Куколка последней надежды - Вадим Панов

— Мне нужна кровь снежной обезьяны, умерщвленной в третье полнолуние путем отсечения головы, — негромко ответил Тори. — Толченый зуб единорога и две унции праха белой совы, сожженной на рассвете с соблюдением обряда «Последняя стрела».

Вербиус крякнул и потер переносицу.

— Странный комплект. Готовите бальзам «Синее небо»?

— Витаминный коктейль по дедушкиному рецепту. Помогает при радикулите.

— Да вы шутник, уважаемый. — Аптекарь постучал по клавиатуре компьютера. — Вы наемник?

— Да.

— Давно в Тайном Городе?

— Не очень. — Тори подумал и протянул правую руку. — Исмаил.

— Брат Вербиус.

— Очень приятно.

«Проклятье! Я ведь не соврал!» Седой аптекарь действительно вызывал приязнь. Такую же, как старый торговец рыбой на рынке в Токио, куда маленький Тори бегал в свое время…

— Вам повезло, Исмаил, у меня есть все, что нужно. — Вербиус направился в подсобку. — Сейчас принесу.

«Они враги! — едва не крикнул сам себе вакагасира. — Это твой враг!!»

Но эта мысль почему-то не вызвала тех эмоций, которые накатывали на японца раньше, когда он только думал о встрече с нелюдями.

В его представлении эта встреча всегда рисовалась одинаково: честный поединок с разъяренным воином или монстром, типа кицунэ, или… Тори не смог представить, что он дерется с Вербиусом. Не мог, и все.

Дверь аптеки распахнулась.

— Воляна была в ярости! Только этим я могу объяснить ее проигрыш в полуфинале Кубка Дуэлей. Она так хотела встретиться с Мубой, что совершенно забыла подготовиться к схватке.

— И командор ее выбил.

— И сам получил от хвана по полной программе.

— Нет, ребята, вы как хотите, а я буду ставить на Мубу. Я не люблю четырехруких, но этот парень молодец, он должен победить Лунатика!

В аптеку шумно ввалились три белобрысых здоровяка и, увидев японца, мгновенно замолчали.

— Добрый день, господа! — поприветствовал их появившийся Вербиус. — Обсуждаете Турнир?

Один из людов покосился на Тори, но эрлиец махнул рукой:

— Здесь все свои, Чернослав. Уважаемый Исмаил — наемник.

— А-а… — Белобрысые посмотрели на японца, и тот, кого старик назвал Чернославом, поинтересовался: — На кого работаешь, чел?

— На того, кому это по карману. — Тори проверил принесенные аптекарем порошки, кивнул, дождался, пока тот упакует их в пакет, и взял его в руку. — Сколько я должен?

— Триста шестьдесят.

— Я заплачу наличными.

— Как пожелаете.

— А у тебя есть карточка «Тиградком»? — отчего-то насторожился Чернослав.

— А вы из налоговой инспекции?

— Мы бы хотели посмотреть на нее.

Вербиус, пересчитывающий банкноты, бросил быстрый взгляд на японца.

— Я тороплюсь. — Вакагасира спокойно забрал сдачу и повернулся к двери.

— Покажи свою карточку, чел. Мы дружинники Измайловского домена, и это официальное требование Зеленого Дома!

— Чего ты пристал? — попытался успокоить Чернослава спутник, но тот упрямо качнул головой:

— Сегодня ночью какой-то азиат отправил в больницу гиперборейскую ведьму. Я впервые вижу этого чела и хочу проверить его карточку.

Тори сделал маленький шаг к двери и должен был упереться в широкую грудь двинувшегося ему навстречу Чернослава, уже напряженного и готового оттолкнуть малорослого чела. Столкновение произошло, но его последствия были крайне неожиданны: белобрысый здоровяк непостижимым образом взмыл в воздух и грузно рухнул на пол, врезавшись головой в прилавок. Второй люд получил коварный удар в пах, согнулся от боли, и два следующих удара ногой отправили его в нокаут. По-настоящему среагировать успел лишь третий дружинник, успевший выхватить пистолет и даже навести его на японца. Однако уже через мгновение в его руке остался только жалкий обрубок оружия: тонкое лезвие меча разрезало вороненую сталь пистолета на две половины, с необычайной легкостью пройдя через ствол и механизм. Следующим движением меча Тори аккуратно рассек широкий ремень, поддерживающий штаны дружинника, и ударил его ногой в живот. Запутавшийся в одежде люд повалился на приятелей.

Когда брат Вербиус высунулся из-за прилавка, японец, стоящий в дверях, неожиданно обернулся и отвесил легкий поклон:

— Извините за беспорядок, уважаемый. Я только защищался.

— Ничего страшного. — Эрлиец с большим интересом посмотрел на Тори. — Ничего страшного.

* * *

Муниципальный жилой дом

Москва, улица Миклухо-Маклая,

8 сентября, воскресенье, 11.26

Разговор с Кортесом не испортил Артему настроения, не стал ушатом холодной воды, вылитым на голову романтичного влюбленного. Молодой наемник знал, что Олеся в деле, что она еще не раскрыла все свои карты, но… Но насколько все было бы лучше, если бы она оказалась ни при чем.

— О чем ты думаешь?

— Воин и Целительница…

— Слишком разные, чтобы быть вместе.

— Почему мы встретились?

— Потому что мне нужна твоя помощь. — Олеся заглянула в глаза наемника. — Но здесь я оказалась по другой причине. Я не шлюха, Артем.

Молодой человек нежно провел рукой по ее щеке.

— Я тебе верю.

— Правда? — Она не сводила с него глаз.

— Правда.

— Это самое главное. — Олеся крепко прижалась к груди Артема. — Ты не представляешь, как важно мне было услышать это.

— Что за помощь тебе требуется?

Женщина вздохнула, помолчала, затем отстранилась и посмотрела в глаза наемника по-другому, серьезно и жестко.

— Ты уже догадался, что я…

Ее перебил звонок мобильного телефона. Это был пустой звонок с автоответчика, который Артем специально запрограммировал на это время — ему нужно было сымитировать получение информации о смерти Екатерины Федоровны.

— Извини.

— Конечно.

Наемник поднес трубку к уху, несколько секунд «слушал», затем буркнул «я понял» и бросил телефон на стол.

— Что-то случилось?

Артем в упор посмотрел на женщину. «Оцени ее реакцию!»

— Сегодня утром убили Екатерину Федоровну.

— Нет! — Олеся покачала головой. — Нет! Нет!!!

Наемник взял женщину за руку.