и протянул руки. Рыжеволосая заговорила, он ей ответил, но теперь я могла разобрать то, о чем они говорят – обо мне.

– Данте, что, черт побери, с ней произошло?! Почему она нас не узнает?

– Наверное, это из-за смены ипостаси. Похоже, у нее в роду были айраниты, но это было давно, вот кровь и не проявляла себя.

– А теперь-то что? Я тебя спрашиваю! – Рыжеволосая сорвалась на пронзительный визг. Нервы-то лечить надо, девушка… Нельзя так.

– Ничего, она придет в себя. Ипостась пробудилась очень поздно, вот у нее слегка крыша и поехала…

– Слегка?! Да она же никого не узнает!

– Это пройдет. – Он подошел ко мне вплотную и, взяв меня за руку, тихо сказал:

– Еваника… Ты меня слышишь?

Еваника? Я тряхнула головой, пытаясь заглушить некий голос внутри меня, и вдруг все вспомнила. Еваника – это мое имя. Перед глазами замелькали картины воспоминаний.

…Нашедший меня в лесу Лексей Вестников… Тепло и умиротворение, которое бывает только в детстве…

…Мой первый эксперимент с боевой магией… Радость открытия и гордость от того, что такое сложное заклинание, как цепная молния, покорно моей воле… Ненадолго, правда, но ведь я еще маленькая и у меня все впереди…

…Поездка в Серебряный Лес… Эльфы, встречающие нас на большой поляне, усыпанной цветами… Я стою за спиной наставника с походной сумкой через плечо, и тут мой взгляд падает на молодого эльфа, стоящего чуть поодаль от основной группы встречающих. Я мимоходом отмечаю красивое лицо, серебряные глаза и светлые волосы, а он залихватски подмигивает мне… Первая любовь, закончившаяся ничем, не оставившая ничего, кроме какой-то возвышенной грусти…

…Стоящий прямо передо мной аватар в вороненых доспехах… За спиной – друзья, которых нельзя выдавать. Страха за себя нет – только за них. И ледяной голос в голове… И гора, свалившаяся с плеч, когда я смотрела на то, как он улетает…

…Прощание с домом, ставшим мне родным, и сожаление, что не сумела проститься со своим приемным отцом и наставником…

…Смеющиеся нечеловеческие глаза наемника-проводника по имени Данте, смотрящего, как я сползаю с его здоровенного, чересчур прыткого жеребца… И его удивление, когда ко мне подбежал Серебряный…Чувство удовлетворения оттого, что сумела не ударить в грязь лицом…

…Расставание с вожаком разумных волков у Вельги-реки, почему-то заставившее меня почувствовать, что я прощаюсь надолго, если не навсегда, еще с одним другом…