Невеста принца и волшебные бабочки - Любовь Черникова

Мир на мгновение померк, но мы так и не прервали поцелуя. И только когда воздуха перестало хватать, оторвались друг от друга.

Вдохнув, я едва слышно спросила:

– Где мы? – Голова кружилась, и я с трудом осознала, что Верд куда-то нас перенес. Внезапно одолел страх: что, если он снова оставит меня? Уйдет, как тогда, в Первую ночь, разрушив едва начавшуюся сказку? Я вцепилась в его рубашку, взмолившись: – Только не уходи! Не сейчас! Не оставляй!

Верд внимательно посмотрел на меня, провел рукой по волосам, по щеке.

– Не оставлю, котенок. – Новый поцелуй был нежным и невыносимо сладким. – Я не для этого тебя похитил. – Он взял меня на руки.

– Похитил? – улыбнувшись, я заново осмотрелась, уже более осмысленно.

Мы находились в незнакомой мне гостиной. Обстановка неброская, но очень уютная. Новый поцелуй отвлек от созерцания.

– Полагаю, лорд Сатем расценит мой поступок именно так. Как думаешь, где мы? – шепот пощекотал мне шею, и Верд плюхнулся на диван, не выпуская меня из рук. Ткань платья натянулась, раздался треск – это порвалась юбка-шлейф, на которую он случайно наступил. – Прости. – Наигранно-виноватое выражение на лице любимого быстро сменилось на хулиганское. – Ты не против?

Я с улыбкой кивнула, и Верд одним резким движением оторвал оставшийся кусок, небрежно отбросив в сторону. Этот маленький инцидент добавил топлива к пожару. Проводив взглядом белую ткань, почувствовала, как дыхание любимого участилось. В направленном на меня взоре синих глаз прочла странную обреченность.

– Льяра, сейчас самый подходящий момент передумать, – его голос звучал хрипло. – Одно твое слово, и я перенесу нас в Академию.

– Мы у тебя дома?

Верд кивнул.

Я просто потянулась и поцеловала его, пытаясь передать все, что чувствую, но не могу передать словами.

– Льяра, не уверен, что смогу остановиться… – выдохнул он в губы, а сильные руки уже жадно ласкали мое тело.

– Так не надо останавливаться! – возмутилась я, притягивая его голову к себе, зарываясь пальцами в жестковатые короткие волосы, чувствуя, как моя кожа горит там, где ее касается щетина.

Верд вздрогнул, когда я провела рукой по татуировке, вспомнились слова Кэсси о том, что это очень чувствительное место. Он осторожно убрал мою руку, качнув головой:

– Сейчас не надо.

Поцелуи стали настойчивее, ласки горячее. Вердерион Аллакири полностью взял все в свои руки, а я не стремилась перехватывать инициативу, наслаждаясь ощущениями. Мое тело радостно откликалось на каждое прикосновение, я не пыталась сдерживать вздохи и стоны, выгибаясь навстречу. Платье полетело на пол, следом – рубашка Верда. Новый разряд молнии прошиб насквозь, отдавшись в кончиках пальцев, сделав тягучее и темное желание просто невыносимым, когда, уложив меня на спину, он прижался всем телом. Обжигающие губы принялись его исследовать, методично изучая каждый миллиметр. Им помогали и пальцы, заставляя извиваться и плавиться в его руках. Верд щедро дарил ласку, ничего не требуя взамен, а я принимала ее, будто умирающий от жажды, и не могла насытиться, желая больше и больше.

– Расслабься, я не сделаю тебе больно… – он приподнял меня, подкладывая под поясницу подушку, и осторожно стянул трусики, не отводя все того же обреченного взгляда, подернутого поволокой страсти.

Я не боялась. Я желала его так же сильно. Я готова была ему позволить сейчас все что угодно.

Жадный рот принялся исследовать мои бедра, заставляя сжиматься и вздрагивать от каждого влажного прикосновения, руки ласкали и не давали свести колени, а в следующий миг я вскрикнула от удивления и чувственного восторга, когда его язык коснулся сокровенного.

Верд зря пугал. В руках он себя держал великолепно, доводя меня раз за разом до исступления. И теперь, сидя у него на руках, укутанная в одну лишь рубашку, я наслаждалась неторопливыми легкими как перышко поцелуями, которыми любимый покрывал дорожки, оставленные слезами счастья на моих щеках. Я жмурилась, продолжая вздрагивать время от времени, чувствуя, как волнами накатывают отголоски испытанного удовольствия.

Мы молчали, сейчас слов не требовалось.

– Котенок, я отойду на минутку? – нарушил первым тишину Верд, целуя меня в висок.

Я не хотела разрушать сказку, казалось, если он встанет, уже не будет как прежде… Но было бы глупо капризничать, кроме всего прочего, я все еще чувствовала под собой его неудовлетворенное желание. И это заставило задать вопрос:

– Почему ты остановился? – слова сорвались с губ, и я ощутила, как заливаюсь краской.

– Понял, что хочу иначе.

Верд осторожно пересадил меня на диван и поднялся. Я жадно смотрела на него снизу вверх, любуясь мощной фигурой, буквально ощупывая взглядом, словно пытаясь запомнить каждый изгиб, каждую черточку. Чувствуя, как снова поднимается то тяжелое тягучее ощущение внизу живота, и не верила, что этот мужчина принадлежит мне… Или скорее боясь допустить мысль, что это не так…

Верд нагнулся и поднял с пола обруч «Мелодии», небрежно сорванной с моей шеи и отброшенной в сторону раньше.

– Что здесь? – с улыбкой он водрузил его себе на голову и включил.

Я смущенно наблюдала, как приподнялись его брови, он та-ак на меня посмотрел.

Ну конечно, «Смерть Реликта» музыка не для леди…

Впрочем, последовавшая далее пантомима, заставила расслабиться и улыбнуться. А Верд тем временем, подпевая и пританцовывая, скрылся за дверью.

Оставшись одна, я вдруг ощутила себя неловко. Немного посидела, осмысливая произошедшее. Осмотрела комнату. Потом встала с дивана, нашла и натянула трусики, а вот надевать платье не хотелось, оно теперь ассоциировалось с Галэном.

Нет уж! Пусть принц файбардский что угодно себе воображает, я не выйду за него замуж. И ни отец, ни сам Император меня не заставят!

Подошла к большому окну почти во всю стену и замерла от неожиданности, чувствуя, как от восторга чаще забилось сердце.

Великая Мать! Это же море! Настоящее море!

Кажущаяся в темноте черной, вода серебрилась, отражая лунный свет, и нисколько меня не пугала.

Почувствовала движение за спиной, я обернулась, не зная что и сказать.

– Вердерион Аллакири, ты подарил мне сказку!

Любимый, мягко развернул меня обратно и прижал к себе спиной, обхватив руками. Поцеловал в макушку.

– Хочешь взглянуть поближе?

– Конечно! А можно?

Ответом послужил еще один поцелуй, и в следующий миг прохладный бриз заиграл в волосах, заставив кожу покрыться мурашками.

– Идем купаться? – Верд быстро сбросил штаны и протянул мне руку.

Немного подумав, смело скинула рубашку и была вознаграждена та-а-аким многообещающим взглядом.