Три богатыря - Владимир Колычев

Гладиаторы вышли на разделительную линию. Македонец Лев и норманн Грег готовились к смертному бою. И все остальные бойцы были настроены на жаркую схватку. И только Алеша, Илья и Добрыня не желали гибельного побоища.

– Алеша, друг ты наш дорогой! – не обращая ни на кого внимания, пробасил Илья. – Наконец-то мы тебя нашли!

– Для этого нам пришлось влезть в это пекло! – довольный, улыбнулся Добрыня.

Казалось, они находятся не на поле битвы, а за столом в придорожной корчме. Как будто вот-вот должны были подать им по кружке крепкого меда.

– Теперь нам нужно выбираться отсюда! – радовался Алеша. – Кто сможет удержать нас, когда мы вместе?

Перед выходом на арену он ощущал в себе огромную силу. Казалось, сильнее быть просто нельзя. Но сейчас, когда вместе с ним были его друзья, его силы утроились. В руке превосходный меч из дамасской стали, прочный щит, доспехи выше всяких похвал. Илья и Добрыня представляют собой еще более грозную силу. Одна палица муромского богатыря чего стоит... Действительно, кому по силам остановить русских богатырей, если они захотят уйти с этой арены? А такое желание у них есть.

– Пошли отсюда! – предложил Илья.

И вся доблестная троица как ни в чем не бывало направилась к воротам Ипподрома. Окружавшие их стражники не сразу поняли, что происходит. Зато Грег быстро смекнул, что к чему, и сзади набросился на Алешу.

Лучше бы он этого не делал. Он занес над головой меч, но Алешин клинок, будто бы сам по себе, выскочил из-под правой руки за спину. Удар был такой силы, что норманна не защитили ни панцирь, ни кольчуга.

С Грегом покончено. Жаль, до Евтрония добраться невозможно. Но Алеша накажет его уже тем, что сбросит с себя рабские оковы и с триумфом вернет себе свободу.

Македонец Лев тоже сообразил, что его собратья по неволе решили совершить пешую прогулку по улицам Константинополя. Но нападать на них не стал. Видимо, ему тоже захотелось посмотреть на город глазами свободного человека. И он присоединился к честной компании.

Стражники преградили богатырям путь.

– Мы не хотим драться, – весело улыбнулся им Алеша. – Пропустите нас. Иначе станете нашими врагами...

Стражники явно не желали стать их друзьями, пришлось учить их уму-разуму.

Урок был короткий. Уцелевшие стражники бросились врассыпную. Этот урок пошел на пользу и остальным гладиаторам. Без всякого зазрения совести они наплевали на свой бойцовский долг и присоединились к друзьям.

Но не так-то просто оказалось вырваться с Ипподрома. У ворот бунтарей поджидала целая рать. Дорогу им преграждала полусотня латников. На трибунах в спешном порядке выстраивались лучники-токсоты.

– Что будем делать? – ускоряя шаг, спросил Добрыня.

– Сдается мне, что не больно-то здесь жалуют воевод русского князя, – заметил Илья. – Не хотят ромеи дружить с руссами.

– Зато им нравится с нами воевать, – усмехнулся Алеша.

– Что ж, пусть воюют! – перешел на широкий шаг Добрыня.

Ромейские зрители не остались без потрясающего зрелища. Они с изумлением и восхищением наблюдали, как закрутилась в руках палица Ильи Муромца. С такой же невероятной скоростью вращались мечи в руках Алеши и Добрыни. Ромейские лучники выпустили по ним град стрел, но ни одна не смогла преодолеть преграду из оружия и щитов. И остальные гладиаторы пострадали мало.

Пока токсоты снова натягивали свои луки, Илья ворвался в скопление ромейских воинов. Теперь он и сам крутился вместе со своей чудовищной палицей. Алеша и Добрыня тоже врезались в ряды латников. Их мечи с одинаковой легкостью рубили как выставленные вперед копья, так и вражеские головы. Их соратники-гладиаторы тоже показали, на что они способны.

Ромеи не ожидали столь мощного натиска. Возможно, они готовы были отдать жизнь за своего императора, но им вовсе не хотелось умирать под мечами гладиаторов в угоду алчности их хозяев. Латники в спешном порядке бросились наутек. Путь к свободе был открыт.

На площади перед Ипподромом путь беглецам преградил отряд каваллариев, но серьезным препятствием он не стал. Часть конников познала горечь полного поражения, часть – позор бегства.

Бежавшие бойцы не просто разгромили каваллариев. Они добыли для себя коней.

– Надо в порт ехать! – решил македонец Лев. – Если никто не в силах остановить нас, то кто помешает нам захватить корабль!

Этот закаленный в битвах воин и сам был удивлен тому, с какой легкостью горстка его товарищей разбила два ромейских боевых отряда. Теперь он был уверен, что с такой же легкостью они смогут захватить боевой корабль. Его уверенность передалась и всем остальным. Добрыня Никитич первым направил своего коня вниз к морю. Но возглавил кавалькаду македонец. Оказывается, он неплохо знал город и стал для беглецов хорошим проводником.

Гладиаторская конница ворвалась в порт и налетела на готовую к отплытию галею. На этом легком корабле было немного воинов. После короткой стычки они добровольно прыгнули за борт.

Рабы-гребцы остались на корабле.

– Вы теперь свободные люди! – во всеуслышание объявил Алеша. – И останетесь ими, если уйдем от ромеев!

Лев оказался не только хорошим провожатым, но и неплохим моряком. Да и богатыри кое-что смыслили в этом деле. Но вся полнота власти была отдана Льву. Алеша, Илья и Добрыня сели на весла. К ним присоединились и остальные беглецы.

Гладиаторы и освобожденные гребцы не жалели сил, поэтому галея с самого начала развила невиданную скорость. В погоню за ней устремилось несколько боевых кораблей, но к ночи они все исчезли из виду.

А ночью попутный ветер наполнил паруса. Изнемогающие от жуткой нагрузки беглецы могли немного отдохнуть.

– Алеша, ты орудуешь веслом как заправский гребец, – заметил Илья.

– Потому что есть опыт, – улыбнулся богатырь.

Он рассказал друзьям о своих приключениях, те поведали о своих.

...Илья и Добрыня очень удивились, когда обнаружили, что Алеша исчез из дому. Конь, оружие и доспехи остались на месте. Друзья решили, что Алешу похитил чародей Кащ. Тогда они сами отправились в Охриду. По пути расспрашивали встречных людей об Алеше. Никто ничего не знал. В замке Драгомила они гостили три дня. И там спрашивали про своего друга. Болиар рассказывал им о падальщике, которого обнаружили возле трупа его дочери. Где-то в подсознании у Добрыни мелькнула мысль, что это мог быть Алеша. Но как будто сама нечистая прогнала эту мысль. С Ильей творилось то же самое.

Друзья продолжили путь. Как будто кто-то свыше подсказал им, что нужно задержаться в Средеце. Илья и Добрыня задержались, дождались Алешу, но встретиться с ним не смогли. Они как раз покидали город, когда увидели своего друга, который дрался с ромейскими катафрактами. Они бросились на выручку, но, увы, не успели. С ромейской ратью они в бой не вступили. И силы были не равны, и не хотелось рушить мир с византийцами.