Невеста поневоле - Доминика Арсе

В дверь постучали.

— Ужин для хозяйки! — Раздался голос Маргариты. И сразу желудок мой заурчал. Кушать — то хочется!

— Входи! — Гаркнула маркиза, ухмыльнувшись победно. М — да, у меня ни одного рыцаря в доме, а у нее их тут целое стадо. Вот он и авторитет.

Давилась едой от злости прямо на трельяже. Николь ела на моей пастели и смеялась над тем, как тут все убого. Скривилась маркиза, когда эльфов ко мне допустили. Два пугливых глазастых существа обхватили меня, как сиротки.

Настрой вроде бы и боевой, но трясутся бедные. Рыцарей боятся все «не человечки», особенно таких, как у маркизы. Видимо, она как — то особенно показала свою к ним нелюбовь.

— Я тебя не приглашала, Николь, — заявляю, набравшись смелости и поев сытно. — Поэтому могу тебе предложить крестьянский дом. А твоим рыцарям сарай или казарму. Возражения?

— Я к Шоберту наведаюсь, пока ты пересчитываешь свои запасы, — выдала коза с претензией, подошла ко мне и бросила у ног небольшой кошель. — Тут щедрая плата за еду, воду и ночлег. Я всегда плачу по счетам, Валерия. Дай мне отплатить и по самому большому.

— Что мешает? Езжай и спасай моего Гордона. Это ведь ты его подставила.

— Не красиво говорить об этом при вассалах и слугах, — укорила в ответ. — Я вернусь утром, поговорим взвешенно.

Откланялась, забрав своих наглых рыцарей. Поняла я, почему такое ко мне отношение с их стороны. Я — лахудра: одежда разбойничья, неопрятная, волосы растрепанные и грязные. Решила, что пора вновь становиться леди. Иначе меня ни во что ставить не будут. Эти тупые обезьяны в железе любят глазами и жрут, жрут, давятся, снова жрут…

Долгожданная ванна, жесткая мочалка, масла, крема и благовонья. Сон мгновенный и провальный после тяжелых приключений на грани смерти и обморока. Утром штукатурка из продуктов природы, прическа от Серафимы и ябедничества от ее дочек развратных. И вот она перед зеркалом! Виконтесса Валерия Балейская улыбается и отвечает себе очаровательной улыбкой, свежестью и блеском.

Эльфы нарыли брошек и серьги подобрали хорошие. Платье я выбрала почти парадное, в угоду удобству, но шикарное, коль лорды собираются ко мне официально. Женишки, ваши склеенные сердца будут повторно разбиты.

* * *

На следующее утро Николь не явилась. А у меня сердце заныло. Гордон в пыточной, и он не выживет. Вспомнила подвалы Арлена и встречу с Миланом там.

Позвала Нила, узнать, как дела. Двадцать разбойников осталось на хозяйстве. Остальные пойманы, убиты или на промыслах. Не сумели воздержаться.

— Я им не указ, — все, что смог ответить предводитель.

— Что у вас случилось в сокровищнице герцога, рассказывай без утайки, — надавила, отведя его в сторону.

Позади эльфы идут, ушки вострят. От меня ни на шаг, лапки потирают. Пойдем сейчас артефакты спрятанные раскапывать. Лаэль сказал, что предусмотрительно их спрятал от всех, даже от разбойников. Поэтому конфисковать наглой маркизе ничего не удалось. Артефакты в целости, и это радует. Хватит уже быть уязвимыми, ходит, кто хочет, спят на наших постелях и жрут нашу еду.

— Обставила она нас, эта маркиза, — начал с досадой. — Мы защиту сокровищницы прошли. А она воспользовалась нашей заминкой во время поиска тайника и проникла следом. Видимо этого и ждала, чтобы самой силы не тратить. Мало того опередила, еще и спровоцировала тревогу. Не все наши уйти смогли.

— Так, а что вы к Нестору полезли?

— У него свиток хранился важный, — ответил Нил и уже шепотом тихим — тихим: — За него давали столько, что и представить никто не мог.

— А кто давал?!

— Некий Милан…

Так! Вот же жук хитрый! Ну, я уже ничему не удивляюсь. Если Николь этот свиток перехватила, значит, облапошила императорского шпиона. Второй вывод: они точно не союзники, раз она ему палки в колеса вставила. Выходит, Гордон просто выполнял его заказ. Но давно ли он с ним повязан? Нет, все — таки удивлена! Гордон знаком с Миланом! Значит, не случайно шпион сюда наведывался. А по наводке. Возможно, Милан знает, что я ключ от Друма. И поэтому печется обо мне, и делает вид, что не знает ни о каком подземном древнем городе.

— Что в свитке, ты не знаешь? — Уточняю. Отрицательно мотает головой. Помню, как подсушивала под дверью, когда Нестор строго — настрого запретил своим его открывать. Любопытство распирает. Ответ знает Николь! И она принеслась ко мне, надавив на больное. Я ведь друзей не бросаю!

Так чего же ты от меня хочешь, стерва?

Прошлась с Нилом до самого моста, о хозяйстве тему завела. Проблемы выслушала, доклады о проделанной работе на ус намотала. Все у нас налаживается. Сборы от моста текут вереницей, поля пашутся усердно, дрова рубятся с криком «кия», домашний скот выращивается с любовью.

Нил ретировался. Заметила, нервничает. Намек даже был, что возможно уйдет. Ну и скатертью дорога. Как бы по их милости ко мне палачи Нестора не нагрянули, грамоты что раздала, все ко мне ведут. И что я подделками занимаюсь, вычислят, если уже не вычислили. Поэтому подзываю эльфов своих и говорю со всей ответственностью:

— Замок с собой взяли?

Кто б услышал, подумал бы, что мы обкурились…

— Уверена, Валерия? — Спрашивает Алариэль пискляво.

— Вы мне лучше скажите, кто башню поставил? — Интересуюсь, идем как раз мимо нее.

— Сама поднялась, — пожала плечами эльфийка. — Как ты на бал к герцогу поехала, так она и поднялась за ночь.

Остановилась напротив входа. По бокам эльфы встали. Лаэль с мешком артефактов за спиной. Вот же хомяки.

— Кто — нибудь вовнутрь ходил? — Уточняю.

— Я пытался, — признался Лаэль. — Не пускает.

— То есть как?! — Удивилась, подойдя вплотную к арке, обрамляющей вход, от которого веет чернотой и холодом.

— Иллюзия, — поясняет Лаэль. — Стена тут. Разбойники носы поразбивали уже. Тут амулеты светятся, внутри что — то есть магическое.

Подошел вплотную и со знанием дела ладошку выставил, нажал телом, будто на самом деле стена, а не пустое пространство. Потянулась и я, ожидая, что особенная, и меня уж точно пустит. Ага, разбежалась. Стена невидимая! Камень холодный.

— Интересно получается, — говорю с досадой. — Замок сделаем, а войти не сможем. Ключ нужен. Есть мысли, что может послужить ключом к этой структуре и к замку?

К слову, решила подуть на невидимую стену. Ничего не произошло.

— Амулеты, кольца, — предположил Лаэль. — Может слова.

Если и слова, то язык должен быть друмовский. Вспоминаю книжку со сказками у анжерцев. Я понимала символы, но озвучивались они на моем, на русском. И что делать? Ну да, знаю, что за загогулина значит идти, возможно, она же и как вход переводится. А как должна она звучать на их языке?! Листаю память назад до первой голограммы в Друме. Он тоже говорил так, что я понимала на своем!