Клановое проклятие - Игорь Ковальчук

Сына у Дэйна не было и до сей поры быть не могло. Прежде, еще мальчишкой, он мало задумывался о том, что сделает со своим проклятием. Девушки не интересовали его, и провальский принц как-то не задумывался, что рано или поздно встретит ту девушку, с которой захочет вступить в связь. А когда стал достаточно взросл для подобных мыслей, решил, что просто не будет смотреть на представительниц противоположного пола. Он мысленно запретил себе все возможные связи с женщинами, чтобы исключить возможность появления на свет случайного отпрыска.

Так ведь обычно и бывает, если кого-то проклинают. В один «прекрасный» день он гибнет от руки незнакомца и лишь меркнущим сознанием вспоминает какую-то случайную девицу, от которой, видимо, и произошел этот убийца, олицетворение неотвратимой судьбы. Если, конечно, павший под ударом судьбы в судьбу верит. Может умереть, даже и не зная, в чем дело.

Дэйн верил в проклятия. Проклятия – особая магия, которой некоторые чародеи, особенно из числа черных магов, владеют виртуозно. Одним из мастеров подобной магии был и Арман-Улл, потому юноша не надеялся справиться с проклятием отца. Тем более что после его смерти это было даже труднее, чем при жизни. Смерть, особенно насильственная, очень хорошо скрепляет проклятия. Младшему отпрыску Деборы оставалось лишь смириться и строить свою жизнь соответственно.

Потому-то он больше полусотни лет прожил девственником. Да и не слишком его интересовали женщины. Были вещи поувлекательнее.

А теперь ему ужасно захотелось общаться с Такэдой, видеться с ней. Прощаясь, он буквально вынудил из нее обещание пойти с ним в кафе, пригласил в самое приличное место, какое смог вспомнить – клуб золотой молодежи в одном из небоскребов столицы, славившийся отличными рок-концертами, от которых этот самый небоскреб только что не раскачивался. Девушка поколебалась, глядя на него своими темными, непроницаемыми глазами, но под конец все-таки согласилась.

В клуб она явилась, одетая вполне современно – в темных брючках и черной блузке, вышитой бисерным узором из иероглифов, то ли переплетенных между собой, то ли просто правильно начертанных. Что он мог знать о Накамурских иероглифах? Молодой Арман отметил, что даже волосы девушки были на этот раз убраны попроще, привычнее, и теперь она, пожалуй, почти не отличалась от любой обывательницы Асгердана. Кроме разве что своим особым шармом.

Дэйн старался перед ней изо всех сил. Уже где-то посреди своей длинной тирады об искусстве андеграунда и преимуществах Индастриал рока по сравнению с Пауэр-метал роком он заметил, с каким пылом пытается произвести на спутницу впечатление, но замолчал ненадолго. Плыть по течению было так приятно…

Клуб Такэде не очень понравился, но она охотно посидела в его самом дальнем зале, где звуки музыки были слышны тише всего, выпила три коктейля и поболтала с Дэйном. Он с удовольствием слушал ее рассказы о тех клубах, где бывала она, и ее собственный взгляд на индустриальное направление рока. Взгляды у нее были чисто женские, то есть романтические, мелодию она оценивала по степени ее красивости и мелодичности, но Армана приятно изумило то, что девушка видела красоту в некоторых его любимых композициях.

Он просто не думал о последствиях своей тяги к собеседнице.

Они еще несколько раз встретились. Дэйн потащил ее на концерт своей любимой группы «Гремя костями», а она пригласила его на выставку. Лишь придя туда, Арман обнаружил, что выставка эта не художественная, а техническая, и с наслаждением предался созерцанию самых последних моделей мотоциклов. Как оказалось, Такэда ценила хорошие мотоциклы, знала в них толк и отлично каталась. Это ее пристрастие заставило юношу взглянуть на милую и интересную в общении девушку совсем другими глазами.

– А ты как относишься к мотоциклам? – поинтересовалась она.

– Честно говоря, катался пока только вторым номером.

– Ну для парня это несолидно.

– Согласен. Начинаю приобщаться, – Дэйн повел ищущим взглядом. – Может, посоветуешь, какой тут самый лучший?

– Хочешь купить?

– Ну да. Почему бы не начать прямо сегодня? Сперва выберем модель.

У Такэды вспыхнули глаза. Как каждый любитель, она испытывала вполне бескорыстное наслаждение от простого разглядывания новейших моделей любимой техники. А уж выбор перед покупкой – это же особое удовольствие, даже если выбираешь не себе.

– На какую сумму рассчитываешь?

– А сколько тут стоят самые дорогие?

– Ну… Положим… Тут можно найти модели и тысяч за пятьсот. А не найти, так заказать.

– Ну, тогда тысяч двести могу на это положить.

– Двести? – переспросила девушка. Помедлила, то ли соображая, то ли переживая удивление. Но о богатстве Мортимеров по Асгердану ходили такие слухи, что, пожалуй, никакая сумма не могла показаться другим чрезмерной для представителей «белобрысого клана». Но только во второй момент. В первый-то момент каждый примеряет ситуацию к себе. И удивляется. – Полагаю, такой дорогой мотоцикл тебе по первоначалу ни к чему. Достаточно будет чего-нибудь подешевле. Скажем, тысяч за десять-пятнадцать.

– Ну, веди меня. Ты в этом больше понимаешь.

Следующие два часа они выбирали для него мотоцикл. Смакуя наслаждение, девушка осмотрела не меньше трех десятков машин, выбранную заставила при себе раскурочить и заглянула не только в мотор, но и всюду, куда только было можно. Заметна эта тенденция – чем дешевле покупаемый мотоцикл, тем тщательнее покупатель осматривает его и придирчивей копается в моторе. Дэйн не столько следил за манипуляциями Такэды, сколько за ее лицом, а также лицами двух парней-продавцов. Впрочем, те прекрасно знали эту закономерность, и потому терпеливо ждали, пока девушка налюбуется внутренностями мотоцикла.

– Покупай, – разрешила Такэда, разгибаясь, и грязной тряпкой вытирая пальцы от масла, внимательно посмотрела на продавцов. Особенный разрез глаз и выражение лица придавали глазам Накамура совершенную непроницаемость, что во многих случаях было важным преимуществом. Но теперь они имели дело с опытными продавцами, которых не проймешь особым взглядом.

Впрочем, с мотоциклом все было в порядке, не из-за чего волноваться.

Дэйн протянул кредитную карту, потом, вспомнив, что ресурс этой карты почти исчерпан, достал вторую. Оформление документов потребовало от него немало времени, но зато потом они с Такэдой отлично посидели в ресторанчике при павильоне, где пахло свежезажаренным мясом и абрикосовой подливой. На маленьких тарелочках, которые им принесла официантка, лежали аккуратно напластованные ломтики свинины, истекающей соком, а при них – три вида салата и овощи с подливой на гарнир. Бокалы с пивом, принесенные одновременно с блюдами, были увенчаны такими плотными на вид шапками, что уж наверняка могли выдержать и мелкую, и даже крупную монету.

Дэйн ковырялся в еде, вне всякого сомнения, очень вкусной, и с восторгом смотрел на спутницу.

– Покатаемся?

– Обязательно, – Такэда раскраснелась, глаза ее искрились.