Полтора воинственных метра, или Берегитесь злобного Дракона! - Светлана Уласевич

«Ты уверена, что хочешь с ним посоветоваться?»

«Вить, мы теперь одна семья, и я не хочу обижать его, решая что-нибудь за его спиной».

«Свет, — тихо сказал Вик, — тут такое дело. По банальной случайности мой папа прибыл на несколько часов раньше, а сосед по даче, увидев его машину в столь непрезентабельном состоянии, позвонил ему и все рассказал».

«И как это связано с нашим Мортифором?» — Почему-то мое сердце екнуло. Вроде как супруг на переговоры с моим отцом собирался.

«Ну тогда от жестокой расправы меня спасли наша „битва“ с Ведущими магами мира и шумиха, вызванная твоей свадьбой, — вздохнул Вик. — А теперь родители решили сбросить напряжение, зарядив для этих целей ружья и выбрав мишень покрупнее и полохматей. В общем, Мортифору теперь не до разговоров со мной, если ты понимаешь».

О! Это я великолепно поняла! А вот теперь я очень волнуюсь за Мортифора. Пусть мы мало с ним общались тет-а-тет, и большую часть времени он провел рядом со мной под личиной Кейси, я почему-то воспринимала оборотня как нечто близкое и достойное доверия. И эта непонятная симпатия к нему возникла уже давно, оказавшись настолько сильной, что даже наша ненормальная свадьба не смогла испортить хорошего отношения. И разрывать узы Гименея я не то что не спешу, но и не хочу! Может, Морти начать подрабатывать дрессировщиком особо опасных существ? Хотя нет. Тут другая причина. Думаю, пора себе признаться, что я начинаю влюбляться в лохматого гада, если уже не влюбилась. Чем-то паразит меня зацепил, и это зарождающееся чувство совсем не похоже на прежние влюбленности. Оно гораздо глубже и взрослее.

И самое обидное то, что я вынуждена сейчас разбираться с каким-то охотником, а не стать буферной зоной между Мортифором и папой с дядей. Даже слово в защиту мужа сказать не могу! Обидно!

«Свет, — отвлек меня от мрачных раздумий Вик. — Наш гарем решил основать на твоих землях сеть центров отдыха и реабилитации несчастных вампирских мужей, мотивируя это тем, что зубастые жены за ними на территорию Драконов не полезут. Как тебе идея?»

«Р-р-р! Не вотчина, а политубежище какое-то!»

«Какая, однако, экономическая жилка! — восхитился Вик, чье настроение зашкаливало за отметку „превосходно“. И даже то, что дядю Олега не удалось обмануть с бумером, не омрачало его радужных мыслей. Хотя что ему хмуриться? Это ведь Мортифор отдувается теперь за всех, попав под горячую руку. — Нет, ну какие молодцы!» — продолжал тем временем восторгаться кузен, найдя собратьев по духу.

«Вот согласуешь все с Мортифором, тогда вперед, — буркнула я. — Все детали на тебе».

«То есть ты передаешь дело мне?» — радостно отозвался Вик.

«Если с Морти договоришься», — поспешила предупредить я. С кузеном надо держать ухо востро. Забудешь что указать — огребешь по полной.

«Ладно, — вздохнул Вик. — Я с ним разберусь. Удачного тебе времяпрепровождения с твоим трупом».

«Угу, и тебе того же и по тому же месту», — парировала я нашим излюбленным устойчивым выражением и отключилась от ментальной связи.

Доковыляв до оврага, я стряхнула с плеч тело и столкнула его вниз. Вот и еще один представитель сильного пола возненавидит драконов, если, конечно, выживет. Склон оврага был крутым и каменистым. Если Райдер в процессе полета свернет себе шею, то мое чувство вины от этого не возрастет. Хотя сейчас начинаю думать, что гуманнее было его еще в хижине прирезать, чем вот так мучить, косвенно убивая. И для сердца спокойнее было бы. А то гадай теперь, тревожься: выжил он или нет? Но спускаться и проверять тоже не рискнула. Еще самой не хватало оступиться и шею сломать.

Решено, в следующий раз буду действовать бескомпромиссно и жестче. Плевать на чувство вины. Лучше сразу их убивать, чем вот так глупо рассусоливать! Раз — и как отрезал! Прочь гуманизм! Долой сомнения! Себе дороже получается. М-да, дожила. Там человек, возможно, умирает, а я прикидываю, как в будущем убивать буду. Куда я, блин, деградирую?!

Хотя на фиг такие мысли. У меня есть проблемы важнее. Ситуация с какими-то мифическими эргами откровенно не нравилась. Это же надо: существа, способные поглощать энергию! Только таких гостей нам еще не хватало. С другой стороны, кушать местного жителя, а особенно дракона, то же самое, что пытаться полакомиться моей плотоядной картошечкой. Вроде и вкусно, и безобидно, а с зубами, сволочь. В процессе обеда так тебя покусает, что мало не покажется.

Кстати, как сообщил мне недавно Артур Семину, мой корнеплод очень удачно прижился на болотах Драко, заняв там место основного хищника в пищевой цепи. К счастью, его как-то умудрились есть киморы. В результате чего пищевая цепь замкнулась, и мое творение удачно вписалось в схему равновесия.

«Все, хозяйка, — прервал мои размышления желудок, — как сказал кто-то из великих: война войной, а обед строго по расписанию! И хватит лирических отступлений! Нам жрать пора!»

И правда! Полет с последующим за ним допросом охотника очень здорово раззадорил аппетит. А Драконы должны питаться регулярно, иначе у них возрастет агрессия. В злобном состоянии ничего путного в голову не приходит, а в бою нужно в первую очередь думать.

Я вздохнула и направилась в приграничную с эльфами деревню Коноплянка. Там нормальная корчма. Местные жители встречали меня уже не столь враждебно, как в предыдущие визиты.

Лерри ванн Дерт открыто мне благоволил, и крестьяне не решались портить отношения с главным работодателем. Да и я по сравнению с другими драконами — меньшее зло.

Корчмарь хмуро глянул на меня из-под отросшей челки и протер столешницу.

— Чего изволите? — вежливо спросил он, понимая, что грубить мне нет смысла. Во-первых, как уже говорилось, я по сравнению с братьями просто лапушка безобидная. Во-вторых, я всегда хорошо плачу. Ну а в-третьих, драконы крайне обидчивые, злопамятные создания, и это еще один повод быть воспитанным при общении с нами.

— Как обычно, — вздохнула я. — Мясо и еще раз мясо.

— И под мясным соусом, — понимающе хмыкнул корчмарь.

Я кивнула и расслабилась, пытаясь поудобнее угнездиться на высоком табурете перед барной стойкой.

— Вот она! — внезапно раздался окрик, и что-то тяжелое опустилось на мою голову.

Мир покачнулся и потемнел…