Погоня за сокровищем - Юлия Григорьева

— Так есть в кого, — улыбнулась Тина. — Ты у меня, дядюшка, настоящий великан.

Самель смущенно махнул рукой и встал, чтобы подать чаю. Мадемуазель Лоет все еще пребывала в растерянности от таких новостей. Она решила обязательно повидать сына их повара, как только вернется в Кайтен. Это надо же… А Самель-то, Самель! Усмехнувшись, Тина вернулась к завтраку.

— Расскажи про своего сына, — попросила мадемуазель Лоет.

Кок скромно улыбнулся, вновь сел напротив нее и с явным удовольствием начал свой рассказ. В мальчике он души не чаял, это Тина поняла сразу и даже немного поревновала. Великан всегда был только ее дядюшкой Самелем, большим и любимым дядюшкой. Ну, еще немного дядюшкой братьев, но в основном ее, Тинин. Правда, вскоре девушка устыдилась этого детского чувства. Одно другому не мешало.

За разговорами время бежало быстро, а ни папенька, ни Альен так и не объявились. Сообразив это, Тина решила, что пора навести порядок на корабле. Что такое? Она уже и обедать готова, а эти лежебоки все еще сопят в свои подушки. Пылая праведным возмущением, девушка поспешила разобраться со сложившимся положением. Кивнув Самелю, мадемуазель Лоет покинула камбуз.

Но каково же было ее изумление, когда она не нашла ни одного из мужчин. Выглянув на палубу, она поманила к себе одного из матросов.

— А где папенька и господин Литин? — спросила девушка.

— Так ушли, — ответил матросов. — Почитай, четверть часа уже, как ушли. Красавчика, Мельника и еще пару матросов с собой прихватили и ушли, а вам велели держать данное слово.

— Ушли… — растерянно повторила Тина и вернулась к себе, сердясь на отца и на Альена.

Пусть ушли, но ведь даже слова не сказали! И тут дьявол раскалил под мадемуазель Лоет свою сковородку. Она подпрыгнула на месте, ослепленная догадкой: они что-то затевают.

— А я ничего не знаю! — возмущенно воскликнула девушка. Уже вскочила на ноги и хотела выбежать из каюты, но вспомнила разговор с папенькой, и упала обратно на стул и, смиряясь с происходящим, трагично прошептала: — Сокровища Биглоу. — Плата за ослушание была велика.

Вэйлр Лоет покинул порт в сопровождении Альена Литина. Мужчина с некоторым сомнением поглядывал на молодого человека. Тот был невозмутим и молчалив. Впрочем, разговоров сейчас и не требовалось. Альен знал свою роль, потому просто рассматривал улицы Коласа, запоминая дорогу, чтобы не заплутать ночью.

— Справишься? — спросил наконец Вэйлр.

— Не вижу ничего сложного, — пожал плечами Литин.

— Ну да, — усмехнулся Лоет. — Небось, бабы сами под ноги стелются? Многим головы дурил?

— Не вижу смысла в этом разговоре, — спокойно ответил Альен.

— А я вижу, — сварливо произнес капитан «Счастливчика». — Любовницы есть?

Молодой человек повернул голову к господину Лоету и смерил его взглядом, в котором читалось негодование.

— Что вас интересует? Знаю ли я, как обращаться с женщинами? Знаю, — отчеканил Альен. — Что еще? Количество, имена? Об этом забудьте, не в моих правилах оглашать имена женщин, доверившихся мне. Да и выносить на всеобщее обозрение свою личную жизнь также. Уймите уже ваш сарказм и давайте займемся делом. Эта улица?

Теперь остановился Вэйлр, с интересом разглядывая молодого человека. Он в задумчивости потер подборок, задел синяк и скривился.

— Скромный, стало быть? Молчаливый?

— Молчание сильно облегчает жизнь, знаете ли, — раздраженно ответил Литин.

— Да-а?! — едко протянул Лоет. — Тогда что же ты такой говорливый?

— С тех пор, как я познакомился с вами, желание поговорить стало нестерпимым, — усмехнулся Альен. — Так мы будем готовиться к нашему делу или же продолжим пикироваться?

— Займемся делом, — согласился Вэй. — Значит, так…

Следующий час они прогуливались по Коласу, нигде не задерживаясь. Со стороны смотрелось так, будто двое любопытных, впервые оказавшиеся на острове, просто рассматривают главный город Лаифы. После зашли в харчевню, решив там пообедать. Харчевник лично обслужил посетителей — днем в заведении было мало народа. К тому же новые люди не могли не вызвать интереса.

— Какое примечательное у вас лицо, — усмехнулся он, поглядывая на Лоета.

— Лицо как лицо, — пожал плечами Вэй. — Подправили немного, потом я подправил. Все по доброму согласию, все на равных.

— Вот это правильно, — хмыкнул харчевник.

Он ненадолго отошел, оставив посетителей одних. Альен откинулся на спинку стула, задумчиво барабаня пальцами по серой скатерти со следами, оставленными предыдущими гостями харчевни. Молодой человек поглядел в окно, затем скосил глаза на капитана, так же думавшего о чем-то, а затем произнес скучающим тоном:

— Нет, отец, что ни говори, а лучше вдовушек баб не найти.

— Чего? — опешил Лоет, поворачиваясь к самозваному отпрыску.

— Говорю, что нет толку в женитьбе. Я птица вольная. Уж лучше пристроиться к какой-нибудь сочной вдовице да пожить в тепле и уюте, чем выносить причитания скандальной бабы, на которой по глупости успел жениться, как вы считаете, любезный? — и он повернулся в сторону подошедшего харчевника.

Мужчина поставил на стол тарелки, положил ложки и нож, затем присел напротив и усмехнулся.

— Есть прок в твоих словах, парень, — ответил харчевник. — Жена что, она вроде как право на тебя имеет, плешь своими капризами протрет. Со шлюхи тоже толку мало, разве что постель, да и то ты там не первый и не последний. А вдовушкам мужика хочется, заботы, помощи какой-никакой. И в постель пустит, и накормит, и согреет, и приласкает.

— Слышал, отец? А ты все женись да женись. А проку жениться, если через несколько месяцев уйдем отсюда? — усмехнулся Альен, глядя на Лоета, насмешливо изломившего бровь. — Вот коли бы найти такую уютную вдовушку на это время, я был бы доволен. И тебе бы забавляться не мешал, и сам бы не скучал. Батя мой, — Литин повернулся к харчевнику, доверительно понизив голос, — мужик еще справный, так курочек топчет, аж пищат, спать невозможно. — Со стороны Вэя послышалось то ли хрюканье, то ли фырканье, и молодой человек одарил его веселым взглядом. — Вот и пытается меня сплавить с глаз долой. Мамка-то у меня знаете какая, и второго глаза запросто лишить может, еще и подчистую хозяйство отрежет и в пироге запечет. Потом этим пирогом и накормит. Батя опасается, что я про его веселье расскажу.

Лоет перегнулся через стол и от души отвесил Альену затрещину. Литин едва не ударился лбом о столешницу, схватился за затылок и возмущенно взглянул на мужчину.

— Хватит языком молоть, — проворчал Вэйлр. — Ничего я не боюсь. О тебе, дурне, забочусь.

— Суров отец-то, — подмигнул харчевник. — Оно и верно, нечего взрослому-то сыну у отца под боком сидеть. И жениться не дело, коли на время прибыли.

— Так, может, посоветуешь вдовушку какую? — подмигнул Альен.