Моя темная «половина» - Кристина Зимняя

– Как думаешь, не зря мы его в этих развалинах бросили? – несколько обеспокоенно спросила Ырли, в то время как идущий с ней рядом зеленоглазый мальчик обернулся и хмуро посмотрел на распростертое на земле тело. – Все же обещали «папочке»…

– Расслабься, Ти, – небрежно посоветовал новый кадавриз Риссэ, сажая на плечо довольную уловом малышку, и тут же исправился: – В смысле, не переживай, Ырли. – Сделав особое ударение на имени моэры, виновато улыбнулся.

«О «братце» найдется, кому позаботиться, – мысленно сообщила девочка. – Этот самоубийца за нами не в одиночку следил. И та, с кем он был, глаз с наследника не сводила, пока я с ее сообщником разбиралась».

Тиаро ревниво проследил за тем, как темноволосый человек, плененный невидимой рукой силы его древней сестры, сначала приобрел вид аше-ара, а потом медленно трансформировался в точное подобие Эвана. Опять самая лучшая игрушка у этой проныры Риссэ!

– Уши измени, – буркнул он сам, не пользуясь услугами своей голубоволосой марионетки.

– Ой! – как-то очень по-девичьи пискнул новоявленный принц. – Забыла! – Острые кончики ушей «Эвана» округлились, приобретая человеческий вид. – Хм, это тело гораздо интереснее в управлении. И на мое больше похоже.

– А давай поменяемся? – озвучила просьбу своего кукловода Ырли.

– Завтра! Быть может…

– Вредина!

– Сам такой!

Древние и их кадавризы удалялись, привычно перебрасываясь репликами, а на месте мимолетной стычки в пыли осталось лежать тело в сером костюме. Дождавшись, когда кукловоды и их марионетки скроются за углом, из полуразрушенной арки вынырнула еще одна темная фигура. Она метнулась к пострадавшему, осторожно перевернула его на спину и прижала руку к шее, нащупывая пульс. Капюшон плаща сполз, обнажая аккуратно причесанную темноволосую голову хозяйки борделя.

– Живой! – облегченно выдохнула женщина. Рывком подняв Эвана на ноги, она с нечеловеческой силой взвалила его на плечо и, даже не пошатнувшись от тяжести мужского тела, потащила добычу домой.

Радость от нежданного приобретения, по которому она, сама не ожидая, скучала, боролась в Арише с тревогой и злорадством. Пусть, по мнению Илин-Ули, его союзница и являлась далеко не самой умной аше-арой, но элементарная осторожность ей была не чужда. И план охотника похитить одного из древних – наследника Светлоликого – изначально казался замаскированной под Ариландину аше-аре слишком рискованным.

Именно поэтому она предпочла отсидеться в засаде вместо того, чтобы помочь покровителю. И не прогадала. Мудрый опытный охотник, в считаные мгновения проиграв схватку милой с виду девчушке, стал ее новой говорящей куклой. А идиотка Кейли-Оз с трофеем возвращается домой.

Ну и кто здесь дурак?

Ночью в главном шарту Лирэн-Кули…

После поспешного ухода Кир-Кули, сославшегося на очередные дела, я, как примерная воспитанница строгого пансионата, которой велели ложиться отдыхать, посетила небольшую купальню, расположенную за соседней дверью. Вернулась к себе, забралась с головой под бело-золотое покрывало и закрыла глаза. Вот только сон в отличие от меня исполнительностью не отличался. В голове теснились разные мысли, мешая сознанию уплыть в страну грез, а телу по-настоящему расслабиться.

Пролежав так около часа, я снова села. Глядя на молчаливый кактус, сильно смахивающий в полумраке на обычное растение, шепотом спросила:

– И почему у него вечно дела, когда я хочу расспросить о чем-нибудь подробно? – Черная колючка хмыкнула в ответ. – Но ведь он же должен понимать, что я его первый день знаю и соглашаться на какие-то непонятные ритуалы с ним мне просто страшно? – Кактус передернул похожими на ушки отростками. – Не понимает, – сделала вывод я и, получив в ответ короткий кивок, буркнула: – Ну и дурак! – И вновь забралась под покрывало.

