Разделяющий нож. Наследие - Лоис МакМастер Буджолд

Они с Дагом обменялись долгим взглядом; Фаун явно собиралась стоять на своем.

«И чему тут удивляться?»

– Что ж, чем скорее начнем, тем скорее кончим. Мы там долго не задержимся. – Даг махнул рукой Сауну, предлагая ему показывать дорогу.

Сначала они ехали мимо заброшенных ферм; растения на полях были привядшими, потом умирающими, потом мертвыми, потом мертвыми и странно посеревшими... Даг хорошо знал все эти признаки и, как и другие дозорные, держал свой Дар плотно закрытым.

– Чего мы ищем? – спросил Грифф, когда из-за облетевших кустов крушины, которые раньше были чьей-то живой изгородью, показались первые дома городка.

– Для начала я хотел бы найти логово, – ответил Даг, – увидеть, откуда Злой начал продвижение, и понять, как он мог остаться незамеченным.

Это оказалось нетрудным делом: дозорные просто следовали за все более заметным осквернением окрестностей. Впечатление было такое, будто они опускаются в темную пропасть, хотя земля здесь, как и всюду в Рейнтри, была ровной. Пожухлая растительность становилась все более серой, и даже дощатые домики с их покосившимися заборами выглядели лишившимися всех оттенков цвета. Сухость и отсутствие всяких запахов напоминали пыльную пещеру. Городок, на взгляд Дага, был раза в два больше Вест-Блу: он состоял из трех или четырех улиц. На берегу реки – она заслуживала этого названия и не была просто сделавшим карьеру ручьем – виднелся крепкий причал; русло реки было достаточно глубоким для небольших парусных судов, не говоря уже о многочисленных плотах и плоскодонках, заплывавших сюда с реки Грейс. На рыночной площади обнаружились трактир и кузница; всего в городке насчитывалось домов сто. Еще недавно здесь жила тысяча человек.. теперь же не было никого.

Логово Злого, похоже, находилась в леске на окраине городка. Лошади встревоженно зафыркали, когда всадники захотели подъехать поближе. В склоне неглубокой лощины, промытой в сланце ручьем, виднелась пещера, похожая на ту, что Даг видел в окрестностях Глассфорджа, только меньше. Теперь она была пустой, и камни образовали осыпь, наполовину перегородившую ручей. Вдоль берега тянулись ямы, в каждой из которых мог бы поместиться человек; в некоторых местах их было так много, что земля напоминала пчелиные соты. Должно быть, это был первый питомник глиняных людей, устроенный Злым.

– Вокруг было так людно, – сказал Клифф. – Трудно поверить, что никто не заметил первых признаков появления Злого.

– Может быть, кто-нибудь и заметил, – отозвалась Фаун, – да никто не обратил внимания его их слова. – «Подростка кто же станет слушать». – Рощица ведь принадлежала всем горожанам. Наверняка мальчишки все время играли тут у ручья.

Даг оперся о луку седла и глубоко втянул воздух, стараясь преодолеть тошноту.

«Да. Любимая пища Злого, самая питательная, с доставкой на дом».

Поэтому-то Злой и рос так быстро. Даг вспомнил красоту твари, озаренной лунным светом. Сколько же было линек? Да сколько угодно...

– И никто не сообразил, что нужно спасаться бегством? – спросила Варлин. – Или Злой просто слишком быстро рос?

– Быстро, конечно, но все-таки не настолько, – высказала свое мнение Мари. – Некоторым просто не повезло, но другие, я думаю, погибли из-за своего невежества.

– Почему... – начала Фаун и умолкла. Даг, подняв брови, повернулся к ней. – Я собиралась спросить, почему они были невежественными, – продолжала Фаун тихо, – но я сама совсем недавно была такой же, так что я, пожалуй, знаю почему.

Даг, которого кошмарные видения, представшие его умственному взору, лишили слов, только покачал головой и развернул Копперхеда. От лощины всадники двинулись по широкой тропе.

Когда они свернули на главную улицу городка поблизости от причала, Саун неожиданно поднял голову.

– Клянусь, я слышу голоса!

Даг позволил себе чуть приоткрыть свой Дар, но тут же плотно его закрыл, морщась от неприятного ощущения; однако искры жизни он все же заметил.

– Вон там.

Дозорные свернули в боковую улочку, вдоль которой тянулись голые деревья и брошенные дома – некоторые новые, обшитые досками, другие бревенчатые, более старые. В кое-каких строениях виднелись разбитые стекла в окнах, хотя большинство обходилось старомодным пергаментом или сеткой от насекомых – теперь тоже рваными. Мостовая скоро превратилась в грунтовую дорогу с глубокими колеями, выводящую на широкое поле, покрытое серо-коричневой полегшей травой и сорняками. На дальнем конце поля под мертвыми деревьями копошилась дюжина человеческих фигур. Рядом виднелись несколько телег, запряженных понурыми лошадьми.

– Не могут же они пытаться засеять это поле, – в растерянности пробормотал Саун.

– Нет, – ответил Даг, приподнявшись на стременах и прищурившись, – сегодня они сеют не зерно.

– Они могилы копают, – тихо проговорила Мари. – Должно быть, некоторые беженцы вернулись и ищут своих, как это было в Боунмарше.

Грифф печально покачал головой.

Даг намотал поводья на крюк, хотя его левая рука все еще еле двигалась, чтобы освободить правую, и жестом приказал дозорным двигаться вперед; впрочем, осторожность заставила его остановиться на некотором расстоянии от выживших жителей Гринспринга.

Горожане выстроились неровным строем, сжимая лопаты и мотыги; это напомнило Дагу о том, как Хорсфорды со страхом приближались к нему, мирно сидевшему на их крыльце. Если у Хорсфордов были причины нервничать, то эти люди имели все основания быть полубезумными, а то и совершенно лишившимися рассудка.

После того как горожане, переглядываясь, обменялись несколькими тихими словами, вперед вышел один человек и осторожно приблизился к всадникам; он остановился в нескольких шагах от них, но все же так, что можно было разговаривать, не повышая голоса. Это хорошо. Сочувствие лучше высказывать без крика. Даг поднял руку в приветствии.

– Здравствуйте.

Человек ответил коротким мрачным кивком. Это был измученный заботами старик; его рваная рабочая одежда нуждалась в стирке. Запах пота, такой человеческий, был почти приятен в мертвом, лишенном запахов воздухе. Лицо человека казалось заживо утратившим всякие оттенки – таким серым от усталости оно стало. Даг невольно снова вспомнил Соррела Блуфилда.

– Вам не следовало бы оставаться на оскверненной земле, – начал Даг.

– Это наша земля, – возразил человек, безразлично взглянув на Дага.

– Она отравлена зловредным привидением и станет отравлять и вас, если вы здесь задержитесь.

– Нечего каким-то пожирателям трупов здесь командовать, – фыркнул горожанин.

Даг постарался сдержаться.

– Вы можете, если хотите, похоронить погибших здесь, хотя я вам этого не советовал бы. Только по крайней мере не разбивайте здесь лагерь для ночлега.