Полтора воинственных метра, или Берегитесь злобного Дракона! - Светлана Уласевич

— А может, банальное «откройся»? — предположил Райдер.

Но с металлической штуковиной ничего не произошло. Тогда охотник погладил блестящую стенку и произнес что-то на гортанном языке.

В ту же секунду стенки шаттла принялись истончаться, затем раздался хруст — и овал разделился надвое. Верхняя горизонтальная часть стала подниматься наподобие створки у жемчужины — и через пятнадцать минут мы увидели яркий комок света, сжавшийся в центре находки.

— Это и есть эрг? — на всякий случай уточнил Норри. — Те, кого мы видели, выглядели несколько иначе.

— Ему сейчас срочно надо тело для вселения, — заметил Райдер. — Иначе оно умрет. И боюсь, что сейчас оно выбирает, кого из нас забрать.

Жаль, что мы не подумали об этом раньше!

— Закрывайте капсулу! — скомандовала я. — Пойдем другим путем. Норри, ты можешь создать какой-нибудь живой голем для переселения тела?

— Я могу, — сказал Мортифор. Он отрезал прядь волос и достал из сумки у пояса кусочек вяленого мяса.

— Ты всегда припасы носишь? — поинтересовался Вик.

— Нет, просто сегодня на всякий случай взял. Я предполагал что-то подобное. — Оборотень начертил на каменном полу пентаграмму, затем выложил на нее все составляющие, сцедил немного своей крови и зачитал длинное заклинание.

На наших глазах компоненты подтянулись друг к другу и смешались. Через какое-то время на месте составляющих лежало тельце младенца.

Мортифор поднял его на руки и, открыв капсулу, положил рядом со сгустком.

— Переселяйся сюда, так ты никому вред не причинишь.

Сгусток света тут же окутал искусственное тельце. Сначала ничего не происходило. Свет кружил около ребенка, словно примеривался, с какой стороны подойти. Вдруг детские ресницы дрогнули — и на нас уставились обсидиановые глазищи без белков. А через секунду в склепе раздался возмущенный рев.

— А-а-а! — заорал от неожиданности Вик.

— Успокойте его, кто-нибудь! — закричал Райдер, затыкая уши.

Я осторожно подошла к капсуле и робко коснулась ребенка. Малышка захлебнулась удивленным всхлипом.

— Тише, маленькая, мы не причиним тебе вреда. Мы хотим помочь тебе вернуться домой.

Ребенок недоверчиво склонил голову набок.

— Уже прошло много времени, и тебе пора домой, — повторила я. — Ты и так загуляла.

— Только ее в таком виде не примут, — заметил Райдер. — Улетала, скорее всего, подростковая особь. А так она даже общаться не может.

— И что ты предлагаешь? — обернулся к охотнику Мортифор. — Подрастить ее чуть-чуть?

— На это могут уйти годы! — испугался Норри. — А я еще слишком молод!

— Я тоже! — встрепенулся Вик. — Я ничего не знаю о детях, кроме того, как их делать!

— Я тоже, — признался Норри.

— А я умею предохраняться! — съязвил Райдер. — На самом деле я хотел предложить создать более взрослый голем. Кроме того, этот не продержится дольше суток.

— Но в данный момент его надо покормить, — заметила я, быстро заворачивая ребенка в прихваченное одеяло и сгружая орущий сверток на руки Вику. — Присмотри за ним, а я за молоком.

— Я тебе помогу! — быстро сориентировался охотник на драконов.

— Стой! — опомнился Витька. — Не оставляй нас с ней наедине!

— Не волнуйся, она вас не съест! — ухмыльнулся Райдер.

— Угу, это ты так думаешь! — всхлипнул Норри. — Лучше б ты нас с урками оставила! Что нам прикажете с этим упыренышем делать?!

— Кто бы говорил! — хмыкнул Морти.

— Лохматый, это не смешно! — внес свою лепту Вик. — Мы же совсем не няньки!

— Научитесь! — пожала плечами я, взлетая по лестнице.

Спутники бежали за мной. От тряски ребенок прерывисто орал и оттого злился еще больше.

— Свет, всем известно, что детский плач отрицательно действует на мужской организм! — канючил за спиной эльфенок.

— И его силу! — поддакнул кузен, догоняя меня.

— ДА ЗАТКНИТЕСЬ ВЫ! — Крышка саркофага отлетела в сторону, и перед нашими глазами появилась разъяренная мумия какого-то многопрадедушки. — НИКАКОГО ПОКОЯ!

Мы резко затормозили и попятились. Вид разозленного неупокоенного реально пугал. В этот момент крышки соседних гробов задрожали — и на поверхность вылезла еще парочка зомби из побочной линии.

— Нашли место для игр! — возмутилась одна из зомби-жен. — Не были бы своими — разорвали бы! Как надо к предкам приходить?!

— Тихо? — пискнул Вик.

— Почтительно! — припечатала пепельно-серая гранд-дама. — И с угощением! А вы сюда еще детей тягаете! Причем не своих!

Она слишком близко наклонилась к малышу, и лицо юного эрга замерцало. Словно он собирался сменить тело.

— Осторожно! — воскликнула я, за локоть оттаскивая Вика с ребенком от прародительницы. — Оно может захватить тело!

— О, — обрадовалась многопрабабушка, — так еще не все потеряно! Ты проявляешь заботу! Боишься, что тело твоего предка украдут?

— Ну вообще-то старший эрг не примет дочь в образе мумии одного из Драко, — пробормотал под нос Норри, но дама его услышала.

— Нахал! Никакого уважения! Покусаю!

— Не надо! — встрепенулся Вик. — Мы сейчас сала и водочки принесем, чтобы вы сами себя помянули!

— О! — улыбнулся предок. — Понятливый! А теперь брысь отсюда!

Мы слаженной гурьбой взлетели по ступенькам к выходу и помчались в столовую. Заткнув эргу рот бутылочкой с молоком, собрали паек для почивших предков и выбрали Норри в качестве делегата.

Мортифор стал готовиться к более серьезному обряду создания голема-подростка. Так как мы запланировали тело девочки тринадцати лет, то материала понадобится больше. На этот раз основу решили сделать из глины, в которую вкрапить куски свиного мяса, а вот волосы и кровь решили взять у меня. Для колдовской церемонии пришлось поискать ритуальный зал. К счастью, он у нас в замке имелся. И даже нужная пентаграмма в центре появилась, стоило нам задвинуть шторы.

— Для лепки понадобится около шести часов, — прикинул Мортифор, сгружая ребенка мне обратно на руки. — Держи, Свет, развлеки его, пока мы тут в грязи повозимся.

— Я тоже хочу! — надулась я.

— Пожалей нас! — воскликнул вернувшийся из склепа Норри. — Нам тишина нужна, а эта сигнализация уже полчаса по ушам ездит! Тебе не жалко нашего здоровья?!

— А меня не жалко? — для проформы возмутилась я.

— Ничего с тобой не случится! — хмыкнул Райдер. — У вас, женщин, за столько веков уже возникла адаптация к ревущим младенцам. И психика стала более устойчивая.

— Так и вы же не сегодня с пальмы слезли! — фыркнула я и направилась к двери. — Ладно, я буду в спальне. Позовете.