Шпаргалка для некроманта - Дарья Сорокина

– Хочешь отомстить моей сестре? – парень посмотрел в черные глаза келпи.

– А ты нет? – дева ждала, что случившееся оставит на парне неизгладимое впечатление, а ненависть появится сама собой. Но он лишь вытер рукавом блестящие дорожки слез на щеках и с вызовом посмотрел на демоницу.

– Нет. Я люблю Натт. Хочешь мстить? Вот он я. Это я дал сестре то проклятие, что привязало демона к Дорнфьолу.

– Даже так? – келпи хищно склонила голову набок.

Квелд почувствовал небывалый прилив сил и давно копившуюся в груди тягу к геройству. Столько лет он ждал чего-то особенного: иной судьбы, не грязных уток в городской больнице, а намного большего. И вот сейчас он даст отпор настоящему речному духу.

– Во всем вини меня. Тебе нечего больше делать в Тэнгляйхе, я твоя цель, – он смело шагнул, но келпи расхохоталась.

– Сколько пафоса и искреннего желания выгородить маленькую некромантку. Не бойся, ты все равно умрешь, это уже решено. Натт Мёрке будет следующей. Только для начала настрадается всласть, а после сама начнет молить о смерти. Пусть это ты научил, как избавиться от демона, но к парку развлечений именно она привязала отвратительное существо. А знаешь почему? Ей было жалко темного. Девчонка боялась, что ему станет тоскливо без других людей. Сострадание к чудовищу привело к трагедиям. Оно запустило цепную реакцию, и вот мы здесь, Квелд, обсуждаем твою нелепую и бесславную смерть.

Парень потянулся за сферой сна на поясе. Слишком слабое оружие против духа такого порядка, оно годилось лишь на то, чтобы успокоить буйного пациента. Крохотный шарик упал к ногам девы, разорвался с хлопком и окутал ее синеватой дымкой. Лита тут же рухнула на землю, и парень досадливо стиснул зубы. Любимица дернула ногами и затихла, а вот келпи полностью растворилась в густом мареве.

Испуганный юноша бросился в академию, в надежде найти помощь. Далеко впереди раздавались громкие крики студентов. Группа магов из Тэнгляйха прочесывала территорию и выкрикивала имя его сестры.

– Натт?..

Парень побежал, а за спиной вдруг раздался цокот, который затем сместился правее, но через мгновение начал доноситься слева. Квелд зажал уши руками, чтобы не слышать неумолимо приближающегося духа. В голове была одна мысль: почему сестру ищут в такой час? Что Натт забыла ночью за стенами академии?

Когда от толпы стихийников его стало отделять лишь несколько рывков, вязкая тьма опутала парня и швырнула к колючим кустам. Холодная ладонь зажала рот целителя, а черный сгусток вновь превратился в девушку. Ее длинные волосы упали на лицо парня, мешая разглядеть нападающую.

– Тсс!

Келпи крепче обхватила бедрами свою жертву.

– Теплый, – она заботливо пригладила непослушные рыжие пряди. – Я с тобой не закончила, Квелд. Думаешь, так просто отпущу, рассказав о планах на тебя и малышку Мёрке?

Она убрала ладонь, и парень попытался отдышаться.

– Пожалуйста… Мы не знали. Прости нас! – храбрость исчезла из голоса молодого человека, его обуял страх перед напористой девой.

– Конечно, не знали, – келпи слегка коснулась губами губ целителя, которые все еще судорожно хватали воздух.

– Не надо… – юноша мотнул головой, чтобы увернуться от поцелуя.

Пальцы демоницы цепко сдавили запястья Квелда.

– Не надо? А я думала, ты любишь женскую ласку. Видела твой захватывающий танец с госпожой Керинной Арц на берегу Иннсо Тод. Чем я хуже? – Неряшливое салатовое платье исчезло, и обнаженная девушка накрыла своим телом обездвиженного юношу.

– Ты забудешь почти все, кроме того, что случится сейчас. Теперь ты мой, Квелд Мёрке!

– Пришли, – банши вывела Натт к дороге. – Дальше сама, иначе меня случайно увидят другие студенты. Присутствие келпи не чувствую, можешь не волноваться.

– Спасибо, – слабо улыбнулась ей некромантка.

Виллма, убедившись, что девушке ничего не угрожает, вновь скрылась в чаще, явно не собираясь возвращаться в Тэнгляйх.

– Береги себя, птичка, – плакальщица прикоснулась к руке заклинательницы.

Тоска девочки по Фирсу Хасселу оказалась настолько мощной, что демоница насытилась на ближайшую неделю, однако ей не понравилось лишать Натт светлых воспоминаний. Это было нечестно по отношению к южанину, который явно испытывал к некромантке такое же чувство.

– И ты береги себя…

Глядя на удаляющийся серебристый силуэт, Натт подумала о том, что так и не спросила у девы, как ее имя. И вообще, бывают ли имена у банши?.. Студентка решила во что бы то ни стало узнать больше о плакальщицах. Она даже заторопилась, чтобы поскорее заскочить в библиотеку и устроиться с книжкой в уютной комнате отдыха общежития темных. Заклинательница убеждала себя, что она торопится не потому, что нависающие над дорогой деревья словно тянули к припозднившейся путнице свои ветки. Ей просто очень хотелось почитать, так сильно, что ноги сорвались на бег.

Не успела Натт пробежать и минуты, как увидела впереди совершенно потерянного брата, стоящего над телом лежащей лошади.

– Квелд?! – девочка закричала так громко, что оглушила саму себя. Запыхавшись, она подлетела к нему и схватила за плечи. – Квелд!

Он тяжело моргнул. Его рыжие волосы были растрепаны, из них торчали ветки и листья, а роба была покрыта дорожной пылью.

– Натт? Ты чего тут делаешь так поздно?

– Я?.. – воспоминания обо всем произошедшем смазались, словно это было давно и не с ней. – Виллма вырвался из вольера, а я… Помогала. Кажется…

– А я вот случайно сонную сферу раздавил. Надо бы Литу перенести в академию, а то ее дикие звери загрызут.

– Ты сам-то как? – заторможенная реакция брата вызывала у девочки тревогу.

– В порядке. Приведи помощь, я слышал наших неподалеку, – парень подавил чудовищный зевок и сел на дорогу рядом с лошадью.

– Никуда не уходи, Квелд, я скоро!

Юноша блаженно улыбался, рассматривая рябь на темной поверхности ручья, убегающей вдаль черной атласной лентой…

После той странной ночи время, оставшееся до фестиваля мертвых, понеслось так стремительно, что Синд Форсворд с трудом поспевал за всем. И если изменения в Фирсе Хасселе были вполне обоснованными для человека, который едва не умер от интоксикации, то поведение остальных в академии стало для парня загадкой. На студентов и преподавателей словно легло нечто тягучее, превращая их в блаженных и улыбчивых. Некромант списал все на приближающийся праздник, в который не только души мертвых находят покой, но и живые перестают терзаться.

Больше всего он опасался реакции девочки на вернувшегося южанина. Тот вернулся из города позже Кренеса и Синда, верхом на Виллме, которая пропала из загона в день, когда увезли ее хозяина. Форсворд наблюдал из окна аудитории, как Хассел не без труда слез с барса и, волоча левую ногу, потащился к главным воротам замка. Рихтэи предупредила, что паралич может остаться до конца жизни, превратив мальчишку в инвалида. Юный некромант представлял, как Мёрке окружит мага незаслуженной заботой, пока между этими двумя вновь не разгорятся чувства.