А следом за мной туда забралась и разумная колючка, чьи иголочки неожиданно стали мягкими, словно шелковые нити, да и само «растение» в темноте подозрительно напоминало плюшевого мишку. Прижав его к груди, я уснула. Или мне это только показалось? Ведь то, что происходило дальше, было таким реальным, таким осязаемым, будто все происходило наяву.

Я больше не лежала в постели в обнимку с кактусом, ему вообще не нашлось места в моем мистическом сне. Когда темнота, затянувшая меня в свои тягучие сети, наконец расступилась, взору предстала странная картина. По бархатно-синему звездному небу плыли подсвеченные изнутри облака, внешне похожие на всевозможных животных. Где-то вдали красиво пела невидимая скрипка, а напротив меня на сотканном из тумана скакуне гарцевала тень. Такая же полупрозрачная, как и ее призрачный конь. Плащ за спиной небесной наездницы развевался, словно крылья, а из-под капюшона на меня взирала тьма.

Сглотнув, я невольно поежилась и еще глубже зарылась в мягкое пуховое облако, на котором сидела, будто в кресле. Затем решила, что все это лишь сон и бояться тут нечего, поэтому, приветливо махнув рукой, вежливо поздоровалась с черной леди. Та в ответ величественно кивнула и скинула с головы капюшон. А вместе с ним пропала и вся ее мрачность. В седле сидела вовсе не смерть с косой, которую успело нарисовать мое буйное воображение, а молодая девушка с миловидным лицом, спрятанными под платок волосами и серебристого цвета глазами, такими же, как у меня. Впрочем, на этом наше с ней сходство заканчивалось.

– Ну наконец-то! – У незнакомки был приятный, чуть шелестящий голос, который окутывал, словно летний ветерок, пробирался в душу, успокаивал и согревал. И в этом небесном антураже мне уже не было холодно и страшно, как минуту назад. – Наконец-то я тебя дождалась, сейлин. – Ласково мне улыбаясь, девушка спрыгнула со своего призрачного скакуна и, отпустив его гулять по облакам, подошла ко мне. Вернее, подлетела, ибо хождение по воздуху как-либо иначе назвать было сложно. – Меня зовут Кей-Кули, – представилось это отнюдь не белокожее привидение. – Я праматерь рода Кули и… тоже сейлин.

– Но как? – только и успела выдохнуть я, как эта шустрая особа, присев со мной рядом, вновь затараторила:

– Все просто и грустно. И изменить ничего нельзя. Я в ловушке, понимаешь, Зоя? – О том, откуда она знает мое имя, спрашивать не стала, как не стала и перебивать собеседницу. – Мой дух привязан к блокирующим вампирский дар браслетам, которые ты надела. И разорвать чары, наложенные на меня обманом, я не в силах. Ты единственная, до кого могу дотянуться, но только во снах. Не будь ты сейлин, у меня и это не получилось бы.

– Но почему, Кей-Кули? – все же не сдержалась я.

– Таково мое проклятие, – грустно улыбнулась она. – Это случилось давно… Так давно, что уже никто ничего не помнит, ибо очевидцев просто нет в живых, а правдивая история, передаваемая из уст в уста, успела обрасти лживыми подробностями и превратилась в легенду, слабо отражающую истину. Потомки Кули хоть и знают, что начало их роду положила вампир класса «Эр», но совершенно не связывают мои способности с даром сейлин. А ведь именно избранницы древних становились энергетическими вампирами столь высокого уровня, иначе они бы банально не выносили их ребенка. Вот только жили эти сейлин недолго: до родов очередного мега-мага, а потом все, смерть. И никакого перерождения, ничего, понимаешь?! Нас использовали как вещи, как деревянные шкатулки, которые, вынув из них драгоценность, сжигали дотла за ненадобностью. Но самое страшное, что, уничтожая наши тела, они уничтожали и души.